На эту и на ту набью тебе тату - Игорь Алмазов

Илья вздохнул и кивнул. И мы отправились к остановке.

* * *

Ломбард на Московской улице назывался «Золотой ключик». Вывеска была яркой, жёлтой, с нарисованным ключом. Внутри оказалось тесно и немного душно. Вдоль стены шла витрина, за стеклом которой находились золотые цепи, часы, кольца, браслеты. Всё это лежало на бархатных подставках с ценниками, написанными от руки.

За стойкой сидел мужчина лет шестидесяти в клетчатой рубашке и в очках с толстыми стёклами.

— Добрый день, — поздоровался я с ним. — Мы хотим выкупить одну вещь.

— День добрый, — кивнул он. — Какую?

Я положил на стойку квитанцию, которую мне дал Илья.

— Старый монокль, который этот молодой человек вчера по ошибке вам сдал, — ответил я. — Вся сумма у него на руках.

Хорошо что Илье не пришло в голову тратить полученные деньги.

Мужчина взял бумажку, внимательно её прочитал.

— Меня зовут Семён Маркович, — решил он представиться, хотя никто и не спрашивал. — Ваш монокль — вещь очень интересная. Я оценил её слишком поспешно, всего лишь на восемь тысяч рублей. Но потом осмотрел внимательнее. Латунь старая, не современная. Гравировка на неизвестном языке. Такие вещи коллекционеры ищут по всей стране. У меня уже есть покупатель, который даст в десять раз больше.

— Вы же вчера сказали, что это безделушка! — возмутился Илья.

— Молодой человек, неважно, что я говорил, — хмыкнул Семён Маркович. — Важно, что говорю сейчас.

— У нас есть квитанция, — напомнил я. — Я готов заплатить сумму, указанную в договоре. Та сумма, которую вы за него и дали собственно.

— Сумма в договоре — это оценочная стоимость, — Семён Маркович снял очки, протёр их краем рубашки, снова надел. — А реальная стоимость другая, и составляет сейчас сто тысяч рублей. Хотите монокль, выкупайте его за полную стоимость.

Илья сжал кулаки, но я остановил его.

— Семён Маркович, — спокойно сказал я. — Квитанция — это договор между вами и этим молодым человеком. Я готов заплатить по этому договору, чтобы вернуть вещь. Если вы отказываетесь выдать вещь по квитанции — это нарушение закона о ломбардах. Учитывая то, что вещь эта изначально была у меня украдена, я могу обратиться в полицию. Хранение краденого, знаете ли, карается законом.

Успел немного почитать об этом в автобусе. Интернет современного мира — великая вещь.

Семён Маркович только усмехнулся.

— Краденого? — переспросил он. — Молодой человек сказал мне, что вещь его дедушки, и ему просто нужны деньги. Я поверил, ведь я не детектор лжи. Я добросовестный приобретатель. Так что не смешите меня, ничего мне полиция не сделает.

Илья открыл рот, явно собираясь что-то сказать. Но так ничего и не сказал.

Я сделал шаг вперёд. Медленно, без спешки. Просто подошёл ближе, сокращая дистанцию между нами.

При дворе я научился одному простому правилу. Человек, который говорит тихо и смотрит прямо, всегда выглядит опаснее того, кто кричит. Крик — это страх. Тишина — это уверенность.

— Семён Маркович, — сказал я. — В эту игру могут играть двое. Вы даже не попросили у этого молодого человека паспорт. Вы всегда так вещи принимаете? А сколько здесь предметов может оказаться краденными? А платите ли вы налоги за свою деятельность?

Семён Маркович смотрел на меня, а я смотрел на него. Илья, кажется, вообще перестал дышать.

Молчание длилось секунд десять, и никто не планировал проигрывать.

Потом ломбардщик медленно снял очки, снова протёр их краем рубашки и положил на стойку. Жест человека, который выигрывает время. При дворе такой приём называли «паузой для размышления». Когда человек понимает, что позиция слабее, чем казалась, но признавать это вслух не хочет.

— Ты блефуешь, — наконец сказал Семён Маркович. — У тебя ничего нет.

— Возможно, — согласился я. — А возможно, нет. Вы готовы проверить?

Он снова помолчал. Смотрел на меня поверх стойки, и я видел, как он взвешивает варианты. Восемь тысяч против возможных неприятностей. Сто тысяч против риска проверки. Ломбардщики не любят проверок. Это я тоже успел прочитать в автобусе.

Потом Семён Маркович медленно потянулся к ящику под стойкой.

— Ладно, верну за ту же сумму, — заявил он. — Если уж краденый — не буду связываться.

Я потянулся за моноклем, но тут в ломбард резко ворвались двое людей в масках и с оружием в руках.

— Всем лежать, это ограбление! — заорал один из них.

Ограбление? Этого в планах не было.

Глава 22

Мы — бандито, гангстерито

Монокль я всё-таки забрать успел. А затем принялся оценивать ситуацию.

Так, грабителей двое. Первый у входной двери. Среднего роста, в тёмной куртке с капюшоном и чёрной маске-балаклаве. В руке у него была монтировка. Он держал её очень странным образом, как ракетку для тенниса. И бегал глазами по всему ломбарду. Это его первое ограбление?

Второй грабитель у витрины. Пониже

Оружия у них нет, это явно любители, а не профессионалы. При дворе меня учили читать людей по позе. Позы у обоих говорили об одном, они грабят первый раз в жизни. Может быть, залезли сюда вообще случайно, на удачу.

— Всем лежать, это ограбление! — снова выкрикнул первый грабитель и шагнул к стойке.

Илья сел на пол раньше, чем договорили слово «ограбление». Семён Маркович побледнел и вцепился в край стойки двумя руками, словно она могла его защитить.

Я остался стоять. Слушаться этих людей я не собирался.

— Ты не слышал⁈ — первый качнул монтировкой в мою сторону. — Лечь на земле, быстро!

— Я слышал, — спокойно ответил я. — Позвольте уточнить, вы хотите ограбить ломбард в субботу днём, когда за стеклом ходят люди, и в любой момент может зайти новый покупатель? А если сюда зайдут люди, вы остановите их вашей монтировкой?

Грабитель пару раз моргнул. Он явно не ожидал такого вопроса.

— Заткнись! — рявкнул он.

Второй ударил монтировкой по стеклу витрины, стекло со звоном посыпалось на пол. Он снял со спины рюкзак и принялся беспорядочно сгребать всё с полок.

Я увидел, как Семён Маркович незаметно нажал кнопку у себя под стойкой.

— Вызвал полицию, надо потянуть время, — тихо, одними губами, сказал он мне.

— Сделаем, — ответил я. — Илья, когда я скажу «сейчас» — брось что-нибудь в сторону первого грабителя. Сумку, куртку, что угодно.

Снизу с пола послышалось сдавленное «Понял».

Второй грабитель теперь временем продолжал громить витрины своей монтировкой. А первый так и стоял, направив своё оружие на меня. Дальнейшие ходы они продумали плохо.

— Сейчас! — приказал я.

Илья метнул рюкзак в первого грабителя. Плохо метнул, криво, рюкзак улетел куда-то в сторону, но шум был достаточно громким. Первый резко повернул голову.