Провинциальный остеопат. Том 5 - Артем Сластин

Почти одиннадцать.

— Твою ж мать… Валерий Иванович, — выдохнул я, разжимая подсохшие губы.

Голос прозвучал так, будто провёл в пустыне не меньше месяца без капли воды. Победа Мироновой, Сазонова и Кравцова… Награждение, фотографии — всё это сливалось в мутный бульон из бесконечных улыбок и поздравлений.

Потом ресторанчик неподалёку от гостиницы, куда Валерий Иванович объявил обязательную явку всем взрослым. Тогда я подумал, что мы посидим часик-другой от силы, а затем мы с Аней спокойно двинем в сторону гостиницы, отдохнуть, и на вечернюю электричку. Однако там я совершил одну главную ошибку, согласившись на рюмочку того, что Лысев называл домашним напитком.

Не знаю, что Валерий Иванович называет домом и в какой вселенной он находится, но та мутная жидкость в бутылке оказалась самым настоящим телепортационым зельем. Причём я не шучу. Помню, как грузились в электричку, и через мгновение я уже был в собственной кровати в Москве.

Самое интересное, что сначала всё выглядело вполне безобидно. Лысев поднял первую рюмку за ребят, вторую — за личные рекорды, а третью, собственно, за саму школу. Потом зачем-то пошла целая вереница тостов за сотрудничество Москвы и Калуги, за тренерскую работу, за медицину и за то, что в своё время связался со мной.

И ладно бы отмечали да отмечали. Вот только Лысев, как бывший спортсмен и мужик с волевым характером, попросту отказывался пьянеть. Сидел с абсолютно ясным взглядом, рассказывал байки о том, как тренировали в девяностые, всячески пытаясь удержать ребят от криминала, и подливал каждый раз, когда рюмка пустела.

Где-то ближе к позднему вечеру появился Морозов. Вид у него был такой, будто за последние несколько часов он успел поговорить со всей областной администрацией, полицией и уверить всех родителей, что их детей не пичкали отравой. Сергей Аркадьевич сначала молча сел рядом, налил себе, выпил и только затем заявил, что если завтра его окончательно добьют проверками, то хотя бы сегодня он имеет право напиться.

После этой фразы я практически ничего не помнил. А ведь до того считал себя довольно крепким на выпивку, хоть особо и не любил это дело.

Я осторожно сел на кровати и медленно протёр глаза. С кухни доносился запах свежих оладьев и звон посуды.

До ванной дошёл практически достойно, если не считать того, что один раз всё же зацепился плечом за дверной косяк, не вписавшись в габариты. Холодный душ разом вернул меня в бренный мир, и организм наконец начал просыпаться.

— Больше в Калугу ни ногой, — пробубнил себе под нос, вытирая волосы махровым полотенцем.

Перед Аней я показался уже не такой взъерошенный, как был несколько минут назад и, смею надеяться, не выглядящий как зомби.

— Доброе утро, — произнесла она, пряча свою улыбку в кружке с кофе.

— Доброе, — коротко ответил и жадно потянул руки к открытой бутылке с водой.

Аня сидела за столом в домашней футболке и, совершенно издевательски свежая, листала новостную ленту в ноутбуке. Она на мгновение подняла глаза, поглядывая, как содержимое литровой бутылки пропадает в моём желудке, и едва слышно хихикнула.

— Ничего смешного в этом нет, — заявил я, жадно втягивая воздух.

— Кофе? — тут же спросила она, всё ещё улыбаясь.

— Вот тебе смешно, а у меня половина событий из головы выпала. Я же не так много выпил!

— Не много, — согласно кивнула Аня, поставив передо мной кофе, и вернулась к плите. — Даже вёл себя прилично, говорил членораздельно и в электричке не уснул.

— Так отчего же мне так плохо? — спросил всё ещё с хрипотцой в голосе.

Аня поставила передо мной тарелку свежих оладьев, пиалу со сметаной и стакан, в котором шипела растворимая таблетка.

— Полный набор? — удивился я.

— Что, думаешь, у меня отец ни разу с университетских посиделок не приходил домой пьяный? Выпей сначала аспирин, а потом ешь. Я тебе ещё в студию изотоников соберу.

— Студия… — медленно выдохнул я, поставив пустой стакан на стол. — Чёрт, я же сегодня хотел поработать с финансовыми отчётами.

Аня пожала плечами и уселась напротив, пододвинув тарелку с оладьями ближе ко мне.

— Можешь сегодня взять выходной. Отдохнуть после победы в Калуге.

— Нет, — резко отрезал я. — Ты права, я слишком долго пренебрегал работой и свалил всё на Ирину Петровну. Надо чаще появляться в студии и заниматься прямыми обязанностями. Сейчас только поем, приду в себя и сразу поеду, хотя…

— Что «хотя»?

— Может, позвонить и сказать, что я умер?

Воронцова задумчиво нахмурилась.

— Думаешь, поверят?

Я макнул оладушек в сметану и засунул целиком в рот.

— Вряд ли. Ирина Петровна начинает выкупать мой блеф ещё с первых предложений. Не надо было её нанимать.

Аня улыбнулась и сделала глоток кофе.

— Ну да, человек заставляет тебя работать, какой ужас!

Стрелка часов постепенно приближалась к двенадцати, а значит, я и так достаточно засиделся дома. Оставшиеся оладьи пришлось чуть ли не разом запихивать в рот, заливать сверху кофе и бежать собираться.

Через несколько минут хаотичных сборов я был готов и уже прощался с Аней. Она собиралась провести выходной день дома, завершая последние штрихи нашей соавторской статьи по результатам Калуги для спортивно-медицинского журнала, а меня уже ждала студия. Поэтому пришлось спешно целовать её, желать хорошего дня и нестись к метро.

Пока ждал вагон и начала действия аспирина, трижды успел проклясть лысевский самогон. Внутри всё ещё было паршиво, но, если не брать физическое состояние в расчёт, в целом я был доволен поездкой. А чего быть недовольным?

Трое подопечных, которых ещё месяц назад планировали списать со счетов, избавились от своих проблем со здоровьем, оформили личные рекорды и показали всей области, с кем стоит считаться в будущем. Ещё и меня прорекламировали как специалиста, способного совершить чудо.

Не знаю, ляпнул ли я тогда со хмеля, но помню, как заявил Лысеву, что их ждёт Олимпиада. Олимпиада, мать её… Вот надо было же сказануть!

С другой стороны, до ближайшей было ещё два года, и пройти она должна была в Рио. Столица Бразилии, жара, карнавалы, знакомство с разными культурами. Аня на знойных пляжах в бикини… Вернее, ближайшая — это Сочи, но там зимняя и, соответственно, зимние виды спорта, а конькобежцев или лыжников среди моих подопечных нет. Так что да, настраиваемся на солнце и пляж.

Ладно, мечтать не вредно.

Примерно через сорок минут я оказался у дверей студии и заметил, что в зоне ожидания уже находились знакомые лица. Постоянные клиенты, которые приходили стабильно раз в неделю, плюс, узнав, что я вернулся, ещё обещались зайти парни от Бугаева, но те