Властитель - Антон Кун

Глава 23

Багратион задрал голову вверх и недоверчиво протёр глаза. Ему чудится?

Он сейчас находился на отдыхе, пока дед Антип замещал его позицию на линии фронта, а потому, у него было время и возможность смотреть, не боясь в процессе лишится головы.

А посмотреть было на что.

В небесах парили белокрылые существа, которых разглядеть никак не получалось. С каждой секундой их появлялось всё больше и больше, пока в один момент они не заполонили небесную высь, скрыв своими телами солнце.

И когда это произошло, Багратион смог разглядеть крылатых.

— Гарпии, — не в силах сдерживать эмоции, выдохнул он.

Твари из мифов, что по преданиям были истреблены ещё до последней войны с богами, внезапно явились из небытия.

Несмотря на белые, прекрасные крылья, остальной их вид был отвратительным. И прежде всего из-за схожести с человеком.

Гарпии имели гуманоидные черты. У них были головы, похожие на человеческие, а также руки, что переходили в крылья, вместо ног — лапы с громадными когтями.

Каждая из этих тварей при близком рассмотрении напоминала смесь птицы и человека, буквально, словно черты двух абсолютно разных видов грубо перемешали.

Всё это Багратион смог рассмотреть в тот момент, когда твари огласили округу пронзительным многоголосьем, и реактивными камнями ринулись вниз. Несколько секунд, и вот Багратион уже убил первую, ловко увернувшись от когтей. Он ещё не успел до конца восстановиться, поэтому использовал магию малой дистанции, сочетая с усилением физического тела.

Вообще, Багратион сильно изменился после встречи с Алексеем. Подумать только, истинный Сын Империи, водился с ним, отставным офицером, который сбежал от жизни и ответственности в глухомань кемеровской тайги.

Багратион, когда узнал настоящую личность Алексея, несколько дней ходил сам не свой. Всё думал, что парень изменился после получения статуса кронпринца и возвращения памяти.

Но Алексей при встрече лишь улыбнулся, как всегда, хлопнул его по плечу и спросил, как дела. Ничего не изменилось, словно и не было пропасти между их социальными статусами.

И этот момент сильно повлиял на Багратиона. Именно тогда он начал всерьёз стараться продвинуться в силе.

Заметив его рвение, дед Антип предложил ему изучить работу с антимагическим металлом. И вот теперь он здесь, бок о бок с сильнейшими людьми империи, сражается за общее будущее.

— Всё же, встреча с ним — лучшее, что произошло в моей никчёмной жизни, — вслух произнёс он, ударом ребра ладони ломая шею очередной твари, которые сыпались с неба, будто град. Только если град бывает с куриное яйцо, то тут на головы воинов падали крупные такие бройлеры переростки.

* * *

Вениамин был единственным из столпов, кто остался в резерве. И он был в целом не против. Несмотря на свою силу, он не любил сражения. Будучи интеллигентом и питерцем в одном лице, его больше прельщало посещать театры, гулять по набережной, вдыхая северный ветер Невы или же любуясь архитектурой старого города. Нет, Питер нельзя называть просто городом, это Город! Каналы, дворцы, бывшие доходные дома, и те, в которых по сей день живут люди. Всё в Питере дышало временем и искусством.

Вениамин был частью Питера. И даже здесь, посреди крови и боли, окружённый врагами и союзниками, он был там, гулял по скверам, заходил в арки зданий, покупал у Киевской гостиницы шаверму, а когда набегала тоска, уезжал на продуваемый всеми ветрами Васильев остров и подолгу любовался Городом, его главной водяной артерией — Невой, что в этом мире разделялась на большую и малую.

Вениамин подолгу мог всматриваться в тёмные воды, находя в их плавных движениях покой.

И вот сейчас, ему тоже хотелось оказаться там, на острове, который должен был стать второй Венецией, а не здесь, когда небо обрушило на них бесчисленное войско мифических тварей. И откуда их только вытащил Морфей?

Вениамин снял свои круглые, оставшиеся ему от покойного отца очки, по привычке протёр их, после чего встряхнул кисти рук, словно хирург перед сложной операцией.

«Моя очередь настала», — подумал он и вскинул руки к небу.

Несколько секунд он настраивался на работу. Нужно было остановить тысячи тварей одновременно, ну или замедлить их падение, что позволит остальным быстро с ними покончить.

Энергия привычным потоком, будто вода по каналам Города, побежала по венам, неся защиту для своих и гибель для тех, кто решил пойти против империи, а значит и его северной столицы.

— Не прощу, — прорычал Вениамин, с трудом удерживая рвущееся с кончиков пальцев заклинание.

Миг, и он облегчённо выдохнул, а воздух наполнился раздирающим душу визгом гарпий. Как и полагал Вениамин, ему не удалось остановить их падение, слишком большое количество живых существ, имеющих самостоятельный источник энергии, но вот замедлить вышло, и чертовски хорошо. Правда это отняло все силы…

— Ну, наконец-то, а то я уже устал ждать, — Вениамин услышал голос за спиной и ощутил, как в его спину что-то ударило, после чего боль захватила его существо, а разум растаял, будто первый снег в вечно хмуром и родном Городе.

Да-да, сейчас, ощутив неминуемую гибель, последнее, о чем подумал Вениамин, был Питер. Он любил этот Город, а Город позволял любить себя, и этого было достаточно.

* * *

Глядя на падающее безвольное тело одного из столпов Российской империи, младшая богиня тени и покровительница убийц и воров Боэтия, которую один мерзкий человечишка в рогатом шлеме изгнал из её родного измерения сюда, ухмыльнулась. Всё же не зря она связалась с Морфеем. Как же этот бог снов коварен! Всё точно рассчитал!

Боэтия задрала голову и удовлетворённо кивнула закономерному результату. Гарпии вновь обрели подвижность и обрушались нескончаемым потоком на головы людей. Теперь всё будет кончено.

Внезапно Боэтия ощутила угрозу. Причём настолько сильную, какую никогда не испытывала за свою чудовищно долгую в сравнении с короткоживущими смертными, жизнь.

Богиня ринулась в тень и стала погружаться в неё до тех пор, пока не достигла своего нынешнего предела глубины. Мало кто знает, но тень практически бесконечна, и глубина погружения зависит лишь от силы теневика. Когда она была ещё в своём мире, где ей поклонялись людишки, приносили жертвы и строили храмы в её честь, даже тогда Боэтия, когда достигала предела, чувствовала, что можно спуститься глубже.

Однажды она вернётся в свой мир и тогда снова станет старшей богиней. Морфей обещал, и Боэтия верила ему, а иначе она отомстит