Другие дороги - Иар Эльтеррус

— Кре уорхо дуэх! — выдохнул он.

— То, что я говорил, — вздохнул некромант. — Неизвестный язык.

— А на поднятого нельзя наложить языковую маску? — спросил Рухос.

— Э-э-э… — Ренхар после его выпроса выглядел так, словно разом съел целый лимон. — Это… Это никому в голову никогда не приходило… Надо пробовать.

Он просяще посмотрел на коллегу, темный целитель кивнул и быстро выплел требуемое плетение. Затем наложил его на зомби. Тот на мгновение замер, потом вдруг спросил по-русски:

— Что вам от меня нужно? Отпустите… Мне больно…

— Прошу рассказать, что с вами произошло и как вы вообще тут оказались, — начал допрос политрук. — Сразу после этого вас отпустят.

— Хорошо, — зомби прикрыл глаза. — Мы не знаем как, но наш дачный поселок вдруг оказался в этой проклятой расщелине. Внезапно стемнело посреди белого дня, а когда снова стало светло, мы были уже тут. Кое-как успокоив женщин, мы принялись пытаться выбраться, но стены расщелины были почти отвесны, и это удалось только двум молодым людям, сильным спортсменам. Несколько человек сорвались со скал и разбились насмерть. Запасов продовольствия в поселке было мало, в него приезжали отдыхать на выходные и праздники. Благо, большинство мужчин были в прошлом военными, поэтому паники не допустили. Перешли в режим жесткой экономии, надеясь, что выбравшиеся молодые люди приведут помощь. Как вижу, она пришла, но слишком поздно для нас. Через десять дней случилось небольшое землетрясение, вызвавшее камнепад. Мы все были раздавлены камнями. Я умирал долго, оставаясь последним живым. К счастью, детей успели спрятать в самом глубоком подвале.

— Детей мы нашли и спасли, — заверил Сергей Павлович. — Надо еще отыскать выбравшихся молодых людей, если они не замерзли — зима, да и хищных зверей на этой планете хватает. Мы только начали ее колонизацию.

— Благодарю за известие о детях.

— А к какому народу вы принадлежите? Вы вышли в космос? Весь ваш народ имеет голубую кожу?

— Мы ирритяне, недавно страны нашей планеты объединились в одну Конфедерацию, навсегда, надеюсь, забыв о войнах. В большой космос мы пока не вышли, осваиваем свою звездную систему. Да, население Иррита имеет голубую кожу разных оттенков. А теперь отпустите меня. Очень больно…

— Отпустите, хватит мучить бедолагу, — повернулся к некроманту политрук.

Тот кивнул, сделал какой-то сложный жест рукой, и зомби со стоном облегчения осыпался невесомым пеплом.

— Им просто не повезло, — шелестящим, пробирающим до костей голосом произнес Ренхар. — Окажись их поселение на открытой местности, может, и выжили бы. А так…

Как вскоре выяснилось, не повезло даже сумевшим выбраться из расщелины молодым спортсменам. Они просто замерзли во время ночевки, их окоченевшие тела вскоре обнаружили следопыты. В итоге из попавших на Новый Марс голубокожих осталось трое детей, ничего о себе не знающие. Они вырастут русскими, именно русский язык станет для них родным. Что ж, такова, видимо, была их судьба, предопределенная свыше.

Глава XVII

Преподаватели Корабельной школы взялись за новых студентов так, что тем только пищать и оставалось. Занятия шли по шестнадцать часов в сутки, с небольшими перерывами на отдых и еду. Теория сменялась практикой, Сашку с женами знакомили со всеми специальностями на космическом парусном корабле, особенно корабле бродяг — на это шел основной упор. А во второй половине дня за них брались преподаватели магии. Простейшей, конечно.

Два месяца учебы пролетели дурным сном, дни мелькали один за другим цветным калейдоскопом, каждый был переполнен событиями настолько, что порой туман в глазах стоял. Только успевай реагировать. Так пахать ни Сашке, ни его женам еще никогда не доводилось. Сил не оставалось ни на что. О постельных утехах они давным давно позабыли — не до того как-то было.

— Я, наверное, скоро сдурею… — простонал парень как-то вечером, сразу после ужина, в последние перед отбоем свободные часы. — Спать бы свалиться, башка квадратная, так еще стихиальные плетения повторить надо. Мэтр Кульпин нас завтра живьем съест, если их не покажем…

— Съест, — уныло согласилась Марха. — Да уж, не думала я, что так будет…

— А кто думал? — тяжело вздохнула Раха. — Но делать нечего.

— Давайте уже повторим и спать наконец-то ляжем, — проворчала Латиэль. — Глаза слипаются!

Они несколько раз повторили воздушные плетения, огненные, водные и земляные в помещении сплетать давно не пытались — это было строго-настрого запрещено. Разрешалось только на полигоне, где была установлена целая куча самых разных защит. В общем-то, правильно — молодые маги, еще ничего толком не освоившие, чего только ни натворят от излишнего энтузиазма. Были прецеденты, преподаватели рассказывали, что однажды два энтузиаста сожгли напрочь общежитие. Благо хоть никто не погиб, обошлось ожогами.

— Ладно, давайте спать, завтра с утра нам по вантам носиться, — напомнила Раха. — Ох, умаемся же!

— Умаемся, — поежился Сашка.

Едва оказавшись в кровати, Елизаровы мгновенно уснули — как уже говорились, им сейчас было не до постельных игр. Отоспаться бы, а это было почти невозможно. Наутро, на скорую руку позавтракав, они понеслись на занятия по корабельному парусному вооружению. Требовалось помнить название каждого паруса и каната, и для чего его используют в том или ином случае. Благо, студентов поили стимуляторами памяти, иначе запомнить такой объем информации было бы физически невозможно.

В Корабельной школе имелись полноразмерные макеты парусного вооружения множества типов кораблей, от простейшей ладьи до четырехмачтового галеона. По их мачтам с вантами и гоняли студентов. Разве что Мархе позволяли оставаться внизу и крутить лебедки при подъеме парусов — орки были слишком массивны, чтобы скакать по верхотуре с нужной скоростью. А в экипажах парусных кораблей исповедовался принцип, высказанный в России Козьмой Прутковым: «Каждый должен быть употреблен на своем месте». Действительно, зачем гнать на мачты тех, кто способен принести немало пользы в других местах?

Сашка с Латиэль и Рахой носились по вантам, разворачивая и сворачивая паруса, пот заливал им глаза, но времени не было даже на то, чтобы вытереть его. Преподаватели не давали ни минуты роздыха. Но молодые маги были полны решимости справиться — иного пути к мечте летать на паруснике не имелось. Когда Елизаровых наконец отпустили, все трое буквально свалились под навесом. Впрочем, Марха выглядела не лучше — работу с лебедкой легкой тоже не назовешь. Полежать студентам дали несчастных десять минут, а затем снова зазвенел колокол, зовущий на урок.

Следующим занятием была межзвездная навигация — невероятно сложная, переполненная математическими расчетами дисциплина. Мозги у Елизаровых буквально скрипели, осваивая ее. Но понемногу справлялись. Не сразу, конечно, но со временем у них что-то начало получаться.

Едва студенты успели