Огонь для водолея - Анна Лучок

слегка массируя лоб, переносицу и с тихим стоном опустил руки. Я мотнула головой, но тяжёлые мысли никак не уходили. Всё становится только хуже, с каждым днём. Может не ждать пресловутые три года обучения, а сбежать уже после первого? В конце концов, ничего хорошего в этом месте нет. Одно разочарование, нервы и сумасшедшие люди.

— Что-то случилось? Допрос же вроде тихо прошёл.

— Ты всё слышал? — прикусила язык, нельзя было такое спрашивать, но уже поздно.

Марк прищурился, а я отвернулась. Не умею врать, и мои мотивы, наверное, на лице написаны. Он снова вздохнул, я услышала, как Нюйберг сделал шаг ко мне. Это всё слишком странно. Его отношение, загадочность, приятная забота, пусть и прикрытая обоюдной выгодой. А ещё откуда Огонёк знает о сапфире, о его свойствах. Так, уверенно заявлял, что может знать даже больше меня самой.

Мы стали странно кружиться вокруг одежды, он шаг влево, а я вправо. Не хотелось снова попадать в эти тёплые объятья. Слишком легко и просто доверяюсь, хотя мои сопротивления и выглядят смешно и так по-детски. Но очень хотелось сделать что-то, обозначить свою независимость. В конце концов, несмотря на страх перед Клаусом, я всё равно планировала сбежать, чего бы мне это ни стоило.

— Я был внизу, но слов не разобрал, — он остановился, — Что ты делаешь?

— Ничего, — также спокойно и тихо произнесла.

— Он что-то сделал?

Его лицо лишь на секунду изменилось, кулаки сжались. Марк беспокоится за меня? Мотнула головой, видя, как Огонёк медленно расслабляется, задумывается. Приложил руку к подбородку.

— Ты переживаешь?

— Наверное, — пожала плечами, и сама задумалась.

— Шульцы, конечно, те ещё скоты.

— Мг…

Внимательно наблюдала, как Марк медленно поглаживает подбородок и старательно перебирает что-то у себя в голове. Я и сама задумалась, что пытаюсь сделать. Проверить его? Вздохнула и резко опустилась. Закрыла лицо руками. Я так устала.

Марк лишь на секунду опешил и в следующую бросился прямо через кучу одежды ко мне. Споткнулся, налетел и придавил сверху. Задохнулась от резкого удара, на глаза тут же выступили слёзы. Не могу сказать, что мне было больно, но я испугалась, а ещё не поняла сразу, что случилось.

— Прости, — Марк тут же вскочил и сел рядом на колени, — сильно ушиб?

Его руки помогли мне самой сесть, мягко, но настойчиво прощупали плечи, голову, ладони. Лицо снова стало серьёзным, а голос таким тихим, будто он боялся, что после этого грохота нас кто-то начал подслушивать.

— Я просто испугался, — Марк вздохнул и опустил взгляд, — Шульцы способны на всякую мерзость. И я подслушивал, потому что переживал.

Я лишь тихо угукнула в ответ. На глаза снова навернулись слёзы, быстро заморгала, смахивая их. Приятно, конечно, но, скорее всего, он слышал всё. Теперь Марку не составит труда сложить всё имеющееся. И это значит, что как минимум один человек знает о моей связи с Шульцами. Прикусила губу.

— Но ты обещал хранить секреты, — медленно прошептала и посмотрела прямо в глаза.

— Да, — он кивнул, не поднимая головы, — и я продолжу их хранить.

Медленно вдохнула и прижала ноги к груди. Что-то мне не давала покоя. С той самой ночи в лаборатории. Могу ли я назвать Марка другом или в обществе принято другим способом заводить дружбу? Всё, что я читала, никак не совпадало с реальностью, а уж советы о любви и дружбе так и вовсе были неприменимы. Вот и получалось, что я совершенно позабыла про свои планы, пытаясь не выдать саму себя.

Некоторые люди в академии могли даже посоревноваться в изящных оскорблениях с Греттой. Хотя с наказаниями Виктора не сравнится никто. Да и не рвались люди физически меня наказывать. Это было совершенно не принято. Предвкушая поездку, ещё в доме Шульцев, я мечтала, как заведу друзей, но, оказавшись рядом с незнакомыми людьми, терялась, пряталась в свою скорлупу. А теперь всё стало так запутанно.

Не могу сказать, что Марк был настойчивым, но ему лучше всех удалось втереться мне в доверие. И сейчас он казался самым надёжным, человеком, на которого я могу положиться, пусть и не полностью. Не уверена, что я понимаю хотя бы эмоции, которые испытывает Марк, но нужно продолжать пытаться. Бабушка всегда говорила, что ошибки никогда не поздно исправлять, главное — признать и попытаться снова.

Глава 53. Необъятная сила

— Сегодня мы вряд ли попадём в лабораторию…

— Мг… Шульц в лучшем случае до вечера засядет с ректором, — он кивнул.

— Тогда рассказывай, что ты хотел показать.

Марк поднял на меня взгляд, немного удивлённый, и замер. Я хмыкнула и строже повторила:

— Ты обещал, я не собираюсь неизвестно сколько ждать.

— Слушаюсь, госпожа.

С лёгкой улыбкой Марк поклонился, а я залилась краской. В груди застучало сердце, так гулко, что казалось, его стало слышно во всей комнате. Он ведь это специально, дразнит и издевается. Снова и снова ведёт себя так насмешливо. Хотя сейчас это, куда меньше злило.

— Что-то не относишься ты ко мне как к госпоже, — слегка прищурилась, наблюдая за реакцией.

— Простите меня, госпожа, но разве я сделал что-то не так? Накормил, защитил…

Он снова стал загибать пальцы, горделиво поднимая нос к потолку. Вздохнула и отвернулась. Может, я и кажусь пугливой простушкой, но именно благодаря тебе сейчас это совершенно не так.

— Это только сегодня, а до этого? Обещал и пропал!

— Чёрт…Виноват, приму любое наказание. Велеть подать розги?

Марк приподнялся и расстегнул несколько верхних пуговиц рубашки, явно намереваясь прямо здесь раздеться. Я закрыла лицо руками и взвизгнула:

— Ну не здесь же!

— Велите собрать всех во дворе для показательной порки?

Сквозь пальцы посмотрела на Марка. Его довольное лицо, растянутая от уха до уха улыбка. Сжала губы. Как бы хотелось врезать по этой самодовольной роже, хоть немного. В груди медленно собиралась ярость. Он заслужил, как минимум потому что бросил меня раньше!

Внезапно лицо Марка дёрнулось, будто от пощёчины. Я запоздало почувствовала, как в комнате, совсем незримо присутствует поток ветра, он и ринулся на мою ярость. Короткая вспышка эмоций, на которую стремительно откликнулся сапфир. Вспышка магии, света и теперь амулет едва заметно светился, всё ещё реагируя на моё замешательство. Нюйберг опустился на колени, прижимая руку к щеке.

— Прости, я не хотела!

Бросилась к нему, попыталась отнять руку