Blondie. Откровенная история пионеров панк-рока - Дик Портер

«Мы не стояли на месте, – добавила Дебора. – Технологии развивались, мы находили новые способы звукоизвлечения. У Криса даже был говорящий синтезатор! Мы всегда открыты для экспериментов».

В ответ на более спонтанный метод Чепмена группа совершенно неожиданно выдала серию впечатляющих треков. «Мы записали вживую песни “Dreaming”, а также “Living In The Real World”, “Eat To The Beat”, основные дорожки для “Slow Motion”, – объяснял Джимми. – Нам понравилось. С клик-треком мы записали только “Atomic” и еще одну песню. К выпуску Eat To The Beat Чепмен нас хорошенько натренировал».

«Предполагалось, что “Atomic” станет последней диско-песней в нашей карьере. Мы согласились ее записать с условием, что больше не возвратимся к жанру. Но оценивая сейчас, она больше похожа на то, что делали Duran Duran», – добавил Клем.

«Эти треки отличало большое количество гитарных партий, так что мне было, где разгуляться, – продолжал Фрэнк. – Они получились разными и поэтому интересными. “Victor”, например, хороша хотя бы потому, что ее написал я. В ней слышатся русские мотивы, откуда-то оттуда ко мне пришло озарение. Но и “The Hardest Part”, и “Die Young, Stay Pretty”, чью концепцию придумала Дебби, мне тоже близки».

«Это Джимми подкинул идею воскресить нашу старую песню “Die Young, Stay Pretty”, – говорил Крис. – Мы вспомнили, что у нее аранжировка в стиле регги, с которым мы давно хотели поэкспериментировать. А “The Hardest Part” мы планировали выпустить в качестве сингла в Штатах, но, как известно, ничего нельзя знать наверняка. Так много завязано на политике и прочей чертовщине. Если бы судьба сингла зависела только от предпочтений публики, а не от бесконечных пересудов о жанрах, то выбирать для них треки было бы гораздо легче».

Подобно «Heart Of Glass», «Atomic» оказалась самой радикальной песней альбома и тоже стала хитом. Не менее авантюрным проектом была и ударная «Dreaming», вышедшая синглом и продемонстрировавшая способность группы создавать экспансивное звучание.

«Успех “Dreaming” обусловлен тем, что Чепмен на удивление предоставил мне полную свободу действий, – вспоминал Клем. – В версии песни, ставшей финальной, я просто гонял трек и всячески дурачился, никак не думая, что именно это войдет в альбом. Я не устаю повторять, что в “Dreaming” заложен потенциал большого хита, но сыграть мою партию следовало иначе. Хоть она и попала в Топ-40, большим хитом так и не стала».

Создание «Sound-A-Sleep» вдохновили нежно распеваемые колыбельные песенки, которые часто передавали по довоенным радиостанциям. «Инструментальная часть предполагает старую, традиционную музыку, – объяснял Крис. – Получилось неплохо, так почему бы не составить следующий альбом из хитов тридцатых и сороковых годов? В конце выступлений мы часто играем эту песню без вокала, по сути его черновую запись, сделанную в студии».

Если «Slow Motion» брала начало в наследии «Motown», то глянцевую «Die Young, Stay Pretty» можно рассматривать как редкий протест Чепмена против основного музыкального направления Blondie. Если альбомная версия представляет собой доступный образец эрзац-регги, экстремально близкий к духу «Dreadlock Holiday» группы 10cc, то в живом исполнении она больше напоминает даб.

«Я нисколько не сомневаюсь в том, что работа продюсера заключается в исключительном контроле процесса записи, – утверждал Чепмен. – В конце концов, я отвечаю не только за выбор песен, но и слежу за их правильной аранжировкой и соответствием атмосферы общему образу группы. Основной задачей Дебби и музыкантов Blondie была генерация гениальных идей, тогда как условия их воплощения группа оставляла мне».

«Фактически Майк Чепмен перенял многое у нас, – замечал Крейг Леон. – Ни в коем случае не приуменьшаю его заслуг, ведь, пожалуй, он – величайший продюсер поп-музыки семидесятых. В его руках Blondie приобрели статус всемирно известной и коммерчески привлекательной группы».

Впрочем, несмотря на ощущение неуклонного стремления к новаторству, делающего треки альбома Eat To The Beat разнообразными и яркими, в какой-то момент пространство для экспериментов пришлось сузить. «Мне хотелось сделать что-нибудь необычное в вокале, например, петь, предварительно вдохнув гелий, но никто не поддержал эту идею», – вспоминала Дебби. Хоть она позже и называла Eat To The Beat «слишком легким для восприятия», когда в июне альбом отправили на окончательное сведение, Blondie испытали чувство удовлетворения и облегчения.

«Я считаю этот альбом своим. Каждая песня отражает мое видение, но не в том смысле, что я заполнил им весь альбом, не оставив места другим участникам, – заявил Клем. – Сами песни получились энергичными, и в них много элементов панк-рока. Eat To The Beat – наша самая рок-н-рольная пластинка. Но какой ей еще быть с таким-то названием[67]?».

«Несмотря на то, что Америка предпочла не замечать наши первые два альбома и обратила внимание только на Parallel Lines и сингл Heart Of Glass, мы находимся на перекрестке нашей карьеры, – замечал Крис. – Американская публика действительно ждала Eat To The Beat. И хотя среди треков нет второго “Heart Of Glass”, я искренне убежден, что это наша лучшая работа, которая будет пользоваться большим спросом благодаря тому, что у нас теперь так много поклонников».

Майк Чепмен очень хотел вернуться в Лос-Анджелес. Измученный чередой проблем группы, из-за которых затягивалась запись, он признавал неуверенность в успехе альбома. «Было трудно принять окончание проекта с радостью. У меня не было ни грамма уверенности в том, что мы справились. Я устал и хотел домой. Насколько я помню, то же самое чувствовали музыканты. Каждый из нас задавался вопросами, хороши ли записи, ждет ли публика такую пластинку, или семь чудаков намучались и потратили уйму времени зря?».

Впрочем, Джимми был куда более прямолинеен: «Если в записи следующего альбома не примет участия Майк Чепмен, то Джимми Дестри сделает то же самое».

* * *

В конце июня 1979 года Blondie отправились в уже традиционный тур в знак окончания работы над пластинкой. На этот раз в шестинедельном турне по США их сопровождала группа Rockpile Дэйва Эдмундса и Ника Лоу. Отношения между группами быстро переросли в соперничество. Этому в основном способствовал Джейк Ривьера, босс лейбла «Stiff Records», большой охотник до конфликтов. В тур отправился и импозантный Майк Восбург, партнер Шепа Гордона, менеджера Элиса Купера и Тедди Пендерграсса. Призванный стать голубем мира, он еще больше подливал масло в огонь.

Участие Гордона говорило о многом. В ходе тура объявили, что с 1 августа он официально займет в группе должность Питера Лидса. Для Blondie это известие стало огромным облегчением. «Шеп Гордон знает толк в шоу-бизнесе, который, кто бы что ни говорил, на деле бизнес звука[68]. Полагаем, его обширные знания помогут нам, а