Blondie. Откровенная история пионеров панк-рока - Дик Портер

И в самом деле, британская пресса осталась верна себе и продолжила разглядывать Blondie под микроскопом. И вот, в паре заметок Дебору раскритиковали за то, что она… слишком мало двигается. «Да я вообще не стою на месте, – возражает она. – Они, что, сошли с ума?! Иногда мне кажется, что они приходят на шоу с завязанными глазами. Недавно я прочла статью одной журналистки с севера, где было написано, что я выступала в наряде с золотыми блестками, а сам концерт длился меньше часа. Думаю, эта прекрасная северянка весь вечер сидела дома и смотрела телевизор, но точно не наше выступление. Оно длилось час и сорок пять минут, а на мне был зеленый комбинезон. Теперь говорят, что я мало двигаюсь – значит, они заявляются в середине сета и попадают на ту пару песен, где я действительно стою на месте. Я не могу скакать по сцене все время, повторяя одни и те же движения! Тем более, что есть ограниченное количество привлекательных движений. Да, я стояла неподвижно, исполняя “Shayla”. А что мне нужно было делать? Бегать по сцене во время баллады? Ну да, конечно! Наверное, следовало носиться взад-вперед и скакать вверх-вниз. Очень реалистично!».

«Меня многое удивляет. Критика значит для меня все меньше и меньше, хотя, вроде, должно быть наоборот. Не думаю, что хоть кто-нибудь из критиков сохранил способность к логическому мышлению и вообще понимает, что происходит. Они настолько одурманены желанием оставаться на плаву, что окончательно потеряли остатки разума. Газеты я читаю выборочно, только если вижу, что в статье есть конструктивная критика, описание музыки, размышления о качестве звука или освещения или другие важные вещи. Но когда журналисты выставляют меня эдакой сучкой…. Извините, но это к делу не относится».

«В целом, я доволен где-то 75 процентами прессы, – говорит Крис. – Мы ожидали получить порцию негатива сразу после выхода альбома, но журналисты отреагировали на пластинку позже, в начале тура. Я убежден, что большая часть негатива в наш адрес – не больше чем кучка сексистского дерьма. Горе-писаки никак не могут смириться с мыслью о том, что у женщины может быть власть и влияние. Принижать Дебби за ее вызывающее поведение – чушь собачья. Я не прочь прочесть разумный взгляд, даже критический, на нашу музыку. Именно в этом и заключается работа музыкального журналиста, или нет?».

«Поэтому я принимаю участие в “Round Table” [программе на “BBC Radio 1”, в которой разбираются новые альбомы], – включается в разговор Дебби. – Сейчас, можно сказать, я нахожусь на верху музыкального Олимпа, тогда как повсюду возникают все новые и новые музыкальные коллективы. И я могу воспользоваться случаем и разнести конкурентов в пух и прах в эфире общенационального радио. Для этого достаточно нескольких слов, и только Богу известно, как я могла бы разрушить чью-то карьеру. Но я очень осторожно слушаю материал, оцениваю различные фрагменты песни и только потом даю свою оценку. Как музыкант и артист, я оцениваю содержание, а не иду на поводу общественного мнения. Например, мне очень понравился альбом The Pretenders и несколько исполнителей регги. Всех треков я, конечно, не помню, их было достаточно много, но я честно стараюсь относиться к людям так, как хотела бы, чтобы они относились ко мне. И, конечно же, я понимаю, что Blondie не может нравиться всем. Да это и невозможно».

Невзирая на нападки со стороны прессы, четырехнедельный тур показал американскую группу в самом лучшем виде. Хореография, поставленная Инграссией в сочетании с уверенностью Blondie создает подлинное аудиовизуальное пиршество. «Кажется, мы стали увереннее в себе. Хотя бы потому, что я не курил и не пил ни перед одним из концертов», – признается Стейн.

«Мы с Крисом всегда выходим на сцену трезвыми, – подтверждает Дебора. – И это действительно круто. Мне больше не нужен допинг, я хочу быть перед публикой такой, какая я есть, и этого достаточно. Скажем, в прошлую пятницу я спокойно восприняла, что на шоу будет много представителей прессы, и решила не напрягаться по этому поводу, а, наоборот, с удовольствием провести время, и, кажется, это было заметно. Мне удалось зарядить эмоциями зрительный зал, и, благослови их Господь, мы ничего не ждали от публики. Но она сама откликалась, словно по волшебству, вот что действительно круто. Полный контроль над собой помогает мне еще больше получать вдохновение и даже улучшить вокальные навыки».

Освободившись от хлопот, связанных с менеджментом и юридическими вопросами, шестеро музыкантов обнаружили, что теперь гастроли приносят им значительно меньше проблем и неудобств, чем это было в предыдущие разы. Их не сломал даже безумный концертный график, из-за которого Blondie носились по всей Британии, словно мячик для пинг-понга, и даже съездили на двухдневную экскурсию в Париж, прежде чем вернулись отыграть концерты в «Hammersmith». «На этот раз мы действительно выступаем день за днем, без пауз. Редкие выходные заняты переездом и общением с прессой. Мы прилетели всего на две-три недели, так что каждый день расписан по минутам», – объясняет Дебби.

«Гастроли не приносят нам доходов. Будет хорошо, если мы выйдем в ноль», – добавляет Крис.

«Даже последний крупный тур принес нам убытки в несколько тысяч фунтов, – признается Дебора. – В наше время гастролями на жизнь не заработаешь».

Но, несмотря на финансовые проблемы, группа предпочитает сыграть небольшой, камерный концерт на относительно небольшой площадке, чем устроить пару вечеров на стадионе «Уэмбли». Blondie хотят сохранить тесный контакт со своими фанатами. «Промоутер умолял нас использовать более крупные площадки, – говорит Дебора. – И мы действительно боролись за право играть там, где хочется нам. Я не возражаю целую неделю играть в “Hammersmith Odeon”».

И лишь в Эдинбурге с группой произошла неприятность. Один из осветителей, Эдди, получил сильный ожог, когда возле него преждевременно сработала вспышка. «Даже вспоминать страшно», – ежится Дебби.

«Пришлось брать в команду другого человека, но освещение стало примерно на процентов пятьдесят хуже, – объясняет Крис. – Терпеть не могу разочаровывать нашу аудиторию. Рост популярности влечет за собой возрастающее число людей, вполне резонно желающих узнать тебя ближе, но теперь общение с ними для меня непозволительная роскошь. Не то, что раньше – я мог выйти ко входу в клуб и болтать с приходящими ребятами. Дебби, например, любила прогуляться в погожий денек. Теперь это невозможно».

«Приятно выступать с концертами, да и получать за это деньги тоже неплохо. Теперь я могу позволить себе видеокамеру и своевременно обновлять музыкальные инструменты. Не думаю, что мне нужны “Роллс-Ройсы” или подобная дрянь. Меня беспокоит меркантильность, засевшая в умах. Мы всегда оставались собой