История Дании с древнейших времен до начала XX века - Коллектив авторов -- История

Народные войны открыли новый этап в истории унии: тенденции единения теперь противостояла примерно равная ей тенденция разъединения, а равновесие между ними достигалось путем острых, часто вооруженных конфликтов.

После недолгого правления общего короля, бездетного Кристофера III Баварского (1440 (в Швеции — 1441) — 1448), в Швеции избрали королем Карла Кнутссона (Бунде), который претендовал и на норвежскую корону. Датчане же пригласили на свой престол принца Ольденбургского Кристиана (Кристиерна). Кристиан I (1448—1481) положил начало Ольденбургской династии в Дании (впрочем, также родственной древнему датскому королевскому роду). Он стал также королем Норвегии — после того, как последняя была вынуждена согласиться на провозглашение «вечной» датско-норвежской унии (1450). В отсутствие общего монарха Кальмарская уния оказалась фактически разорванной. И хотя Дания договорилась со Швецией о том, что их короли наследуют друг другу (Хальмстадское соглашение 1450 г.), между нею и Швецией, поддержанной Ганзой, вскоре началась серия войн (1452). Войска обеих сторон грабили поселения Сконе и Вестергётланда, пираты опустошали побережье, торговля стала снова приходить в упадок.

Изыскивая средства для войны, король Карл задевал интересы церкви, дворян и бюргеров. Его трижды изгоняли, а летом 1457 г. на короткое время корону Швеции получил Кристиан I, что означало восстановление унии. Но внимание Кристиана I было отвлечено. Ему предстояла борьба за объединенный лен Шлезвиг-Гольштейн, где пресеклась правящая Голштинская династия. Через свою мать Кристину Голштинскую — сестру герцога Шлезвига Адольфа и жену, деятельную Доротею Бранденбургскую (которая первым браком была за королем Кристофером Баварским), Кристиан I имел влияние на южноютландские дела. И в 1460 г. он добился своего избрания на общий престол герцогства Шлезвига и графства (с 1472 г. также герцогства) Голштинии. Хотя Голштиния стала леном германского императора, Шлезвиг формально остался леном датской короны, но, будучи в унии с Голштинией, находился под большим императорским влиянием. Нуждаясь в средствах для реализации своей шлезвиг-голштинской политики, Кристиан I обложил единой податью крестьян-бондов, держателей и бюргеров. Шведы восстали, и зимой 1464 г. войско короля было разбито в Вестманланде народным ополчением под руководством епископа Четтиля Вазы. Уния снова распалась.

Брункеберг

После смерти Карла Кнутссона осторожный шведский риксрод сделал его преемника лишь регентом. Так было положено начало полувековому (1471 — 1520) с небольшими перерывами регентскому режиму в Швеции. Правители из аристократического рода Стуре проводили антидатскую и одновременно централизаторскую политику. Шведское общество раздражали сложные отношения Дании с империей и Южной Ютландией, чуждые шведам и чреватые большими налогами. Внутренние неурядицы в Дании, оппозиция Норвегии, действия ганзейских городов и внутренняя консолидация самой Швеции — все это подогревало антидатские настроения. Позиции той части шведской знати, которая продолжала уповать на иллюзорную теперь программу унии, постепенно слабели, но пока еще составляли серьезный противовес режиму Стуре. С конца 60-х годов возобновились приглашения Кристиану I на престол страны. В начале 1471 г. он начал снаряжать флот и объявил мобилизацию в ряде датских округов. 14 октября 1471 г. у северных предместий Стокгольма, на Брункебергском холме и холмах Норрмальма, прибывшее с Кристианом I войско — датские рыцари, немецкие наемники и дружины проуниатской шведской знати — были наголову разбиты шведским войском. Под знаменем Стена Стуре Старшего сражались ополчения бюргеров, крестьяне, горняки, значительная часть дворянства. Раненый Кристиан бежал в Данию. Памятник этого события — подаренная кафедральному собору Стокгольма статуя св. Георгия, поражающего дракона, работы известного всей Скандинавии немецкого скульптора по дереву Бернта Нотке.

Поражение при Брункеберге было большим ударом и для датской аристократии, и лично для Кристиана I, который на протяжении своего долгого правления весьма ревностно относился к престижу Дании и ее монарха. Всегда покоряясь призвавшему его риксроду, он все же сделал важный шаг для усиления политической роли средних слоев. В 1468 г. на очередную «встречу» наряду со светскими и церковными господами впервые пригласили представителей не только городов, но и общин. Видимо, король хотел заручиться их помощью в сложный период борьбы за унию. Объективно это был качественный скачок в развитии «настоящего» парламента, с его полисоциальным составом, что укрепляло централизованную государственность. Но главной опорой короны в торговой Дании тогда — и надолго — стали горожане, особенно купечество. Заслугой Кристиана I является и основание первого в Дании Копенгагенского университета. Разрешение на его открытие (по аналогии с Уппсальским в Швеции, открытым В 1477 г.) король получил вместе с «Золотой розой» в Риме от папы Сикста IV. Пышный прием у папы, у местных аристократов и кондотьеров вполне удовлетворил тщеславие Кристиана I[30].

Но амбиции короля дорого обходились Дании. Длительная и неудачная война с Данцигом (1454—1466) ухудшила торговую ситуацию на Балтике, поступления от пошлин упали. Новые налоги разоряли народ, не случайно прозвавший Кристиана I «бездонной бочкой». Король завел пышный двор, тратил казенные финансы на свои туалеты и подарки фаворитам. Выдавая дочь Маргрету за шотландского короля Джеймса III, он не смог обеспечить ее приданым и поэтому отдал — как бы в залог — принадлежавшие Норвегии Шетландские и Оркнейские острова, которые так и не выкупил.

Преемником Кристиана I на престоле Дании и Норвегии стал его 23-летний сын Ханс (1481—1513), женатый на Кристине Саксонской. Миролюбивый, религиозный и старательный, король Ханс стремился выполнить свой монарший долг и решить традиционные для датской короны проблемы касательно дворян, Ганзы, Шлезвига и Гольштинии, унии и казенных финансов. Его мать — вдовствующая королева Доротея — отдала в распоряжение ригсрода большую часть своей огромной (оцененной почти в 58 тысяч гульденов) недвижимости. Вскоре Ханс встретился с представителями дворян, церкви, бюргеров и бондов в Калуннборге (1494). По их требованию он подписал капитуляцию, где, в числе прочего, обязывался не разделять и не уменьшать территорию страны, не раздавать и не дробить владения. Король, говорилось в манифесте, это не Дания: он выбирается лишь для того, чтобы управлять ею.

Капитуляция датского короля понравилась шведским магнатам, и ригсрод Швеции согласился было призвать Ханса в свою страну — при условии невмешательства во внутренние ее дела (Кальмарские рецессы 1483 г.). Однако отвоевывать шведскую корону пришлось силой. Летом 1497 г. шеститысячная датская армия из рыцарей, бюргеров, крестьян и немецких наемников — так называемой саксонской гвардии — захватила Стокгольм. Ханс надел шведскую корону. Но уния продержалась всего четыре года: в ее судьбу вмешались новые обстоятельства.

Брат короля Фредерик, герцог Шлезвига и Голштинии, совместно с ютландской знатью и при поддержке других датских аристократов решил покорить Дитмаршен — маленькую свободную республику крестьян-фризов, расположенную у основания Ютландского полуострова, с выходом к Северному морю. Она издревле обладала автономией, своим языком и самобытной