Гогенцоллерны. Рождение великой державы. От Тридцатилетней войны до Фридриха Великого - Отто Хинце

Набранные в Пруссии войска были переброшены в Клеве — там они требовались для того, чтобы сдерживать пфальцграфа Вольфганга Вильгельма. Всего в Клеве было сосредоточено 4100 человек, в Бранденбурге — 2400, в Пруссии осталось около 1200, которые можно было при необходимости усилить примерно пятью тысячами ополченцев. В распоряжении курфюрста, таким образом, оказалась почти 8-тысячная регулярная армия, которую вскоре удалось увеличить. Что немаловажно, эти солдаты подчинялись только Фридриху Вильгельму и более никому. Можно говорить, что в 1644 году в Бранденбурге была создана постоянная армия, поскольку с этого момента она никогда более не прекращала своего существования.

О постоянных армиях начали задумываться в этот период по всей Европе. Курт Бертрам фон Пфуль, ставший впоследствии тайным советником, написал меморандум, в котором предлагал сочетать наемную армию с призывом крестьянских сыновей. Он же советовал формировать офицерский корпус из местных дворян. Меморандум предусматривал создание армии, насчитывавшей 9 тысяч пехотинцев и 2 тысячи конников. Курфюрст был знаком с этим документом, однако реализовать предложенное в тот момент не представлялось возможным.

Некоторых успехов удалось, впрочем, добиться уже имеющимися силами. В Клеве удалось вытеснить из некоторых крепостей гессенские гарнизоны, хотя все ключевые пункты по-прежнему оставались в руках голландцев. В Бранденбурге удалось добиться ухода шведов из Кроссена и Франкфурта. Однако противостоять императорскому генералу Галласу, угрожавшему в 1644 году границам Магдебурга, имевшимися силами было невозможно.

Император был недоволен новым сближением Берлина и Стокгольма. Фридрих Вильгельм в это время претендовал на руку королевы Кристины, дочери Густава Адольфа. Однако шведские политики отклонили проект подобного брака, не давая, впрочем, окончательного отказа вплоть до 1646 года. Разгадав их игру, Фридрих Вильгельм отбросил свой план и посватался к Луизе Генриетте, дочери принца Фридриха Генриха Оранского. Имевшая совершенно другие планы, девушка лишь с большой неохотой и под натиском матери ответила согласием. Летом 1646 года состоялась помолвка, в декабре — свадьба.

Курфюрст связывал с этим браком надежду на союз с Голландией. Но достичь его было непросто: Генеральные штаты и амстердамское купечество опасались, что такой альянс укрепит положение Оранских внутри страны. В феврале 1647 года курфюрст лично выступил перед Генеральными штатами с предложением о союзе. Однако месяц спустя принц Фридрих Генрих скончался, а в 1650 году за ним последовал его сын Вильгельм II. После этого политические выгоды от брачного союза окончательно сошли на нет. Впрочем, курфюрст был сполна вознагражден тем, что нашел в Луизе Генриетте прекрасную спутницу жизни, чья мягкость хорошо сочеталась с его силой и строгостью, а религиозная вера и чувство долга объединяли обоих супругов.

Главным событием в международной политике стало в 1644 году начало мирных переговоров в Мюнстере и Оснабрюке между Империей с одной стороны и Францией и Швецией с другой. Бранденбург был представлен на переговорах в обоих городах. К тому моменту было общепризнанным фактом, что Пражский мир 1635 года не может являться основой для всеобщего умиротворения. Самостоятельность имперских княжеств уже никто не ставил под вопрос; право князей содержать армию и заключать союзы с иностранными правителями, закрепленное Вестфальским миром 1648 года, стало основой бранденбургской политики. «Кальвинистский вопрос» также был решен благодаря энергии бранденбургского курфюрста; если раньше кальвинисты формально находились вне закона, то теперь их уравняли в правах с лютеранами.

Основной проблемой, которая обсуждалась в Мюнстере и Оснабрюке, было «удовлетворение иностранных корон», то есть Франции и Швеции, и перекройка карты Империи. Для Бранденбурга наибольший интерес представлял померанский вопрос. Шведы, победившие датчан в скоротечной войне 1643–1645 годов, требовали себе всю Померанию. Фридрих Вильгельм попытался заручиться в этом вопросе поддержкой Франции, однако миссия Доны в Париж осталась безуспешной. После долгих колебаний курфюрст принял в августе 1646 года решение уступить Переднюю Померанию, но оставить за собой устье Одера, ряд епископств и силезские княжества. Юлих и Берг также входили в сферу его интересов. Однако эти требования были явно завышенными. Точку в споре удалось поставить благодаря посредничеству Франции. Французы были не прочь передать Бранденбургу всю Силезию — это неизбежно и навсегда рассорило бы курфюрста с императором, что полностью соответствовало целям Парижа. В конечном счете 7 февраля 1647 года было подписано соглашение, по которому шведам доставалась Передняя Померания с устьем Одера и Штеттином.

Поскольку призрак голландского союза к этому моменту растаял как дым, курфюрст некоторое время колебался, выбирая между сближением с императором и со Швецией. Однако ни тот, ни другой вариант не устраивал его в полной мере, и он вынужден был отказаться от попыток изменить сложившуюся ситуацию. В качестве компенсации Фридрих Вильгельм получил епископства Минден и Хальберштадт; кроме того, после смерти действующего администратора ему должен был достаться Магдебург. По своему богатству эти территории намного превосходили Померанию, однако курфюрсте радостью пожертвовал бы ими ради последней. Даже после заключения мирного договора он предложил шведам обмен, обещая доплатить два миллиона талеров. Но в Стокгольме понимали выгоду географического положения Померании и значение торговли по Одеру, поэтому предложения курфюрста были отклонены.

Для бранденбургской политики решение территориального вопроса в вышеозначенном ключе означало важный поворотный пункт. Ранее Фридрих Вильгельм думал о развитии флота и морской торговли, чтобы превратить свое княжество в аналог Нидерландов. Теперь же он оказался отрезан от моря и вынужден повернуться лицом к континентальным проблемам Центральной Европы. Однако приобретение шведской Померании по-прежнему оставалось для курфюрста задачей номер один, и он никогда не смог полностью отказаться от своих морских и торговых проектов.

Еще за несколько лет до заключения Вестфальского мира на территории Бранденбурга прекратились активные боевые действия. Курфюршество сильно пострадало от войны; довоенная численность населения была восстановлена лишь век спустя, причем лишь с помощью масштабной иммиграции. Подсчитать демографические потери с точностью невозможно, однако они доходили до половины, а местами до трех четвертей населения. Конечно, не все эти люди погибли — многие из них бежали из разоренных домов, из сожженных городов и деревень. Документ 1645 года показывает, в каком состоянии находились бранденбургские города — во многих из них была уничтожена половина домов. Предместья Берлина были сожжены в 1641 году при приближении шведов. За пределами городов уже к 1635 году опустела примерно треть крестьянских дворов.

Дворянам, понятное дело, пришлось легче, тем более что позднее они присоединили многие покинутые крестьянские земли к своим владениям. Размер поместий за полвека увеличился почти на треть.

Когда тяготы военного времени остались в прошлом, началось медленное восстановление экономики. Особенно прибыльным было земледелие — ведь войска, заполнившие Германию, нужно было кормить. Намного медленнее