"Санта-Барбара". Компиляция. Книги 1-12 - Генри Крейн

Ник чуть подался вперед.

— Почему? — удивленно спросил он. СиСи развел руками.

— Я решил, что так будет лучше для ее же собственного блага.

Хартли с сомнением покачал головой.

— Вы уверены, что поступили правильно? Может быть вам все‑таки стоило оставить?

СиСи тяжело вздохнул.

— Знаешь, Ник, у меня сердце обливалось кровью, когда я видел, как санитары уводили ее в машину.

Ник сочувственно покачал головой.

— Да, представляю себе. Наверное, это было зрелище не из самых приятных. Да, здесь трудно решить, что лучше, а что хуже.

СиСи продолжил:

— Она и сейчас не совсем еще здорова, а в тот момент, она полностью потеряла контроль над собой. Мне было очень трудно сладить с ней. Она впала в истерику, кричала, размахивала руками, плакала. Мне было очень жаль ее, но в тоже время, я понимал, что сейчас ее нельзя лишать присмотра врачей. Она слишком не управляема. Ты должен понять меня, Ник. Мне действительно было тяжело, очень тяжело принимать это решение. Однако, я вынужден был это сделать.

Ник стал задумчиво расхаживать по комнате.

— Возможно, вы были правы. Во всяком случае, сегодня она вела себя тихо и как‑то странно, — он на мгновение задумался. — Честно говоря, я был потрясен переменами в ее характере, она была вежлива, сдержанна и соблюдала дистанцию.

СиСи недоуменно развел руками.

— Я думаю, что на нее оказали свое влияние строгие порядки, установленные доктором Роулингсом в своей клинике. Он не слишком позволяет пациентам своевольничать. Возможно, это верный подход. В любом случае, Роулингса нельзя отнести к сторонникам либеральных методов лечения психически больных пациентов. Но, что, собственно говоря, тебя удивило в таком ее поведении?

Ник сокрушенно покачал головой.

— Но ведь мы любили друг друга… Мы были помолвлены и собирались пожениться. У меня сложилось такое впечатление, что она либо не хочет вспоминать об этом, либо все напрочь забыла.

СиСи опустил голову.

— Мне очень жаль, Ник. Ты должен понимать сам, прошло столько времени… Возможно, в характере Келли произошли какие‑то необратимые изменения. Ведь ей пришлось столько пережить. Ты должен простить ее за это.

Ник резко повернулся к СиСи и немного нервным голосом произнес.

— Я понимаю, конечно, что это означает полный и окончательный разрыв, но вы же представляете как мне больно…

СиСи решил выразить свое сочувствие и подбодрить Ника. Он подошел поближе и положил руку на плечо Хартли.

— Время залечивает раны, — ободряющим голосом сказал он. — Я бы посоветовал тебе не спешить с выводами. Еще не все решено. Поверь моему жизненному опыту. Тебе нужно набраться терпения и подождать, пока Келли выйдет из больницы. А потом, вы сможете поговорить в более спокойной обстановке. Я думаю, что все окончательно прояснится именно тогда. А сейчас, нужно ждать.

Тяжело вздохнув, Ник опустил голову.

— Да, наверное, это будет лучшим выходом, — скрепя сердце сказал он. — Мистер Кэпвелл, я не смогу ее больше навещать, это слишком тяжело для меня. Но если я смогу чем‑то помочь Келли, то, пожалуйста, дайте мне снова знать. Я сделаю все, что в моих силах.

СиСи сочувственно посмотрел на Ника.

— Я и не сомневаюсь в этом. Ты же знаешь, как я отношусь к тебе. Ты — замечательный человек, Ник, и много сделал для Келли. И тогда, и сейчас…

Почувствовав, что разговор исчерпан, Ник в прощальном жесте положил руку на плечо СиСи.

— Мне пора идти, мистер Кэпвелл. Провожать меня не надо. До свидания.

Судя по его походке, Ник пребывал не в лучшем настроении. СиСи с сожалением проводил взглядом его фигуру.

Все, что он мог, он уже сказал, и добавить ему было уже нечего.

Нику сейчас было необходимо решать свои проблемы самому, в одиночку.

Хартли еще не успел выйти, как дверь дома распахнулась и в прихожую влетел Тэд.

Увидев Ника, он с удивлением застыл посреди прихожей.

— Привет, Тэд, — хмуро сказал Хартли, проходя мимо. Не дожидаясь ответа, Ник Хартли покинул дом Кэпвеллов. У Тэда был сейчас такой вид как будто ему пришлось бросить все и бежать через полгорода. Собственно, так оно и было, с той лишь разницей, что он не бежал, а ехал на машине.

Воротник его рубашки был расстегнут, галстук съехал набок, одна пуговица на рубашке расстегнулась.

Немного отдышавшись, он бросился в гостиную, где из угла в угол задумчиво ходил СиСи.

Увидев его, Тэд воскликнул:

— Отец, ты разговаривал с Джейн?

СиСи остановился и непонимающе посмотрел на сына.

— Джейн, какая Джейн? — удивленно спросил он.

— С Джейн Уилсон, которая вместе с Хейли снимает квартиру…

СиСи поморщился.

— Ах, вот ты о чем… Ну и что?

Тэд возмущенно взмахнул рукой.

— Отец, ты не ответил на мой вопрос! Ты с ней говорил о Хейли и Джине?

СиСи сочувственно посмотрел на Тэда.

— Ты ничего не знал об этом?

Тэд едва сдерживался от того, чтобы не кричать.

— Отец, иногда я не понимаю тебя, — повышенным тоном сказал он. — Почему ты решил, что Хейли и Джина родственницы?

СиСи попытался что‑то возразить.

— Послушай меня, Тэд…

Однако, тот уже не хотел ничего слушать.

— Отец! Твоя больная фантазия заставила тебя поверить в такую чушь!.. У тебя, наверняка, слишком разыгралось воображение! — закричал Тэд, уже не заботясь о том, чтобы соблюдать внешние приличия.

СиСи удрученно развел руками.

— Но ведь это правда, Тэд.

— Нет! — воскликнул тот. — У Хейли от меня нет секретов! Это естественно, ведь мы собираемся пожениться. Ей известно, что я думаю о Джине.

СиСи безнадежно покачал головой.

— Именно поэтому Хейли хранила молчание. Она слишком хорошо успела узнать тебя.

Тэд разъяренно заорал:

— Отец, я попрошу так не говорить о Хейли! Ты несправедлив к ней! Ты считаешь, что только ты имеешь право выносить суждения о людях. Уверяю тебя, это не так!

Тэд порывисто повернулся, чтобы уйти. Но СиСи воскликнул своим обычным властным тоном:

— Подожди‑ка секунду! Тэд, я обращаюсь к тебе!

Тот замер на месте, но не обернулся. Поэтому СиСи был вынужден разговаривать с ним через спину.

— Я сам слышал это от Джины, — холодно сказал Ченнинг–старший. — Она призналась во всем. Она была здесь.

Услышав это, Тэд изумленно обернулся.

— Джина? Сама призналась?..

СиСи бросал слова тяжелые, как обвинительная речь.

— Да, она сама сказала мне о том,