Утопающий во лжи 17 - Лев Жуковский

ты решил их убить. Их нужно убивать правильно. Желательно несколько раз. На фоне добытого трофея это раздражение всё же постепенно меркло. Потому что трофей был. Всего один. Но какой.

С каждой частичкой пепла от сгоревшего тела огромного древнего риклоша, оседающего в бесконечной тишине мёртвого домена, я увеличивал сопряжение моего Пустого чрева

Домен сопротивлялся. Голодная пустота рвалась ко мне, пробовала мои барьеры, пыталась понять, можно ли пожрать нового владельца так же, как пожирала всех прежних гостей. Осколок сердца мира трепетал в глубине алтаря, израненный, измученный, но всё ещё живой настолько, насколько может быть живым сердце мёртвого мира.

Я протянул к нему свою волю, минуя алчные путы мертвого алтаря. Осторожно. Не как Фрахот. Старый риклош пророс вокруг него, вцепился, связал себя, превратил собственное тело в часть умирающего магического конструкта и в итоге стал пленником собственной находки. Я не собирался повторять его ошибку. Мне не нужен был трон, который нельзя покинуть.

Мне нужен был инструмент. И, возможно, однажды, нечто большее.

Пустое чрево миров раскрылось глубже. Не пожирая всё без разбора, а пробуя, разделяя, намечая контуры будущего подчинения. Я позволил домену почувствовать не слабость, а пустоту сильнее его собственной. Ту, что не просит пищи, а забирает. Ту, что способна вместить мёртвые ядра миров и не захлебнуться их последним стоном. Мое Пустое чрево миров жаждало поглотить осколок мирового ядра.

Ржавые скалы ответили глухим дрожанием.

Где-то далеко, на обрыве реальности, отломился целый пласт горного хребта в пару верст шириной и беззвучно ушёл в ничто. Воздух стал тяжелее. Невидимые для простых смертных руны, висевшие в пространстве, сковывавшие домен, вспыхнули от энергетической перегрузки, словно не могли решить, к какому хозяину теперь принадлежит их ненависть.

Я улыбнулся. В кои-то веки на моём лице расплылась по-настоящему довольная улыбка. Фрахот Шатоли сбежал. Да. Самые ценные сокровища он, вероятно, унёс с собой. Наверняка. Я потратил слишком много энергии Силы души, эссенции истинного света. Тоже да. Но старый риклош потерял куда больше. Свой домен. Свою застрявшую в вечности темницу, которую почему-то принимал за владение. Но что главное, теперь всё это принадлежало мне.

Пока ещё не полностью. Пока ещё сопротивлялось. Пока ещё требовало разборки, стабилизации, изучения и множества мер предосторожности. Но первый шаг был сделан. Самый важный.

Я стоял среди пепла бывшего хозяина, витавшего в воздухе, в сердце мёртвого осколка, рядом с трепещущим осколком мирового ядра, и чувствовал, как пустое пространство впервые за долгие века узнаёт нового владельца.

Нового хозяина земель. Правителя.

Глава 2

Исход или упадок величия

Внимание! Падший алтарь Бога древа реальности реагирует на вашу божественную плоть!

Внимание! Готовы ли вы принять бремя мертвого домена?

Время, отведенное на принятие решения 00:04:59

Да/Нет

Наверное, если бы не проклятый таймер, я позволил бы себе роскошь сомнения.

Не страха. Нет. Страх, слишком простое чувство, слишком смертное, более не доступное мне. Он хорош для гоблина, впервые увидевшего тирана арахнидов в тоннеле мира Паккот. Для рекрута, которому забыли объяснить, что дрожащие руки только мешают держать копьё. Для жреца, внезапно понявшего, что его бог не отвечает не потому, что испытывает веру, а потому что давно мёртв.

Я же испытывал не страх. Скорее раздражение. Потому что передо мной стоял выбор, который по всем правилам следовало бы отложить. Убрать в дальний угол будущего. Перенести на тот этап моей жизни, когда могущество станет выше, когда мои тела, душа, армия и жрецы будут готовы к последствиям такого кардинального шага. Как когда-то с перерождением: не спешить, не хвататься за первое же открывшееся окно возможностей, не бросаться в Бездну только потому, что она услужливо распахнула свою пасть.

Но таймер отсчитывал не жалкие пару ударов сердца. Не те мгновения, которые с моим уровнем восприятия можно растянуть в долгие минуты анализа, когда один взмах ресницы смертного превращается в целую главу размышлений. Нет. Передо мной были пять полноценных минут. Реальных минут. Тех самых, что отсчитывались в усреднённом для существ F-ранга времени, как я про себя называл этот уже для меня неудобный, но привычный слой течения мира.

И именно сам факт наличие таймера был важнее всего. Система не спрашивает так, если выбор не имеет последствий.

Я смотрел на строки интерфейса, и десятки моих сознаний почти одновременно пришли к одному и тому же выводу: судьбоносность момента не была преувеличением. Это не была награда, которую можно положить в хранилище. Не карта навыка, не артефакт, не редкий ингредиент, не душа побеждённого врага. Это было бремя. Причём Система прямо называла его бременем, даже не пытаясь украсить предложение привычной мишурой обещаний.

А значит, цена будет. Возможно, такая, что через столетие я с отвращением вспомню этот миг и признаю: старик, ты снова сам сунул руку в пасть, потому что решил, будто успеешь выдернуть её раньше, чем зубы сомкнутся.

Но выбора как такового почти не было. Слишком редкое стечение обстоятельств. Слишком невозможное, и я это прекрасно понимал. Найти мёртвый домен, связанный с осколком мирового ядра. Уничтожить прежнего хозяина или хотя бы выбить его из владения. Оказаться рядом в теле, которое падший алтарь способен признать. И при этом не быть немедленно раздавленным обломками чужой божественной воли.

Надеяться, что подобное повторится в будущем, было не просто маловероятно. Поэтому в моём разогнанном до предела восприятии не было никакой красивой внутренней борьбы. Не было двух голосов, один из которых шептал об осторожности, а другой, о величии. Не было соблазнительной тьмы, обещающей власть, и благородного света, призывающего отказаться. Эти сказки хороши для смертных героев, которые считают, что мир обязан уважать их моральные муки.

У меня же были таблицы рисков. Вероятности. Расходы. Потенциальные пути развития. И, возможно, лёгкое сожаление о том, что мёртвый домен должен будет привязаться именно к ложному аватару. Это было проблемой. Не смертельной, но неприятной.

Впрочем, в этом минусе скрывался и огромный плюс. Привязка к ложному аватару означала, что моё истинное «я» оставалось на шаг дальше от прямого удара. Не полностью защищённым, нет. Слишком многое уже связывало мои тела, души и проекцию. Но всё же не так, как было бы при немедленном встраивании домена в основу.

00:04:58

Я смотрел на таймер и всё ещё не спешил подтверждать согласие. Не потому, что надеялся найти третий вариант. Третьи варианты редко появляются сами, их создают. А здесь для создания требовалось время, которого мне не дали. Я скорее удивлялся самой цепочке событий.