Идеальная катастрофа. Седан, 1 сентября 1870 г. - Николай Анатольевич Власов

«Мозгом армии» считался Большой генеральный штаб. Руководивший им с 1857 года генерал Гельмут фон Мольтке смог превратить этот второстепенный орган, пользовавшийся репутацией клуба ученых офицеров, в нервный центр прусской военной машины. Ключевую роль в этом процессе сыграла, опять-таки, Австро-прусская война 1866 года. Подготовка стремительной победоносной кампании была целиком и полностью заслугой Мольтке и его сподвижников. Шеф Большого генерального штаба выполнял и функции главного военного советника короля на театре военных действий. Разгром австрийской армии оказался в первую очередь его победой. После 1866 года никто уже не ставил всерьез под сомнение ни авторитет Мольтке, ни положение Большого генерального штаба.

Чем же занимался «мозг армии»? В его ведении находились, в первую очередь, составление мобилизационных планов и стратегическое планирование. Кроме того, он обобщал опыт минувших кампаний и собирал информацию о потенциальных противниках. Большой генеральный штаб оказывал также большое влияние на подготовку командного состава прусской армии. Он имел своих «представителей на местах» в виде штабных офицеров корпусов и дивизий. С началом боевых действий шеф Большого генерального штаба почти автоматически становился главным военным советником монарха — по сути, фактическим главнокомандующим.

Во второй половине 1860-х годов Мольтке и его команда играли ключевую роль в осмыслении кампании против Австрии. Одержанная победа не стала поводом закрыть глаза на ряд серьезных недостатков. Множество проблем было обнаружено в использовании артиллерии и кавалерии, требовали дальнейшего совершенствования система организации снабжения и полевая медицина. В 1869 году была выпущена «Инструкция для высших офицеров» с изложением основ оперативного искусства. Решить все проблемы за несколько лет не представлялось возможным, однако прогресс к 1870 году был налицо.

Во Франции ничего даже отдаленно похожего на прусский Большой генеральный штаб не было. Так называемое «депо военного министерства» являлось фактически исполнительным органом, не имевшим монополии на стратегическое планирование. Мобилизация французской армии также была подготовлена не так хорошо, как в Северогерманском союзе. Более того, в соответствии со сложившейся практикой полки французской армии периодически перемещались по стране, чтобы не обзаводиться слишком тесными контактами с местным населением. Делалось это исходя из внутриполитических соображений: лояльность армии, ее способность подавить любой мятеж была одной из важнейших опор Второй империи. В результате, однако, большинство подразделений дислоцировались вдалеке от своих призывных пунктов, и процесс мобилизации затягивался еще сильнее.

Сравнивая между собой две военные машины, которым предстояло сойтись в смертельной схватке летом 1870 года, трудно сделать однозначные выводы. Вернее, сделать их нам легко — ведь мы знаем, чем все закончилось в итоге. С позиции современника задача выглядела куда более сложной, поэтому многие в Европе настроились на долгую войну. Даже прусские офицеры, не сомневаясь в конечной победе, считали, что она будет куплена дорогой ценой, и были готовы к возможным поражениям на начальном этапе.

Однако реальность вновь, как и в 1866 году, оказалась совершенно иной.

Глава 2

Жаркий август

К возможной войне обе стороны стали готовиться задолго до ее начала. И у французов, и у немцев были свои планы. Во Франции после Австро-прусской войны сознавали численное превосходство противника, и поэтому составленный в 1868 году генералом Фроссаром меморандум предполагал стратегическую оборону на северо-восточных рубежах Франции. Опираясь на сильные позиции и используя преимущества нового пехотного вооружения, следовало обескровить пруссаков, а дальше действовать в зависимости от обстоятельств.

Этот замысел лег в основу французского планирования, однако уже в следующем году ситуация начала меняться. Надежды на союз с Австрией и Италией требовали принципиально другого подхода. В феврале 1870 года Париж посетил австрийский эрцгерцог Альбрехт, предложивший начать войну масштабным наступлением французской и австрийской армий навстречу друг другу в южной Германии. Местные монархи вынуждены будут перейти на сторону союзников, которые, объединив свои силы, дадут бой пруссакам. Французские генералы сочли этот проект слишком рискованным, однако Наполеон III поддержал его, считая неправильным ограничиваться пассивной обороной. Проблема, однако, заключалась в том, что шансы на успех представленного плана целиком и полностью зависели от готовности австрийцев вступить в войну, а никаких конкретных гарантий в Вене давать не спешили. Поэтому французское командование встретило войну без единого внятного плана действий.

По другую сторону границы ситуация отличалась кардинальным образом. Окончательный план развертывания был составлен зимой 1868–1869 годов и затем лишь незначительно дополнялся. Для Мольтке главной головной болью была высокая степень боеготовности французской армии, обусловленная ее практически профессиональным характером. В результате французы могли начать вторжение еще до завершения мобилизации — как своей собственной, так и прусской. Мольтке предполагал в этом случае встретить противника тремя армиями, одна из которых «поймает» их главный удар, а две другие атакуют французов с обоих флангов. Если же французская армия не начнет наступление, после завершения сосредоточения следовало начать наступление широким фронтом и как можно скорее навязать главным силам противника решающее сражение. Этот план буквально дышал уверенностью в превосходстве северогерманской армии. Мольтке исходил из того, что будет иметь на театре военных действий численное превосходство даже в том случае, если южногерманские государства сохранят нейтралитет.

Мобилизация и развертывание северогерманской армии во второй половине июля 1870 года напоминали работу хорошо отлаженной машины. Незначительные сбои хотя и случались, но не меняли общей картины. Общая численность армии военного времени составляла более миллиона солдат и офицеров. Войска первой линии состояли из 13 корпусов (включая гвардию) и одной отдельной пехотной дивизии. В каждом корпусе (численностью около 40 тысяч человек) было две пехотных дивизии, а также кавалерийские подразделения. Артиллерийские батареи находились либо в составе дивизий, либо в подчинении командования корпуса (корпусная артиллерия). Кавалерия, помимо этого, образовывала в военное время отдельные дивизии, подчиненные командованию армий.

Как уже говорилось выше, этих армий было три. 1-я под командованием генерала Штейнмеца (VII и VIII армейские корпуса[3]) сосредотачивалась в районе к юго-востоку от Трира. Главная, 2-я, под командованием принца Фридриха Карла (Гвардейский, II, IV, IX, X и XII армейские корпуса) концентрировалась к югу от Майнца. Поскольку намерения французского командования были неясны, солдаты выгружались из поездов на правом берегу Рейна. В районе Ландау сосредотачивалась 3-я армия под командованием прусского кронпринца Фридриха Вильгельма. Она состояла как из северогерманских (V и XI корпуса), так и из южногерманских частей (I и II баварские корпуса, баденская и вюртембергская дивизии). В каждой армии имелось по две кавалерийские дивизии (не считая корпусной и дивизионной кавалерии). Район прусского развертывания напоминал большую подкову, опиравшуюся обеими концами на границу с Францией.

Ввиду неясности австрийской позиции три