Любовные драмы сестёр Гончаровых - Лариса Андреевна Черкашина

но ничем не могу ей понравиться; если она согласится отдать мне свою руку, я увижу в этом лишь доказательство спокойного безразличия её сердца. Но будучи всегда окружена восхищением, поклонением, соблазнами, надолго ли сохранит она это спокойствие? Ей станут говорить, что лишь несчастная судьба помешала ей заключить другой, более равный, более блестящий, более достойный её союз; – может быть, эти мнения и будут искренни, но уж ей они безусловно покажутся таковыми. Не возникнут ли у неё сожаления? Не будет ли она тогда смотреть на меня как на помеху, как на коварного похитителя? Не почувствует ли она ко мне отвращения?»

Но чего стоит хотя бы это малоизвестное свидетельство! Одна светская дама делится с приятельницей впечатлениями о спектакле в зале Благородного собрания, где ей встретились Пушкин и Натали: «Утверждают, что Гончарова-мать сильно противилась браку своей дочери, но что молодая девушка её склонила. Уверяют, что они уже помолвлены, но никто не знает, от кого это известно… Она кажется очень увлечённой своим женихом, а он с виду так же холоден, как и прежде…»

А письмо самой Натали к дедушке Афанасию Николаевичу – главе семейства, где она заверяет его, что благословение маменьки дано согласно с её «чувствами и желаниями»!

Зачем Арапа своего

Младая любит Дездемона,

Как месяц любит ночи мглу?

Противились будущему замужеству Наташи не только матушка, но и родственники, очень уж неблагонадёжным казался жених. В истории сватовства и женитьбы Пушкина весьма важным, а, быть может, и решающим стало ещё одно «благосклонное слово». Чтобы получить его, пришлось прибегнуть к ходатайству всесильного Бенкендорфа: «Г-жа Гончарова боится отдать дочь за человека, который имел бы несчастье быть на дурном счету у Государя… Счастье моё зависит от одного благосклонного слова Того, к кому я и так уже питаю искреннюю и безграничную преданность и благодарность».

Монаршее слово было дано. Но кто знает, какое сопротивление пришлось преодолеть юной Натали! Она отстаивала своё право на любовь.

Одни жалели её: «Бедная! Она так молода, так невинна, а он такой ветреный, такой безнравственный…»

Другие – завидовали, третьи – пророчили несчастья.

Поэтический диалог

Май 1830 года. Как ждала и как боялась тогда приезда жениха Натали! Вот через Спасские ворота, что вели в усадебный двор, въехала дорожная коляска, и кони, как вкопанные, застыли у парадного крыльца. И вот Александр Пушкин, легко спрыгнув на землю, с восхищением оглядывал великолепный дворец. По парадной лестнице поднялся на второй этаж, в гостиную, где встречал поэта глава семейства – Афанасий Николаевич и где ждала его красавица-невеста…

Вид на дворец Гончаровых через Спасские ворота. Фото Л.А. Черкашиной. 2002 г.

А может быть, Натали, заслышав звон дорожных колокольцев, выбежала на открытый балкон, чтобы издали увидеть жениха?

Александр Пушкин жил тогда в Красном доме, выходившем своим фасадом к прудам. Вокруг разбиты прекрасные цветники, в оранжереях – диковинные заморские растения. «Земным раем» называли этот чудесный уголок… Дед, Афанасий Николаевич, с гордостью показывал будущему родственнику своё богатейшее имение. По преданию, именно в те дни он выпустил в пруд щуку с золотым кольцом – «золотую рыбку» – со словами: «На счастье молодых!»

В гончаровском дворце, в парадной столовой, торжественно отпраздновали день рождения поэта – ему исполнился 31 год. И надо думать, дед не поскупился отметить этот, уже семейный праздник, и были откупорены бутылки дорогого шампанского, а на стол из собственных оранжерей поданы персики и ананасы… Редкие минуты счастья в жизни поэта. Но ведь то был счастливый день и в жизни его избранницы!

Вместе с Натали Пушкин подолгу гулял по аллеям старинного парка. Наконец, они наедине, – и старые рощи надежно укрывали влюбленных от сторонних любопытных взоров. Как замирало тогда сердце у семнадцатилетней Натали, как жадно и недоверчиво слушала она признания жениха!

Когда в объятия мои

Твой стройный стан я заключаю,

И речи нежные любви

Тебе с восторгом расточаю,

Безмолвна, от стесненных рук

Освобождая стан свой гибкой,

Ты отвечаешь, милый друг,

Мне недоверчивой улыбкой…

У неё, как и у всякой барышни, был свой заветный девичий альбом. И она, конечно же, просила поэта написать ей на память стихи. Разве мог отказать ей в том Пушкин, не любивший делать поэтические подношения светским красавицам!

Стихотворные строчки легко ложатся на альбомные страницы. Натали читает их и отвечает жениху стихами же. Он вновь пишет ей, и она, не боясь выглядеть смешной в глазах знаменитого поэта, откликается ему: в стихах признается в любви!

Альбом этот, поистине бесценный, ныне не сохранился. И никогда уже не услышать и тех канувших в небытие стихов Пушкина, и поэтических опытов его невесты. Но остались воспоминания счастливцев, кому довелось некогда перелистывать альбомные страницы…

«Я читал в альбоме стихи Пушкина к своей невесте и её ответ – также в стихах, – сообщал Безобразов весной 1880 года Гроту. – По содержанию весь этот разговор в альбоме имеет характер взаимного объяснения в любви».

Строки те достойны доверия. Ведь авторство письма принадлежит Владимиру Павловичу Безобразову, человеку весьма известному: экономисту, публицисту, академику Императорской Санкт-Петербургской академии наук, тайному советнику и сенатору. Современники отзывались о нём, как о «европейском публицисте», замечая, что господин Безобразов «отличался общительностью, простотой, весёлостью, симпатичным обращением, не чуждался светских увеселений и увлечений». Вот ему-то, гостившему у Гончаровых в их калужской усадьбе, и довелось держать в руках девичий альбом Натали.

Своё послание Владимир Павлович адресует другому, не менее замечательному человеку – Якову Карловичу Гроту, российскому филологу, академику и действительному тайному советнику. А в прошлом – выпускнику Царскосельского лицея, – его Грот окончил в 1832 году с золотой медалью. Ещё будучи воспитанником Лицея, имел счастье встретиться с Пушкиным.

Кажется весьма значимым, что не ускользнул от глаз русского учёного сам тон альбомных признаний – «взаимного объяснения в любви»!

Тогда Пушкина это забавляло. Возможно, он даже хвалил невесту за удачные рифмы. Но пройдёт не так много времени, Натали станет его женой и отношение к поэтическому творчеству молодой супруги изменится.

Козни «Бронзовой Бабушки»

Внучки Афанасия Николаевича, в их числе и любимица Наташа, росли бесприданницами, и это обстоятельство весьма осложняло им жизнь. Да и не только барышням Гончаровым!

Как тут не вспомнить откровения поэта: «Тёща моя отлагала свадьбу за приданым, а уж конечно не я. Я бесился. Тёща начинала меня дурно