Мне тебя подарили - Евгения Ник

— Драться умею, — с серьезным видом говорит он, глядя на подругу в зеркало заднего вида. — И стрелять.

— Отлично! Гипотетически: если в торговом центре меня атакует невменяемый психопат, Димочка, вы же меня защитите?

— Конечно, — кивает он, и уголок его губ слегка тянется вверх.

— Прекрасно! — сжимает она руку в кулак. — А вы ничего такой. Может мне в вас влюбиться?

— Лина, успокойся дурная, у Димы семья есть, — осаждаю пыл подружки.

— Ну вот, снова не прет мне на мужиков. Брутальный, симпатичный, но занят. Что ж такое-то?! Дим, а Дим, вы разводиться не планируете в ближайшее время?

— Нет, точно не планирую, — он не выдерживает и уже откровенно смеется.

— Жа-а-аль…

— Златка, слушай, а Пашка твой занят? — брякает подружка.

Нога сама летит и припечатывает Линке под коленку. Тут же кошусь в сторону водителя и сталкиваюсь с его острым взглядом.

— Он не мой! Язык твой, вражина! Дима сейчас не то подумает, а потом не то подумает и Злат. Пойдет цепная реакция и мне конец…

— Ой, прости. Димушка-Димочка-Димасик, вы не подумайте, Пашка — это Златкин друг. Просто друг, без подтекста, если вы понимаете о чем я, — начинает она крутиться змеей.

— Спасибо милая, ты только больше меня хоронишь, — хмыкаю и закатываю глаза.

— Златослава, не переживайте, о Павле мы в курсе. Все в порядке.

"Мы". Интересно он обозначил. И почему я не удивлена? Теперь понятно, почему от Паши так давно нет ни сообщений, ни звонков. Нужно будет связаться с ним самой. Как-нибудь потом...

Как только мы паркуемся на внутренней парковке торгового центра, Дима передает мне банковскую карту и с усмешкой сообщает, что Злат просил занулить ее, конечно, если у меня получится.

Фыркаю. Витман в своем репертуаре.

Не проходит и пяти минут, как и он сам объявляется. Засыпает мой мессенджер пошлыми сообщениями и требованием, чтобы я выгребла все салоны нижнего белья. Игнорирую его и ничего не отвечаю, но пару комплектов все-таки покупаю: практически прозрачный пудровый и черный, дерзкий, с завышенными на талии трусиками-стринги.

Полдня пролетают незаметно. Под вечер решаем поужинать в кафе с милым названием — “Изюм”. В ожидании заказа, впервые за весь день мы с Линкой просто молчим. Устали, оттого и кутаемся в тишину. Уютно нам. Я просто наблюдаю за людьми. Красивые такие, в каждом подмечаю что-то особенное, изюминку. Может, это место на меня так влияет? Ламповый интерьер, мягкий свет, настраивают на полный релакс и наслаждение от прожитого дня, от самой жизни… Да, кажется, я впервые ощущаю спокойствие, легкое счастье, а еще тоску по Златику.

Скучаю.

Делаю маленький глоток горячего латте, ощущаю, как приятное тепло разливается по телу, по каждой венке. Согревает. И так мне сейчас хочется в объятия того, кого столько лет я ненавидела, а теперь — нет. Так бывает? Возможно.

Тепло концентрируется на уголке плеча, следом меня обдает ароматом моего мужчины. Ни с чем не спутать — свое. Поднимаю голову и сталкиваюсь с его кофейными глазами, терпкими, горькими, как ристретто.

Не удивляюсь, будто ждала чего-то подобного.

— Привет, Златик, — улыбаюсь. — А я думала о тебе, — говорю, совершенно забыв о том, что напротив меня сидит Алина.

Дарит мне в ответ, ту самую улыбку, что раньше показывал только матери и сестре.

— Алина, привет. Сорян, но лимит моего терпения иссяк — задолбался быть идеальным, поэтому Славу я забираю. Дима тебя отвезет, куда попросишь, — говорит он и легонько тянет мою руку на себя.

Торопливо обнимаю и чмокаю в щечку подругу.

— На связи, — прикладываю к уху руку с вытянутыми мизинцем и большим пальцем в подобии телефонной трубки.

— Бегите уже, голубки, — бросает она с довольным, поплывшим от умиления взглядом.

— Славик, ты издеваешься? — обжигая своим дыханием, на полушепоте выдает Злат. — Губы свои сюда дай. Пиздец, скучал.

Парковка торгового центра. Серый бетон и тусклый свет. Спокойно и тихо. И только около места “Л11” искрит. Злат бросает крафтовые пакеты нам под ноги. Они приятно шелестят каждый раз, когда кто-нибудь из нас случайно задевает их ногой. Целуемся. Мой мужчина ведет языком по моим губам, слегка прикусывает, до приятной боли, не переходя грань, скользит внутрь моего рта. Вдавливает в дверь своего автомобиля с такой силой, что холод металла и стекла проникает сквозь одежду, но внутри меня горит огонь, и все, что я чувствую — неземной кайф. Из груди вырывается хриплый, глубокий стон. Сжимаю ткань его пиджака. Зверею, шарю руками по груди Злата, дергаю за лацканы в попытках сорвать пиджак с раскаленного от страсти тела.

— Твою мать… — выдыхает он, перехватывает мою руку и прижимает к своему паху.

Могла ли я когда-нибудь представить, что окажусь верхом на Златике в его машине?

Да, все там же… на парковке торгового центра. BMW ритмично покачивается. Пакеты так и стоят около него. Плевать. Пока Витман с остервенением терзает мою грудь, я насаживаюсь на его член с громкими стонами. На каждом шлепке, металлическая пряжка его ремня приятно холодит мою кожу.

— Сука… — рычит Злат и откидывает голову назад. — Какая же ты сука, Славка.

Его руки в бессилии скользят по моему телу низ, сама ловлю вертолеты, но не могу замедлиться, наоборот, увеличиваю скорость. Витман поднимает голову, опаляет меня своим взглядом. Подхватывает под бедра и заваливает на спину.

— Погнали? — хрипит он.

Одышка не позволяет даже проскрипеть в ответ, просто киваю и полностью отдаюсь ему.

Властвуй Злой, поглоти меня полностью, проберись под кожу, пронесись стрелой вместе с кровью по всему организму, спали без сожалений, а потом дай мне воскреснуть...

— Злат, я тебя, кажется… — задыхаюсь. Короткое слово “люблю” комком встает поперек горла, зажмуриваюсь и отчаянно рычу.

— Похуй, Славик, это просто слова, — эхом отдается его голос в моем сердце. — Я все понял.

Распахиваю веки, обвиваю руками его шею, тянусь, чтобы коснуться губами.

— Ты все-таки сломал меня Витман, сдаюсь. Теперь окончательно…

Это уже не просто волны приближающегося оргазма на двоих. Нет, это нечто большее. Всепоглощающее.

Это и есть любовь.

Сжимаюсь. Вместе с криком из нас одновременно выбрасывается вся энергия, а затем мое влажное, от выступившего пота тело обмякает, лишь стенки влагалища все еще бьются в истерике и пульсируют. Злат, не выходя из меня, прижимается грудью ко мне. Наши сердца бьются, словно сражаясь, чье быстрее.

Понял ли он? Без слов, но в каждом движении, во взгляде, в трепете дыхания, едва уловимой дрожи рук — мое признание.

_______________________________

Добрый день, мои дорогие,

Как по вашему поведет себя Жданов,