Путь Наставника 2 - Игорь Ан

— Ты прав. Бес попутал! — рассмеялся второй. — Твоя б точно не ошиблась.

— И то верно! — поддержал его первый.

— Простите, — окликнул я того, что был ближе. — А что с прорубью?

— Чё, не видишь? Затянуло.

Это я, конечно, видел, но ведь не днём.

Мужики еще попрепирались могло ли такое случиться днём или просто кто-то зенками прохлопал и не почистил вовремя, но так к единому мнению и не пришли. Решили, что без происка темных сил дело не обошлось и принялись долбить лед дальше.

Наверное, кто-то мог бы этим и ограничиться, но я чувствовал, что здесь есть какая-то нестыковка, а потому ждал. Я хотел посмотреть, какой толщины образовался лед. Зачем? Не знаю точно. Может, для интереса.

Наконец одна пешня высекла ледяное крошево, чавкнула и провалилась в дыру. Коричневая вода тут же плюнула из пробитого отверстия, впиталась в горку надолбленного, измельчённого льда.

Лед оказался сантиметров пять-семь толщиной.

Мужики обрадованно застучали с удвоенной скоростью. Им плевать сколько льда, главное — пробили.

Я где-то слышал, что в стоячей воде лед образуется со скоростью около одного сантиметра в сутки при температуре минус десять. Там много параметров от которых зависит скорость, но пять или даже больше сантиметров… да ещё на текущей воде, в которой полно всяких примесей… это уже перебор. Вот что меня смутило.

Странно иногда работает мозг. Воспринимает какую-то информацию, и считает её неправильной. Она начинает тревожить сознание, «зудеть». А почему так? Отчего? Неясно. Вот так и сейчас.

Я покачал головой, сам пытаясь понять, почему это вдруг важно. Не разобрался. Выбрался из русла на дорогу и пошёл дальше.

Всю дорогу до рынка я старался не думать об увиденном, но оно лезло в голову похлеще сканирующего щупа стезевички… или женщины стезевика? Да плевать…

Купив всё, что хотел я поплёлся домой. После получаса активных торгов и переговоров, я выдохся еще больше. Стоило сегодня больше времени уделить медитации и дыханию.

Так бывает. И дело не только в стрессе или напряжении. Виновата может быть и погода. Я прекрасно понимал, что пятнадцатилетнее тело Огрызка вряд ли обладает повышенной метеочувствительностью, но всё же: дышалось тяжело, пот выступал на лбу и сползал на брови, где быстро застывал, образуя иней.

Уже подходя к дому, чтобы закинуть продукты, я понял в чём дело — влажность сильно поднялась. Это было странно. Ведь в мороз такое бывает редко. Но да, воздух прямо-таки напитался влагой. Я видел это по изморози на стенах, по тому, как густо дымили трубы в городе, как низко и тяжело двигались облака в небе.

На тренировку я пришел, когда все мои ученики уже собрались.

Кто-то повторял изученный вчера комплекс. Кто-то старательно дышал.

Гриша с Куцым устроили соревнования, кто лучше выполнит жумэнь — комплекс связок, который мы изучали вчера. Видимо, ребята решили соревноваться еще и на скорость. Потому что Куцый, несмотря на некоторую неточность движений выполнял все переходы быстро, а Гриша двигался медленней, зато гораздо чётче.

Мне не хотелось вмешиваться и сбивать настрой, но комплекс «войти во врата» или жумэнь как раз и предназначался для отработки точности движение, постижения внутренней механики и стилевой культуры. Так что Гриша тут явно был фаворитом, если смотреть с точки зрения тренера. Зато для болельщиков движения Куцего выглядели гораздо круче. Они с впрямь были зрелищней.

Я дождался, когда ребята закончат, и только после этого подошел к ним. На примере этих двух вариантов исполнения, я как мог мягче, разобрал особенности и принципы комплекса. Заодно подчеркнув, в чём его цель. Я поправлял, как Куцего, так и Гришу, старался показать сильные стороны и того и другого, а они действительно было.

Но в итоге, как это часто и бывает, эмоции учеников взяли верх над разумом. Гриша сиял, как начищенный самовар, хотя ему я сделал гораздо больше замечаний. А Куцый стушевался. Он даже сказал, что ему нехорошо и попросил разрешения пропустить тренировку и уйти немного отдохнуть в лавку. Сразу я его не отпустил. Но после разминки и коротких дыхательных практик разрешил уйти. Он и впрямь выглядел неважно. Неужели мои действия так на него повлияли?

Я решил, что позже, в спокойно обстановке разберу этот момент. Педагогический аспект на начальных этапах очень важен. Тут главное — вовремя заметить охлаждение интереса и подогреть его. Иначе можно быстро отбить всё желание заниматься.

С остальными мы не стали изучать ничего нового. Не хотелось, чтобы Куцый пропускал. К тому же, нам можно еще очень долго повторять начальные таолу, оттачивая мастерство на простых комплексах.

После тренировки, я не застал Куцего в лавке. Не было его и на улице. Я слегка забеспокоился, но услышал голоса из комнату угольщика.

Подошёл, послушал. Куцый был там.

Я постучал.

— Входи! — тут же отозвался угольщик.

Они сидели за низеньким столиком, который «на коленке» собрали из досок и стульев. Перед ними были разложены бумаги. Я заметил записи о продажах, какие-то рассчеты.

— Вот, — чуть виновато произнёс Куцый, — мастер попросил помочь с бухгалтерией. — Решил немного вникнуть.

— Он сечёт! — весело ответил угольщик. — Хочу, чтобы он помогал. Знаю, что ты у них за старшего, но я доплачивать готов.

Я улыбнулся. Если Куцый хочет, пусть, конечно, делает. По сути, это его карьерный рост.

На том и порешили. Куцый остался помогать угольщику, и пообещал прийти домой чуть позже. Я согласился, сказав, что ужин мы ему оставим, может не торопиться.

С остальными мы отправились домой.

На улице порядком похолодало. А с учетом высокой влажности, я бы сказал дубак стоял дикий.

Ребята вымотались за день, так что быстро поужинав, отправились спать. Я же, по уже устоявшейся традиции, решил немного помедитировать. Это действительно давало эффект. Голова освобождалась от тяжелых мыслей, накопившихся за день, а тело сбрасывало напряжение.

Когда пошёл на верх, заметил, что камин горит слабо. Попросил дежурного подкинуть немного дров. Да и из-за холода на улице, в доме температура тоже заметно снизилась. Дежурил Кнут, и он пообещал всё сделать.

У меня в комнате тоже было не грани комфортного. Наверное, Огрызку было не привыкать, но мне, уже вновь полюбившему комфорт, казалось прохладно.

Я быстро прогнал три цикла «дыхания дракона», сбросил небольшой, успевший возникнуть избыток праны в Средоточие. Согрелся.

И вдруг услышал треск.

Я даже не сразу понял, что это было. Сначала подумал, что кто-то не реке долбит лёд в проруби. Примерно такой же звук я слышал днем, когда подходил к мужикам.