Забытые лица прошедшей войны - Нэлли Михайловна Савенкова

Но у фашистов были и другие устремления. В их планах Ленинград стоял наравне с Москвой в ряду пунктов, которые необходимо взять в первую очередь.

ОБОРОНА ЛЕНИНГРАДА

30 августа 1941 года войска противника вышли к Неве и перерезали дороги, связывавшие Ленинград со страной. Началась героическая оборона города, продолжившаяся до 27 января 1944 года. Ленинградцы создавали народное ополчение.　

Одной из первых была зачислена в ополчение санинструктором ленинградская студентка, родом из Соликамска, Елизавета Македонова. Она вспоминала, как ехала в переполненном эшелоне, как почти сутки шли пешком по тридцатиградусной жаре. До крови тогда натерла ноги. В первом бою вместе с бойцами устремилась было в атаку, но командир остановил ее: «Сзади ты нам нужнее, там раненые».　

Е. П. Македонова. 1942 г.

Она не считала, сколько раненых вынесла в том бою и в других за долгие восемь месяцев войны. Трижды она была ранена и контужена, но от эвакуации в тыл отказывалась. В своем последнем бою под Ленинградом, 10 марта 1942 года, Елизавета успела перевязать троих раненых, бросилась к четвертому. И была остановлена сильнейшим взрывом. Осколком от разорвавшегося поблизости снаряда девушка была ранена в лицо.　

Потом были операции, работа агрономом, учеба в Пермском педагогическом институте и работа в школе. Многие соликамцы помнят Елизавету Петровну Македонову: кто-то учился у нее, кто-то работал с нею. Помнят общительную, жизнерадостную женщину, не любящую вспоминать о войне.

Под Ленинградом пришлось воевать многим соликамцам. В их числе были сержанты стрелкового полка Федор Родионович Белорусов и Павел Геннадьевич Печорин, командир стрелкового взвода Афанасий Александрович Мальцев, командир батареи Александр Иванович Хальзов, командир стрелкового батальона Федор Кириллович Селедцов и многие другие, благодаря кому Ленинград выстоял.

Ф. Р. Белорусов. 1950-е

А. А. Мальцев. 30-е гг.

Из воспоминаний Ф. К. Селедцова: «Боевое крещение я получил так. Было приказано добыть «языка».　

Вышли мы ночью вдвоем с бойцом Сазоновым. Доползли до бугра с кустами ивняка — это как раз на середине нейтральной полосы. Бугор этот мы видели днем в бинокли. Здесь мы распрощались с Сазоновым. Я пополз с бугра влево, в канаву. Вдруг руки по локоть вошли в жидкую грязь.

Только бы не всплеснуть! Я хотел привстать и перескочить канаву.

В этот момент недалеко от меня раздались тихие шаги, что-то звякнуло.

Я замер. Засветилась ракета, и я увидел, как, низко пригнувшись, крался человек. У бугра он остановился и что-то тихо сказал. Можно было взять его «языком», но я не знал, сколько с ним человек. С кем-то ведь он разговаривал. Я отполз назад, в канаву, всем телом погрузился в воду, положил автомат на кочку, замаскировался и следил за противником. От холодной воды онемели ноги, жалили комары, но надо было лежать и ждать.　

Светало. Я уже знал, что немцы устроили вблизи наших позиций наблюдательный пункт. Сначала я слышал несколько слов, потом все стихло. Я решил точно узнать, где находится враг, и пополз к бугру. Вдруг метрах в пятнадцати от меня, на верхушке бугра, начала подниматься трава — ровный квадрат с цветами. Это была крыша. Приподняв ее, фашист поставил подпорку и стал наблюдать из-за ветвей за нашими позициями. Где был Сазонов, я не знал.

В полдень, когда началась артиллерийская перестрелка, немецкий наблюдатель сполз к ручью, раздвинул траву и наполнил фляжку водой. Когда он пополз обратно, я оглушил его. Дождавшись темноты, я с «языком» пополз вниз к канаве, где, как оказалось, меня ждал Сазонов. Так закончилось мое первое боевое задание».

За оборону Ленинграда Ф. К. Селедцов награжден двумя орденами Красного Знамени.　

Под Ленинградом был дважды ранен и награжден двумя орденами и медалью Александр Иванович Хальзов, до войны окончивший артиллерийское училище, участник первых боев у западной границы. 22 июня 1941 года ему исполнилось 34 года. День рождения справить не удалось. Был ранен, отступал со своей батареей до Ленинграда. Затем воевал на 1-м Украинском фронте.

А. И. Хальзов. 1941 г.

Из автобиографии А. И. Хальзова

Из воспоминаний П. Г. Печорина: «Тяжелым был август 1941 года для нашей действующей армии на Ленинградском фронте.　Здесь, в районе Пулковских высот, я находился в минометном батальоне. В сентябре месяце гитлеровские войска пытались прорвать нашу оборону и пройти по Московскому шоссе в Ленинград.　

Мой первый бой проходил в деревне Камень. Наш взвод находился в землянке, которую немцы забросали гранатами. Я был в траншее у миномета и не заметил, как появился вражеский офицер и навел на меня пистолет. Мой напарник саперной лопаткой выбил пистолет. Я вцепился в горло фашиста и задушил его. Все произошло мгновенно. А бой закончился в восемь часов вечера. Обе стороны понесли большие потери. После этого тяжелого боя на нашем участке осталось семь бойцов. Мы, семеро, линию обороны держали около десяти дней, пока пришло подкрепление.

Вражеские войска неоднократно пытались прорвать оборону Ленинграда, на позициях велась непрерывная ружейная и минометная перестрелка. Зимой сорок первого в одном из боев я получил тяжелое ранение и выбыл из строя.

В это время враг сковал кольцо вокруг Ленинграда. Все пути были отрезаны, немецкая авиация совершала налеты на город днем и ночью. Тысячи зажигательных и фугасных бомб, артснарядов обрушивались на город. Под руинами, от осколков погибали жители города».

Ленинград с суши был полностью окружен. Единственным путем на Большую землю осталась Ладога, огромное озеро, летом — нередко штормовое, зимой — десятки километров льда. Имелась только одна возможность спасти город от голодной смерти: организовать перевозки через озеро. Осенью это делали летчики и моряки. Но зима 41-го была очень ранняя: Ладога покрылась льдом уже 15 ноября. Через неделю, 22 ноября, по льду пошли первые 60 автомобилей. Так родилась эта трасса.　

Пришлось столкнуться с неимоверными трудностями: десятки автомашин проваливались под лед, погибали, трассу разрывали трещины и разводья. Над Ладогой свирепствовали штормовые ветры и метели. Вражеские самолеты охотились за каждой автомашиной. Ледовая трасса получила то имя, которое вошло в жизнь города, в историю и легенды, — Дорога Жизни. С ней оказалась связана судьба более двадцати тысяч человек, в их числе были соликамцы.　

Санинструктором в защитном артдивизионе, охранявшем Дорогу Жизни,