Законная добыча - Саша Кей

Как манок, как красная тряпка позади мощной фигуры виднеется незакрытая дверь. Адреналин подскакивает так, что картинка перед глазами становится невозможно детализированной. Инстинкт «бей и беги» шарашит в мозг как в барабан.

Я стискиваю ручку вилки в потной ладошке. Пячусь от Амира, который плавно идёт ко мне. Каждый его шаг регистрирую как в замедленной съёмке под звук толчков крови, шумящей в ушах. Я натянута как струна, только всё равно медлю в последний момент.

А Сафаров нет.

Он быстрый. Очень быстрый. Молниеносный.

Я подозревала, что Амир тренированный. Видела эти мускулы, пока он переодевался. Но всё равно не ожидала такой скорости.

Не успеваю даже замахнуться. В один миг он оказывается рядом со мной и перехватывает мои запястья, сжимая так, что вилка с жалобным звоном падает на пол.

У меня вырывается крик раненого зверя. Отчаяние толкает меня на ещё большую глупость. Перед глазами тёмная дрожащая пелена. Я начинаю сопротивляться. Вырываться из рук, пытаться пнуть Сафарова.

Всё бесполезно. Минуты не проходит, как я оказываюсь на кровати, придавленная телом Амира.

Глава 7. Торг

— Посмотри на меня! — требует Сафаров.

Ему приходится придавливать меня всем весом, чтобы я не вырывалась. Чувствую гранитную твёрдость его тела и понимаю, что мне никогда с ним не справиться.

— Посмотри. На. Меня.

Я с ненавистью и презрением встречаю его взгляд. Не знаю, что мне будет за провалившуюся попытку нападения, но меня ведь и так не на чай с пряниками позвали.

Но оказывается, мой поступок был настолько глупым, что Амиру и в голову не приходит, будто я хотела вилку вонзить в него.

— Если ты надумала с собой что-то сделать, то напрасно. Тебе это не удастся. Ясно?

Смотрю на него молча.

— Я спрашиваю — ты отвечаешь. Ещё раз. Ясно?

Киваю, и Сафаров поднимается с меня.

Пока он подбирает вилку, я забиваюсь в угол и скрючиваюсь, обхватив колени руками.

— Гордая, значит, — делает ядовитый вывод Амир.

Что сказать? Он подумал обо мне лучше, чем я есть. Но мне плевать.

— Что со мной будет? — спрашиваю я. Мне кажется, я имею право знать.

Сафаров же так не считает.

— Торопишься расплатиться по отцовским долгам?

Понятия не имею, что меня ждёт, но ожидание выматывает не хуже пытки.

Амир выходит, и я сижу, отупело раскачиваясь на кровати. Эмоциональная вспышка высосала из меня всё. Какое-то время меня не беспокоят, но вскоре я понимаю, что не всё в порядке в датском королевстве.

Комната, судя по всему, имеет двустороннюю шумоизоляцию, потому что из-за двери до меня ничего не доносится. Полагаю, бывший хозяин комнаты позаботился и о том, чтобы в коридоре не было слышно криков его «гостей». Однако окно приоткрыто на микропроветривание, и на улице происходит что-то непонятное.

Перекрикиваются мужские голоса, бросая скупые фразы, которые мне не разобрать. Визг тормозов, хлопанье дверями, лязг ворот. Необъяснимое оживление для глубокой ночи.

Вдруг всё стихает. С полчаса стоит гробовая тишина. Я уже думаю, что все уехали, замуровав меня в этой комнате, но потом снова слышно, как открываются ворота. А через десять минут на пороге опять возникает Сафаров. Он в куртке, его лицо по-прежнему непроницаемо, а во взгляде добавляется что-то ещё, чему я не нахожу описания.

— Как чувствовал, что с тобой что-то не так. А ну, пошли.

Я вжимаюсь в стену сильнее, будто это как-то может оградить меня от Амира.

За его спиной появляется Саня.

— Босс, нужна помощь?

Меня передёргивает от одного его вида, хотя он пока меня и пальцем не тронул.

— Анна перестанет дурить и пойдёт сама, — с нажимом произносит Сафаров, и я, с трудом расплетя ноги, всё-таки подхожу к нему. Лишь бы меня не трогал телохранитель.

Тяжёлая рука ложится на моё плечо и выводит из комнаты.

Ни слова не говоря, Амир ведёт меня по коридору, потом вниз по лестнице. Мы оказываемся на крыльце снаружи. Я ничего не понимаю. Мне кажется, я так больше не выдержу. У любого человека есть предел.

В двадцати шагах от ступеней дожидается огромный чёрный джип под парами. Двери распахнуты в ожидании пассажиров. Меня опять куда-то повезут? В чём дело?

— Возьми её, — командует Сафаров Сане, — босиком она далеко не уйдёт.

Шарахаюсь в сторону от протянутой руки, вжимаясь в Амира.

— Дойду, — хриплю я. — Всего лишь щебёнка.

Смачно выругавшись, Сафаров просто в одно движение закидывает меня на плечо, и прежде чем я понимаю, что произошло, уже сгружает в салон, запихивая вглубь. Сам садится рядом. Саня падает на место рядом с водителем, и мы стремительно покидаем дом. Джип несётся в темноте, освещая дорогу дальняком, разрезая ночную тьму. Я таращусь в окно, чтобы понять, где нахожусь, но не видно ни черта.

— Босс, так что с Мироненко? — нарушает тишину телохранитель. — Он же не всерьёз? На хрена ему эта краля?

— Это мы спросим у Павла Андреевича, — отвечает Амир таким тоном, словно спрашивать он будет, снимая с дядечки тонкую стружку. — Я в местных раскладах пока ничего не понимаю. Приехал, называется, решить вопросы. Десять лет меня не было, и на тебе.

Неожиданно много слов от Сафарова. Он же их экономит. И явно зол.

— А может, у неё спросим? — Кивает в мою сторону Саня. — Обстоятельно.

Я сжимаюсь и стараюсь отодвинуться, как можно дальше, но Амир притягивает меня вплотную к своему боку. Его рука остаётся на моём плече, снова механически наматывая толстую прядь светлых волос на кулак.

— Я спрошу.

Я даже не пытаюсь сказать, что не знаю никакого Мироненко.

— Вы её отдадите?

Сердце замирает. Что всё это значит? Кому отдадите?

— Заткнёшься ты, наконец, или как? — рявкает Сафаров, пресекая вопросы, но всё-таки добавляет: — Не много ли Мироненко хочет? И контроль над заповедником, и Платонову.

Голова кругом. Как я ни силюсь, не могу свести концы воедино. Это кошмар. Сумасшедший дом. Сюр.

Всё же решаюсь открыть рот:

— Это какая-то ошибка… Я не знаю никакого Мироненко…

Амир достаёт из кармана куртки телефон, что-то там тыкает и показывает мне фото.

— Это клиент кафе, в котором я подрабатывала. Постоянный, поэтому я его запомнила…

На самом деле, я его запомнила, потому что он меня пугал. Бывает такой тип мерзких престарелых уродов, которые одним только взглядом заставляют желать помыться с мочалкой. Он всё время отпускал скабрёзные шуточки, и когда видел, что они не находят у меня понимания, выставлял меня идиоткой. Администратор как-то нервно меня попросил быть с ним поласковее, но, слава богу, подработка