Rus Lietuvos. Великое княжество Литовское от рассвета до заката - Андрей Юрьевич Дворниченко

соподчинённых общин — от главного города зависели так называемые пригороды — более мелкие городские общины, которые в свою очередь властвовали над немногочисленными сёлами. Это была система непосредственной демократии, таившая в себе серьёзную опасность для территориальной целостности земель, ибо со временем они начинают распадаться на более мелкие волости. Все эти явления и процессы имеют сходство скорее не с Западом, а с древнегреческими полисами, конечно, не классической, а архаической поры их развития.

Особую роль в истории ранней Литвы сыграла одна из древнерусских земель: Галицко-Волынская Русь, которая ничем не отличалась от других городов-государств. Её сильные князья: Роман и Даниил Романович, претендуя на королевский титул, во внутренних делах находились в зависимости от воли и желаний галицкого и волынского народа, простых общинников. В условиях монгольского нашествия Даниилу удавалось значительное время сохранять силу и самостоятельность юго-западных земель Руси и проводить довольно активную внешнюю политику. Но так было лишь до той поры, пока во главе наиболее западной из орд монголов был «наименьший из воевод Бату» — Куремса. Когда ему на смену пришёл «в силе тяжьце», с многими татарскими полками Буранда, ситуация резко изменилась. Даниил не пережил крушения своих планов, «по смерти его начинается, точнее продолжается, задержанное усилиями Романа и Даниила разложение южной Руси» (А. Е. Пресняков).

Весь период истории становления волостной системы в рамках Киевской Руси XI–XII вв. этот регион испытывал значительное влияние со стороны Византии — Восточной Римской империи. Наследница великого Рима, впитавшая в себя многие традиции и обычаи Востока, Византия была, пожалуй, самым могущественным и развитым государством Средневековья. Отсюда Русь получила религию, а результаты культурных влияний трудно даже перечислить. Но надо видеть, что влияние Византии — это отнюдь не тот континуитет (непрерывное развитие), не та глубинная связь с античностью, которую пережили страны Западной Европы.

В XV в. Византия слабнет, пытается найти поддержку среди европейских государств, у папы. В 1439 г. состоялся знаменитый Флорентийский собор, который провозгласил религиозную унию западной и восточной церкви с подчинением последней папе. Но уния оказалась нежизнеспособной, Запад не помог Византии, и в 1453 г. Константинополь был взят турками-османами. В современном Стамбуле лишь немногие исторические памятники напоминают о былом величии Византийской империи.

В начале XIII в. древнерусские земли испытали монгольское нашествие, которое тяжким «игом» нависло над значительной частью Руси. Речь идёт, прежде всего, о Владимиро-Суздальской земле, которая вошла в состав улуса Джучи — одну из частей распавшейся гигантской монгольской империи. Улус Джучи (и сам по себе громадное государственное образование) породил со временем целый ряд ханств. Одним из них было Крымское ханство. Оно окончательно сформировалось к 1433 г., когда после ожесточённой междоусобной борьбы здесь обосновался хан из династии Гиреев. При Менгли-Гирее (1468–1515) Крымское ханство попало в определённую зависимость от Османской империи. Крымское ханство создало довольно высокую культуру, но благоденствовало в основном за счёт грабежа соседних славянских территорий...

Тем же древнерусским землям, на которые не сумели наложить свою тяжкую длань монголы, выпала судьба послужить строительным материалом для ВКЛ. Есть смысл перечислить эти земли: Киевская, Переяславская, Волынская, Галицкая, Новгород-Северская, Полоцкая, Витебская, Смоленская. Другими словами, большая часть того, что мы условно именуем Киевской Русью, вошла в состав нового государственного образования. На юге ВКЛ, как и в древнерусские времена, простиралась необозримая Дикая Степь — огромное пространство, которым Азия буквально входила в Европу, а на неё (по словам Н. В. Гоголя), как волны, из века в век набегали степные номады, стремившиеся получить дань и просто пограбить поселения оседлых земледельцев.

В XIV–XVI вв. в жизни Великого княжества Литовского особую роль играет Московское государство. Ядром его территории послужили земли Владимиро-Суздальской Руси, катализатором развития — то самое монгольское иго, повлиявшее на ход политических и экономических процессов с некоторой оттяжкой. Формирование Московии (как называли это государство в Западной Европе) в общих чертах завершается во времена Ивана Грозного. Два государственных образования («Москва» и «Литва») постоянно сталкиваются между собой: короткие периоды мира сменяются войной. Определённым эпилогом этой драмы станет Ливонская война середины XVI в., которая явилась могучим стимулом создания Речи Посполитой.

Вот в таком окружении на авансцене европейской истории появляются древние литовцы. Литовские племена становятся известны истории довольно поздно, как-то неожиданно появляются они в Европе. Но это просто иллюзия, вызванная тем, что они не были известны письменным источникам. Как назывались они раньше — мы не знаем, так как древние авторы именовали население Прибалтики то эстиями, то венедами. В то же время археологией уже неплохо изучен целый ряд археологических культур, которые вполне убедительно соотносятся с древними литовцами, например культура восточнолитовских курганов. Принадлежат литовцы к балтской ветви индоевропейской языковой семьи, так же как и их соседи: курши, земгалы, латгалы и др. предки современных латышей. Ученые полагают, что литовский язык в своё время отделился от латышского. Рядом обитали и предки современных эстонцев и финнов, принадлежавшие к финно-угорской группе народов.

Считается, что первое упоминание о литовцах содержится в немецких Кведлинбургских анналах. В 1009 г. ими был убит миссионер — святой Бруно Бонифаций из германских земель, пытавшийся принести сюда свет христианской веры. Впрочем, большинство исследователей считает, что несчастного Бонифация убили не литовцы, а пруссы. Это тоже народ балтской языковой семьи, но язык их мёртвый — пруссы были полностью уничтожены в ходе германской экспансии. Ещё один загадочный народ с мёртвым языком — ятвяги, споры о которых в науке продолжаются уже не одно десятилетие[33]. Древние литовцы делились на две этнические группы: аукштайте (верхняя литва) и жемайте (нижняя литва, «жмудь» русских источников). «Жмудь» жила ближе к морю и долго сохраняла архаические традиции. Аукштайте жили по течению Немана, и именно им принадлежала главная роль в становлении литовской государственности. Но в XII в., когда мы встречаемся с литвой на страницах исторических источников, государством ещё и не пахло.

Здесь необходимо некое теоретическое отступление. Проблема возникновения и развития политических институтов и в конечном итоге появления государства изучается ныне в рамках теории полито-генеза — одной из важнейших в системе науки политической антропологии. Бурное развитие этой науки в последнее столетие многое прояснило в истории древнейшего государства и, главное, заставляет весьма осторожно отнестись к самой проблеме государственности. На смену исследовательской эйфории, стремления видеть государство всегда и у всех народов пришло отрезвление: государство — отнюдь не обязательный атрибут всех человеческих сообществ.

Литовские племена находились в даннической зависимости от Полоцкого города-государства. Для сбора дани полочане построили на литовской территории свои укрепленные городки. Однако в начале XIII в. ситуация меняется: немцы наступают, уничтожая литовцев и вытесняя из Прибалтики русских. Полоцкие колонии Кукенойс и Герцике пали