Философия русского слова - Владимир Викторович Колесов

друга, но пределы свободы самого значения определяются его отношением к действительности и одновременно к той сущности, которая этой действительностью эксплицируется в конкретном акте деятельности.

Лингвист говорит конкретно о лексическом значении:

«Под лексическим значением слова понимается семантика знака (наивное понятие) и та часть его прагматики, которая включается в модальную рамку толкования. Лексическое значение слова обнаруживается в его толковании, которое представляет собой перевод слова на особый семантический язык» (это язык «семантических графов»)

[Апресян 1962, с. 69].

Согласно этому представлению лексическое значение не существует объективно как компонент смысла, но может быть выявлено только посредством толкования (толкований возможно сколь угодно много, в том числе и субъективных). Семантика знака и лексическое значение есть одно и то же, но по-разному выраженное: логический круг в определении. Критики уже отметили пустоту и ущербность подобных логических упражнений со словом, хотя бы с точки зрения «наивного понятия»:

«Значение слова – системная и социально осознанная отнесенность слова к определенному понятию, вместе с ним выполняющая функцию обобщенно-абстрагированного обозначения реалий; эксплицируется значение набором дифференциальных признаков, в которых отображаются свойства обозначаемых реалий… основной способ раскрытия значения слов – речеописательное толкование, которое должно охватить все дифференциальные признаки значения…»

[Котелова 1975, с. 155 – 156].

Толкование значения – способ раскрытия его смысла; это герменевтический подход к слову. Здесь нет знака равенства между словом и понятием, или значением слова и понятием, но есть соотнесенность слова с определенным понятием (дейктическая его функция), за которым могут скрываться самые разные формы воплощения символа.

13

Укажем некоторые лингвистические показатели значения слова, известные по различным описаниям материала.

Экспликация лексического значения и «толкование» смысла знака возможны:

1) на основе «внутренней формы слова», т.е. исходя из первичного значения слова как оно сохранилось в этимоне; этот показатель помогает выявить и описать историческое развитие семантической доминанты слова, например, в соотношении *dvor- / *dvьr(ь) или *dom- / *dem(os);

2) на основе семантических признаков калькированных слов, которые с самого начала могут отражать только переносное значение слова в языке-источнике (ср. терминологические значения в словах супруги, глава и пр.) или дают толчок для семантического развития слова в заимствующем языке (термины христианской этики типа милосердие, благодать, совесть); в составе устойчивых речевых формул такие слова выступают как символы;

3) на основе исходной семантики производных слов, которые, как правило, сохраняют то значение, которое фиксировалось в производящем слове как основное в момент образования производных (ср. производные от слова дом: домовой от значения ‘кров’, домовый и домовитый от значения ‘хозяйство’, домашний и домовьный от значения ‘здание’ или ‘хозяйство’ и т.п.); вообще производные образуются обычно от слов родового значения (гиперонимов), например, от слова дом, но не от гипонимов видового значения типа изба, хоромы, чертоги, хижина, кущи и т.п. (то же относится и к развитию переносных значений старого слова);

4) на основе сочетаемости слов в определенных контекстах, учета образной семантической валентности слова, т.е. на основе синтагматических системных отношений, ср. распределение значений слова дом в зависимости от сочетания с другими словами в древнерусских текстах: значение ‘здание’ слово дом получает в сочетании с прилагательным или глаголом (домъ великий, въ кый домъ внидеть), а также в форме множественного числа домы; значение ‘(родной) кров’ это слово получает в сочетании с притяжательным или указательным местоимением (въ домъ свои, в дому его, также отчий домъ), а значение ‘семья, домочадцы’ – в сочетании с местоимением вьсь (весь домъ свои) [Колесов 1985];

5) на основе системного соотношения семантики слов внутри лексико-семантической группы лексики (позволяет установить значимость каждого данного слова в парадигматическом ряду соответствий); в качестве примера см. распределение терминов группы «дом» – «двор» в средневековых русских текстах [Колесов 1991]: они имели общее родовое значение ‘жилое помещение’, обогащенное метонимическим переносом ‘обитатели его’, но расходились в стилистическом отношении (слово дворъ использовалось в оригинальных древнерусских, а слово домъ в переводных и церковных текстах, а также по функции, потому что развивались несовпадающие переносные значения при сужении основного значения до ‘забор, ограда’ у слова дворъ (осознавалась связь «словесного образа» dvor / dverь) и расширении основного значения у слова домъ (‘род’ > ‘племя’ > ‘семья’ и пр.);

6) на основе разнообразных стилистически ограниченных и экспрессивно выразительных коннотаций, которые своим наличием ограничивают пределы действия инвариантного значения слова (хорошо прослеживается на лексике вторичного происхождения, прежде всего на диминутивах и на различных пейоративах);

7) на основе системных соотношений между омонимами (общая форма при различии значений) и синонимами (общее или близкое значение при различии формы), в привативных оппозициях, позволяющих попарно выявлять самые общие семантические признаки (сюда относится проблема семантической нейтрализации в определенных позициях); так, в использованном здесь примере все описанные семантические, стилистические и функциональные пересечения слов-символов в текстах разного происхождения приводят к преобразованию семантически неопределенного (синкретичного), родового по смыслу слова домъ с выделением в нем основного, главного и переносных значений, в разное время представленных различным следованием сем (‘жилище’ – ‘здание’ – ‘семейное имущество’ – ‘хозяйство’ – ‘собственность’ и т.п.); в свободном употреблении вне устойчивых формул текста слово встречалось только со значением ‘хозяйство-собственность’, что и определяло его основное значение с XIII до XVII в. (в древнерусском языке основным значением было ‘родной кров, жилье вообще’);

8) на основе категориальной укрупненности первоначально лексических значений в связи с их выходом на грамматический уровень абстрактности, т.е. снятия родового значения категории с конкретных лексических значений (ср. развитие категории глагольного вида из различных форм выражения способа действия, или развитие категории одушевленности из первоначально лексических ограничений, связанных с выражением лица); и т.п.

Таковы некоторые способы установления значения словесного знака в тех случаях, когда материал позволяет оперировать словом на уровне значения.

14

Сужая рассмотрение вопроса до лексического только значения, т.е. сосредоточивая внимание лишь на словесном знаке, мы можем говорить об отношении лексического значения слова одновременно и к самому знаку, и к его смыслу, а также к субъекту речи (размещению слова в пространстве) и к изменению знака во времени.

Лексическое значение в отношении к знаку отражает действительность во всей полноте ее проявлений, как со стороны объема, так и с точки зрения содержания, т.е. дифференциальных признаков явления. С этой точки зрения выделяют значения – общее, главное и основное.

Общее значение словесного знака предполагает наличие сем, которые являются общими для всех проявлений словесного знака, всегда остающихся в любом словоупотреблении или сопутствующих изменений в семантической перспективе высказывания. Главное значение есть то же общее, но всегда не зависимое от контекста значение слова. Основное значение определяет все переносные значения слова,