Очень приятно, Царь! Компот - Евгений Бергер

— Госпожа Багрина.

— То есть, ты её собственность.

— Да. Если тебе так будет проще. — недовольно фыркнул енот и потопал дальше прибираться. Было так забавно наблюдать за тем, как это небольшое мохнатое существо перебирает своими тонкими чёрными пальчиками грязную посуду. Ну, что за милота?

— Эй! — вновь нахмурился енот: — Чего уставился?

— Непривычно. Я ещё не встречал в академии волшебных существ.

— Ага! А Горк для тебя — ну прям пипец, какой обычный?

— Точно… Но откуда ты знаешь, что я виделся с ним?

— Хех… Ты видная фигура, Царь. Хозяйка интересуется всеми сильными студентами. Как видишь… — енот взглядом обвёл зала сообщества: — .. не просто так.

— Выходит, вы следите и за мной?

— Нет. Уже нет.

— Чего так?

— А на кой-чёрт нам сдался прихвостень Госпожи Симоновой? Вам и без сообщества исследователей традиционной японской кухни весело.

— Ты же в курсе, что слежка за гражданами Империи уголовно наказуема?

— Ты даже… НЕ ГРАЖДАНИН!!!

— Вот ещё? Паспорт имею.

— Угу… А прошлого нет. — недовольно фыркнул енот, складывая тарелочки в миниатюрную тележку: — Но это не наше дело.

— Откуда ты узнал?

— Аристократы и не такое могут. Тем более… какая разница? Сирота и сирота. Ничего особенного.

— Тьфу ты! — я аж с облегчением выдохнул: — А пафоса-то сколько!

— Чего это? — енот приподнял бровь: — Есть, что скрывать?

— А у тебя?

— Хех… Пей чай и жуй пряник. Я здесь не для того, чтобы лясы точить. — Снурри продолжил собирать тарелочки и столовые приборы.

А чай реально оказался вкусным. Да и пряник… Честно говоря, я впервые попробовал данный десерт именно мягкой, практически нежной текстуры. Ещё и с начинкой в виде фруктового джема.

Как только я благополучно допил чай и закончил наслаждаться пряником, дверь резко откатилась в сторону.

— ПОТАСКУН!!! — воскликнул уверенный девичий голос.

— ЯВОЛЬ!!! — енот тут же вытянулся по струнке и приложил маленькую лапку к виску.

— Где накладные с сексуальными игру… — в зал зимней вьюгой зашла миниатюрная брюнетка в длинном традиционном кимоно. Заприметив меня, она резко остановилась: — О! Господин Цареградцев? Какими судьбами?

— Я пришёл от Изольды Звонарёвой.

— Правда? — девушка подошла ближе, но затем встала, как вкопанная и ударила себя рукой по лбу: — Ох… Я совсем забыла! Вы же нас всех постоянно стебёте за то, что мы не представляемся. Прошу простить! Ирина Багрина.

— Очень приятно познакомиться. Вижу, вы наслышаны обо мне?

— Краем уха.

— Да? Снурри сказал мне другое.

— Кошачья жопа пушистая… — Госпожа Багрина метнула в енота крайне недовольный взгляд: — Ладно! С тобой позже поговорим. Прошу простить за этот беспорядок, Господин Цареградцев. Но у нас был утренний приём, который… скажем так… Закончился весьма специфично.

— Ничего страшного. Вы же знаете… Я из простых.

— Знаю. — и вновь она метнула крайне недовольный взгляд на Снурри: — Что ещё вам поведал мой драгоценный мохнатый алкоголик?

— Да, в общем-то, ничего такого.

— Правда? Это очень хорошо. — Госпожа Багрина придвинула стул и села напротив меня: — Итак… Я сгораю от любопытства, зачем же вы пришли?

— Ирина-сан… Если вас не затруднит, то давайте вы будете называть меня на «ты»?

— Ой, да ладно. — девчонка тут же расцвела. Видимо, это реально её любимое прозвище: — Мне не сложно, но раз уж вы просите, то не смею отказывать. Итак, что тебя привело?

— Как вы знаете, у нас сейчас идёт второй отборочный тур, который… в общем-то, превратился в банальные кулинарные дуэли.

— Банальные? — казалось, что Ирина-сан сейчас упадёт со стула от смеха: — Ой… Ну насмешил, Царь. Поверь мне, дорогой… То, что было вчера — это цветочки. А впереди вас всех ждёт кромешный дуэльный ад. И это тоже будет детским лепетом в сравнении с новогодним фестивалем еды. Вот там-то вы поймёте, что такое НАСТОЯЩИЙ ресторанный бизнес.

— Чудесно. Спасибо за разъяснения. Так вот, моей темой для первой дуэли стал… чай.

— И?

— Я совершенно не понимаю этой темы. А Изольда сказала, вы сможете пояснить мне про чай. Вернее, про блюда, где чай — ингредиент.

Что-то дрогнуло в лице Ирины-сан. Не улыбка, а скорее её тень.

— Ох, сколько же времени мы убили на то, чтобы всё о тебе разузнать, Царь… — Госпожа Багрина медленно поднялась, и мне показалось, что что-то в её лице резко изменилось: — Кто же знал, что в итоге ты сам явишься сюда? Да ещё и за советом.

— Так вы поможете или нет?

— Раз уж ты пришёл за этим… То я не отпущу тебя, пока ты не поймёшь. — она вопросительно взглянула на меня: — Ты голодный?

— Всегда.

— Хорошо. Голодный человек слушает внимательнее. Тогда я буду говорить, а руки пусть работают. И к концу ты получишь тарелку. Идёт?

— Конечно! — кивнул я.

— А пока перемещаемся к плите. Без неё нам сегодня никуда.

— Хорошо.

Несмотря на бардак в основном зале, зона с кулинарными станциями была вычищена до блеска. Идеальный порядок. А я, по заветам Изольды, постарался, как можно быстрее сесть. И… наверное, вся проблема была в том, что Госпожа Багрина едва доходила мне до груди. Наверняка переживает из-за роста.

— Запад… — начала Ирина-сан, доставая из шкафа несколько жестяных банок: — Совершил с чаем ошибку. Красивую, уютную, но ошибку. Он запер чай в чашке. Сделал его напитком к беседе, пирогу или дождливому вечеру. И забыл, что чай — это лист. Растение. Еда. — она открыла одну из банок, и по кухне поплыл сухой, дымный аромат с легкой ореховой ноткой: — А на Востоке чай никогда не забывал, что он еда. Ты знал, что первые китайцы не пили чай? Они его ели. Варили молодые листья, как овощи. Толкли их с чесноком, солью, имбирём и делали из них подобие каши. Чай был супом задолго до того, как стал напитком.

Ирина-сан подошла ближе и высыпала мне на ладонь несколько скрученных зелёных листочков.

— Понюхай. Это не для заварки в кружке. Это ингредиент. Смотри, что в нём есть: горечь — раз. Она структурирует вкус. Вяжущая составляющая — два. Она очищает нёбо, срезает жир. Аромат — три. Травянистый, морской, дымный, цветочный… Тут смотря, какой чай. И умами — четыре. То самое, глубокое, мясное, что мы обожаем в бульонах, сыре и вяленом мясе. В зелёном чае умами больше, чем ты думаешь.

Казалось, что я сейчас сижу на приёме у настоящего историка. Сторитейлинг Ирины-сан завораживал ни чуть не меньше, чем у Профессора Коновалова. Но стоит добавить, что голос у неё был тихий, вкрадчивый, и в тоже время такой приятно-прохладный! Как дождь в конце жаркого дня.