Законная добыча - Саша Кей

— Постоянный клиент кафе на набережной? — насмешливо спрашивает Сафаров. — Забавно. Мироненко уважает совсем другие заведения, которые ему ближе по статусу. А эти забегаловки под его опекой. Ну и что он забыл в вашей богадельне?

Мне нечего было ответить. Только вот ситуация моя становится всё плачевнее, хотя я думала, что хуже уже некуда.

Саня, которому было велено заткнуться, приказ соблюдает, однако, повернувшись ко мне, он окидывает меня таким взглядом, словно готов вышвырнуть меня из машины прямо сейчас на полном ходу. Но ему не везёт. Амир явно не собирается расставаться со мной, по крайней мере, прямо сейчас.

Подкатив к пристани, машина тормозит, и все, кроме шофера, покидают салон. Мне тоже приходится слушаться стальной хватки Сафарова. Я спотыкаюсь на песке, перемешанном с камнями, и явно задерживаю эвакуацию, или что сейчас происходит.

Меня снова закидывают на плечо и, придерживая за задницу, вносят на катер. У меня зреет очередной план побега.

— Даже не думай. — Словно читает мои мысли Амир. — Вода ледяная и чёрная. Течение сильное. Мы тебя не найдём, но ты и не доплывёшь. Хочешь попасть под винты?

Я не уверена, что то, что мне готовит Сафаров, лучше, но пока планирую дождаться, когда мы подойдём ближе к другому берегу.

На воде и в самом деле холодно, и я стучу зубами. Достав из-за лавки нечто тёмное, Амир швыряет это в меня. Оказывается, плед. Я заворачиваюсь в него хотя бы для того, чтобы перестать светить почти обнажённым телом перед мужиками, которых насчитала пятеро вместе с Сафаровым.

Плывём намного дольше, чем я добиралась сюда, и против воли меня начинает клонить в сон. Бодрюсь сколько могу, но в итоге меня вырубает в самое неподходящее время. Я полностью пропускаю возвращение на городскую сторону и прихожу в себя, когда меня уже вносят в комнату.

Сгрузив на кровать, Амир начинает раздеваться, а я прикидываюсь спящей, исподтишка разглядывая обстановку. Похоже, у Сафарова-младшего нет таких специфических вкусов, как у брата. Никаких крюков, цепей, решёток на окнах, кодовых замков на двери в спальню. Если это, конечно, вообще его квартира. Он же не местный. Камера наблюдения если и есть, то не на виду.

Есть шанс выбраться. Может, не сейчас. Но должен же он хоть когда-нибудь спать!

Я перевожу взгляд на Амира, как раз в тот момент, когда он, стащив куртку, встаёт перед зеркалом, отодвигает ворот футболки, что-то разглядывает и морщится. Ему явно не нравится то, что он видит. Майка летит на пол, и я сглатываю, с шумом втягивая воздух, выдавая себя.

Сафаров резко оборачивается, и я понимаю, что не ошиблась.

Непроникающее пулевое.

— Я медсестра. То есть учусь. — Облизываю я губы. — Помогу, если отпустишь.

Глава 8. Кто-то должен заплатить

— Решила, что можешь мне ставить условия? — Поднимает бровь Сафаров. Его сиплый негромкий голос вызывает у меня леденящую вибрацию в животе.

— Нет. — Тут же даю я заднюю, ещё не хватает злить его. — Но тебе ведь нужна медицинская помощь, а с огнестрелом ты вряд ли захочешь светиться в клинике. Даже частная не станет рисковать и уведомит полицию…

— Я в порядке. Царапина.

Он выходит из комнаты, а я бросаюсь к окну. Чёрт, чёрт, чёрт! Очень высоко. Выше десятого этажа точно. Круго́м огни ночного города, и я даже не могу определить, что это за район. Ничего примечательного в глаза не бросается. От злости ударяю кулаком по подоконнику со всей силы. Боль в костяшках отрезвляет.

Сафаров слишком самонадеян. Видимо, это его первое в жизни пулевое ранение, иначе бы он не был так уверен, что обойдётся. Поначалу поражённая часть немеет, но потом боль будет нарастать. Он уже сейчас морщится, через час-два ему мало не покажется.

Я не хирург, один раз просто посетила лекцию приглашённого в колледж специалиста, и то, исключительно чтобы понять, насколько в кино всё правда. Оказалось, враньё полное. Лекция была не то чтобы захватывающей, но кое-что мне запомнилось. И я очень чётко уяснила, что без первой грамотной помощи риски очень высоки.

Амир всё ещё отсутствует, и я решаюсь на небольшую разведку. Нужно понять, в какую сторону бежать, если получится. Проходя мимо шкафа с зеркальными дверями, успеваю мельком себя увидеть. Рваные чулки почему-то особенно бросаются в глаза.

Не сейчас.

На цыпочках выхожу из комнаты.

Как такового коридора нет: из очень просторного центрального помещения можно попасть в любой угол квартиры. Кажется, вон там — что-то вроде прихожей. Виднеется нечто похожее на входную дверь.

— Вынюхиваешь? — голос телохранителя заставляет меня взвизгнуть от неожиданности. Саня сидит сбоку, развалившись на кожаном диване, и я его не заметила.

Мой визг призывает Сафарова. Он появляется в проёме, ведущем, судя по всему, на кухню. Я так думаю, потому что здоровым плечом он зажимает телефон у уха, а в другой руке у него стакан, по виду с чем-то алкогольным.

Похоже, ему уже хреново, хотя лицо по-прежнему не выражает особенных эмоций, кроме раздражения, когда он видит меня, замершую напротив телохранителя. Продолжая слушать собеседника, он резко мотает головой, давая понять, что мне следует пройти на кухню.

Прошмыгиваю мимо Амира, стараясь его не коснуться. Пока сто́ит слушаться, может, удастся усыпить бдительность Сафарова. А ещё я стараюсь не смотреть на его плечо, хотя саму рану он уже залепил какой-то кривой повязкой, за которую мне в колледже бы руки оборвали.

Я буду плохой медсестрой.

Я до сих пор очень брезглива, в морге мне становится дурно не только от запаха. Прекрасно отдавая себе отчёт в том, что я не выдержу, уже распланировала, что после выпуска, я пойду на курсы коррекционного массажа для детей или лечебной физкультуры.

Крови я не боюсь, но при виде ран высокий уровень эмпатии заставляет меня переживать так, будто я сама всё это чувствую.

Забиваюсь в угол и загнанным зверем слежу за перемещениями Сафарова по кухне.

— Понял, — недовольно отвечает своему собеседнику Амир. — Нет, Яр. Я тут ненадолго и не хочу обзаводиться долгами. Помощь Измайлова будет некстати.

Сделав глоток из стакана, он отставляет его. И, включив громкую связь, лезет в морозильник, чтобы достать лёд.

Под звук кубиков, пересыпаемых в пакет, неведомый Яр продолжает свою деятельность по вразумлению:

— Не дури. Необходимый набор медикаментов я тебе сейчас пришлю, но нужен кто-то, кто всё сделает правильно. Сейчас мой человек поднимется к тебе.

А он не дурак, этот Яр.

— Ты здесь?

— Заехал захватить кое-что для жены…

Не знаю, кем