Обнулённый - Виктор Рэн

в кронах фигуры. Беглец, а никем иным он быть не мог, слегка сместился с момента последней проверки. Он забрался выше. И теперь сидел на самой верхушке дерева, откуда у него должен был быть хороший обзор на большой отряд.

— Они разбили лагерь у костра, — шёпотом сказал я. — Одиночка там же.

Судя по звукам и запахам, лагерь был разбит на поляне. Люди двигались без единого слова, и, не будь у меня Звериного чутья, мы бы не увидели и не почувствовали их, пока не наткнулись бы на лагерь. И тогда было бы уже слишком поздно.

Хрусь.

В той стороне, откуда совсем недавно пришла восьмерка, хрустнула ветка. Люди на секунду замерли и тут же пришли в движение: они бросились по своим же следам, как гончие, оставив троих человек сторожить лагерь.

В этот момент, смешавшись со звуками шагов и коротких тихих команд преследователей, беглец переметнулся на другое дерево и ловко спрыгнул на землю. Он замер, как и мы, а затем рванул прочь от лагеря. Похоже, караулившая стоянку троица его не услышала.

Я дал сигнал двигаться за ним, прежде чем целый отряд людей решит рассредоточиться и прочесать каждую травинку и каждый куст в этой части леса. А мне не хотелось, чтобы они начали выбивать ответы из нас. А вот сбежавший от них человек точно мог что-то знать и у нас вполне могло получить выторговать или выбить ответы из него по полной.

— Преследуем одиночку, — одними губами шепнул я поравнявшейся со мной Айрис.

Звериное чутье в последний раз подсветило его местоположение и отключилось. Оставалось надеяться, что мы окажемся быстрее. И что волшебница не потеряет след беглеца.

Глава 17

Звериное чутьё погасло, и мы начали движение. У меня было, может, три секунды остаточного впечатления, прежде чем навык полностью угас. Силуэт беглеца, уходящего на юго-восток через подлесок примерно саженей в тридцати, двигался быстро. А затем лес для меня снова стал мрачным и тихим. Даже луна уже успела снова скрыться за тучами.

В нашем маленьком отряде вперёд вырвалась Айрис. Она уже глядела в ту сторону, куда скрылась фигура. Волшебница едва заметно кивнула и рванулась вперёд. Мы с Бертраном пристроились за ней. Бывший стражник на ходу поправил плечевой ремень походной сумки, освобождая руку с мечом.

Земля под ногами была неровной, а лес вокруг достаточно густым. Корни тянулись прямо по траве и местами были прикрыты листьями, так что их нельзя было заметить, пока сапог не натыкался на них.

Чем дальше мы отдалялись от стоянки, тем резвее набирали темп. Но беглец оказался быстрым. Гораздо шустрее, чем человек, который бы прятался в незнакомом лесу. Он явно знал местность и пытался по возможности запутать следы. Только Айрис каждый раз улавливала изменения и дважды подряд поправила курс, устремив нас сначала чуть дальше на восток, а затем на юг. Беглец петлял, использовал рельеф и избегал открытых мест.

По-хорошему, погоня могла пойти уже и за нами. Но я надеялся, что треск ветки и быстрое снятие со стоянки большей части отряда как минимум надолго их замедлит. А как максимум…

Айрис остановилась.

Я едва не влетел ей в спину. Волшебница вскинула руку и быстро указала в двух направлениях. След разделился. Или ей казалось, что он разделился? Беглец прошёлся по твёрдой земле у раскидистого дуба, чтобы не оставить отпечатков.

— Демоны, — смачно выругался тяжело дышавший Бертран.

— Ещё рано, — ответил я на безмолвный вопрос Айрис, затерявшийся в пучине её фиалковых глаз.

Мой навык ещё был на перезарядке. Айрис выждала пару мгновений и тут же выбрала маршрут. Она забрала влево, и мы постарались восстановить темп, чтобы больше не терять драгоценные секунды.

Айрис оказалась права. Шагов через двадцать на её лице расцвёл хищный оскал, будто бы она была охотником, почуявшим запах жертвы. Ветки ударили меня по лицу, и я заметил небольшой кусок застрявшей в них чёрной ткани. Мы явно вернулись на след беглеца.

Безумный забег продолжался ещё несколько минут, и затем Айрис снова остановилась. На этот раз она подняла руку в жесте «не двигаться».

Я замер. Бертран остановился в нескольких шагах позади. Впереди был участок густого леса, где два крупных ствола стояли шагах в четырёх друг от друга, а кроны образовывали подобие арки.

— У меня как раз откатился навык, — вслух произнёс я и медленно пошёл вперёд, восстанавливая дыхание. — Только подойду поближе и сразу найду его.

Я аккуратно переступал через корни и ветки, смотрел строго перед собой, туда, где между деревьями абсолютно ничего не было. Разве что под одним из них вовсю расцветал зелёный мох.

Я шагнул влево, к более крупному из двух стволов. Тут же сверху что-то обрушилось прямо на меня.

На это и был расчёт. Тело отреагировало прежде, чем я осознанно ощутил движение. Я резко отклонил корпус назад и выставил перед собой меч. В этот же миг тонкий клинок, похожий на жало, встретился со сталью моего меча и прошёл в сантиметрах от моей щеки.

Я поймал запястье упавшей передо мной фигуры своей правой рукой и сильно дёрнул. Инерция беглеца сработала против него. Я потянул его на шаг в сторону и приложил лбом о ствол дерева.

Одновременно со стуком кости о дерево раздался свист откуда-то справа, и сразу два человека одновременно выругались.

— Дьявол, — вырвался монотонный хрипловатый голос беглеца.

— Дьявол! — сквозь зубы прошипел Бертран, только его голос доносился откуда-то сверху.

Я приставил свой меч к горлу беглеца. И в то же время ощутил, как холодная сталь прижимается уже к моей артерии в районе бедра.

— Туше, — произнёс беглец, без особых эмоций в голосе.

Он часто дышал после бега и выброса адреналина, но не пытался вырваться из моего захвата. Его тёмные глаза смотрели на меня с остротой заправского аналитика, а не бежавшего в лес бандита.

— На счёт три оба убираем клинки и отходим наназад? — спросил я, готовясь по ситуации использовать Хищный рывок.

— Я на такое не поведусь, — твёрдо произнёс беглец, а на его бледное лицо с заметными мешками от недосыпа впервые выползла кривая ухмылка. — Я видел, какие навыки ты использовал в охоте на зверей в лесу.

— Туше, — пожал плечами я.

Мне очень хотелось знать, где там копошатся Айрис и Бертран. Но, похоже, придётся разбираться без них.

— Поговорим?