Год 2000-й. Перелом эпох - Александр Борисович Михайловский

перемен к лучшему, так и оторвать от гражданина Зюганова нестойкую часть его электората. В Основном Потоке двадцатого числа, находясь в Краснодаре в предвыборной поездке, вы сели в кабину двухместного учебно-боевого истребителя и перелетели на аэродром Северный под Грозным. В этой реальности все должно пройти точно так же, но с небольшим дополнением. Встречать вас будут гимном России на музыку Александрова, слова Михалкова, переделанным из гимна Советского Союза, который солдаты и офицеры буду петь а капелла. В Основном Потоке вы утвердили текст и мелодию уже к концу этого года, а тут можно будет сделать это одним из исполнительных майских указов. Но и это еще далеко не все. В ходе исполнения нового гимна мы наложим на его вербальную основу ноосферное заклинание Мобилизации, иначе еще называемое Крестовым Походом и Великим Джихадом. Тогда каждый человек, желающий улучшения жизни в России, будет знать, что ему делать. И у вас тоже не будет шанса свернуть в сторону или притормозить, ибо разрушенное таким образом доверие народного единства будет уже не восстановить. В таком случае за вас проголосует и неустойчивая часть левого электората, и будет очень нехорошо, если вы промотаете или сгноите втуне народное доверие.

Все то время, пока я говорил, Путин из двухтысячного года внимательно смотрел на меня Истинным Взглядом, и когда мои дозволенные речи закончились, произнес каким-то особенно простым голосом:

— Хорошо, Сергей Сергеевич, пусть будет так, как вы сказали.

— Вот и хорошо, — подвел я итог. — На этом первая часть нашей встречи заканчивается, и я оставляю вас наедине с братьями. Все, о чем вы будете говорить между собой, это ваше семейное дело, и я в него не лезу. Остальные общеполитические вопросы вашего мира будем обсуждать уже после выборов, когда ваш статус с «исполняющего обязанности» сменится на «избранный президент».

29января 1995 года, 10:15 мск.Околоземное космическое пространство, линкор планетарного подавления «Неумолимый», императорские апартаменты

Капитан Серегин Сергей Сергеевич, великий князь Артанский, император Четвертой Галактической Империи

Когда я разводил Владимиров Путиных по их родным мирам, по местному времени была уже глубокая ночь. Настроение у всех троих было боевым, и, самое главное, к решающему сражению за будущее нашей общей страны был готов самый младший из них. Я, конечно, не пророчица Сивилла и не баба Ванга, но могу с четкой уверенностью сказать, что, оказавшись среди родных стен, он тут же бросится испытывать новообретенную способность на людях, особо приближенных к его телу. Однако главные чудные открытия ждут его завтра, на заседании правительства. Там более-менее порядочных людей раз-два и обчелся, а вот пережитки недавних девяностых ходят буквально косяками.

Или даже не так. На данный момент этих людей нельзя назвать пережитками прошлого. Они еще почти в полной силе, хотя и потерпели ряд серьезных неудач, в том числе перенесли встряску дефолта, потеряли вождя и вынуждены мириться с патриотическим консенсусом в народе, возникшим после нападения банд Басаева и Хаттаба на Дагестан, взрывов домов в Москве и Волгодонске, и прочий разгул бандитизма и терроризма. Их расчеты основываются на неизбежности второго тура, который даст слабого президента, не обладающего полным мандатом от политически активной части населения. К тому же ни у кого нет сомнения, что в первом туре Зюганов придет к финишу вторым, а это обозначит угрозу так называемого «красного реванша», для отражения которой они сомкнутся плечом к плечу, дабы не допустить возвращения очередей и всеобщего дефицита. Хозяева бывшей общенародной собственности дадут им денег, чтобы защитить нажитое непосильным трудом — и тогда их власть только укрепится, а не ослабнет. Они тут сила, корифеи и специалисты, они знают, как говорить с западными кредиторами, чтобы получить отсрочку по выплате непосильных для страны долгов, как будто не их трудами и заботами Россия влезала в эту бездонную яму.

Глянув на это кубло собственным Истинным Взглядом еще до первого выстрела кампании, Владимир Владимирович не будет возражать, когда увидит те же фамилии в моих безразмерных проскрипционных списках. Никто из них не сохранит своих должностей, все пойдут под следствие и суд, и лишь наиболее сообразительные успеют сбежать на вожделенный Запад. Кстати, сразу после выборов надо показать Владимиру Владимировичу наши материалы по делу Холодова и предъявить самого журналиста Диму, живого и здорового, после чего это дело можно будет разворачивать в противоположном направлении, в поисках автора этой провокации. Что это не те же самые лица, которые заказали самого Холодова, я абсолютно уверен, потому что тогда это дело раскрутилось бы сразу, по горячим следам, и имело бы хотя бы косвенную доказательную базу. Нет, одни люди убивали, а совсем другие потом решили назначить виноватыми моих коллег и боевых товарищей. И в ту же строку идет так и не раскрытое убийство генерала Рохлина. Обвинение против его жены, в стиле «признание — царица доказательств» — такая же собачья чушь, как и все предыдущие дела такого рода, включая «дело ГКЧП»…

«Слушай, Серегин, — серьезно так сказала энергооболочка, — дело Рохлина воняет даже гаже дела Холодова. И утверждение, что генерал готовил военный переворот — полная ерунда. Чай, не маленький мальчик и не интеллигент в очочках, и понимал, что Россия — это не банановая республика, и в ней так дела не делаются. Даже армия подчинится самозваному диктатору в самой малой степени, тем более что он никак не встроен в иерархию командования, потому что не является ни министром обороны, ни начальником генерального штаба, ни даже главкомом сухопутных войск. Он будет отдавать приказы частям и соединениям, а его в ответ будут спрашивать, мол, а ты тут кто такой. Ах, депутат! Ну и иди, депутатствуй».

«Но мне же удалось в девяносто первом году свергнуть Ельцина, схватив его за руку в Вискулях, и привести к власти правительство генерала Варенникова», — подумал я в ответ.

«Умный ты, Серегин, но иногда скажешь такое, что хоть в осадок выпадай, — саркастически усмехнулась энергооболочка. — Тоже мне сравнил… лом с отверткой. В тот момент, когда Советский Союз еще не умер, права у царя Бориса были птичьи, и юридически главой международно признанного государства пока считался самослившийся Миша Меченый. Ты отстранил от власти обоих — одного как организатора заговора, другого как исполнителя преступного плана, в силу своих полномочий Свыше назначил одного из потерпевших от их произвола временным диктатором и откатил ситуацию к началу начал. При этом э-э-э… демократические силы оказались перепачканными в зловонной коричневой субстанции как заговорщики, а твои протеже предстали невинными ангелами в белом с блестками. А поскольку все они были людьми дела, то