Вопиющая ложь - Глен Чарльз Кук

Ух ты, Шукрат, детка! Вышло слегка… слегка что, дорогуша?

Неужели я в тайне от себя самой так низко ценю Тобо? Неужели я цепляюсь за него потому, что боюсь, что больше никому не нужна?

Полгода назад я бы никогда не задумалась о подобном, даже когда Аркана с нашей приемной матерью Госпожой считали нас любовниками, но теперь я мучилась от сожалений. Шарах! Кажется я даже написала о том, что мы делали то, чего не делали на самом деле. По крайней мере, не в серьез и не постоянно. Наверное совершала эту глупость раз или два.

Зачем я трачу на это бумагу и чернила? Вот я дура. Совершенная идиотка.

Нет, Шукрат, нет! Это не имеет отношение к истории Черного отряда, если только к тому, что случится в будущем. Ты точно знаешь, что увидев такое, Каркун удивленно вскинул бы бровь и хмыкнул, а потом бы спросил, почему я решила, что мой идиотский выбор чем-то лучше всех идиотских решений, принимаемых двумя третями всех девушек в мире за все время существования мира?

И правильный ответ, Папуля, моя ситуация уникальна из всех девушек в мире за все время существования мира, потому, что она моя!

И в этом и есть проблема, с которой сталкивались все, кто жил прежде, в молодости, и все, кому еще предстоит жить.

Я уже устала себе повторять, что летопись Отряда не личный дневник. Но всегда есть что-то, что нужно высказать ради психического здоровья, поэтому я делаю это сейчас, вместо того, чтобы рисковать эмоционально, высказывая живым людям.

Слышу голос Каркуна, говорящего мне, что мы начинаем жизнь с детского возраста для того, чтобы перестать совершать глупости до того, как мы достигнем момента в жизни, за которым наши глупые поступки убьют окружающих нас людей.

У старика было весьма негативное представление об окружающем мире, но мне все равно его не хватает.

- Шу? - потом громче: - Шукратик!? Шукрат Ворошек!

- Прости, сестра. Я как-то отключилась, словно оказалась в какой-то странной стране, размышляя о том, кто я и кем мне следует стать. - Подруга, ты по-прежнему обманываешься и прячешься не только от кузины, но и от самой себя.

Аркана уже по-деловому излагала план выполнения задания по разведке границ. Одна из нас, при этом по ее мнению, это должна быть она, должна слетать к вратам и еще раз с высоты посмотреть, не возвращается ли Госпожа. А другая в это время облетит пустоши на юге, чтобы убедиться, что обезьяны не решили пробраться через пикеты. А также, чтобы проверить, нет ли с той стороны иных угроз. И все потому, что Суврин уверен, что возможная угроза появится именно с этого направления. А после этого, мы вместе должны забраться как можно выше и залететь как можно дальше на юг, чтобы увидеть…

Что?

Этот мужчина, Суврин, наш Капитан, у которого не было ни малейшего таланта к магии или к мистике… и, похоже, вообще никаких иных талантов, насколько мне показалось - чувствовал или интуитивно догадывался, а может опасался, а может… кто знает что это такое? - что на Воронье гнездо с юга надвигается смертельная опасность.

Надеюсь, если мы заберемся подальше, то определим, что это.

Вдруг у Суврина особый дар, этакого гения-идиота - видеть то, что не видно никому другому, складывая воедино подсказки, незаметные для других. У нашего с Арканой дедули был такой же своего рода талант.

Среди Ворошков всегда были страшные интриги. Масса нелицеприятных вещей, а порой и смертельных, типа ножа в спину от жены родного брата. Такое было постоянно и в порядке вещей. Когда мы с Арканой были детьми, все еще сильнее усугубилось.

Мастер интриг Ионеу Тепешка Ворошек - мой двоюродный дед - сумел стать Первым отцом. Он позвал нашего деда Донци Влекулку Ворошка расследовать крупные преступления всех Ворошков. Таким образом, на какое-то время, благодаря усилиям двух наших дедушек, семья Ворошек сумела почти цивилизоваться. Но, конечно, только внутри себя.

Эти перемены произошли в одночасье, но подготовка к ним шла десятки лет.

Дедушка Ионеу как раз и был тем гением, кто взорвал рейтгестид, уничтоживший врата и впустил теней-убийц в наш мир. А может, это был другой дед.

Можно сказать, обрел этим бессмертие.

Ну вот, опять. Снова я погрузилась в свое прошлое, сойдя с дороги, так и не сумев приблизиться к сути, рассказывая о дедушке Донци. Так вот он, войдя в пустую комнату и оглядевшись по сторонам, мог рассказать то, что в ней происходило. Возможно Суврин тоже способен на такое, и это может объяснить, как порой он узнает о вещах, о которых никак не мог знать. И все это никак не влияет на Отряд - сейчас или в будущем, хотя влияет на меня. Если я когда-либо буду формировать будущее Отряда или каким-либо способом подорву его.

47 Аркана

Шукрат пишет, как и болтает, без умолку. Накропала с десяток страниц крупным почерком, а толку ноль, как и мозгов в полупустом чердаке - только то, что стряслось между нами давным-давно и все. Ничего, что бы относилось к настоящему.

Возможно именно травма, подобная моей, способна заставить сирот вроде нас, отбросить все прошлое, обнулить все, что за плечами и начать своими руками строить будущее.

Я слышала как и Папуля, и Госпожа повторяли такие слова: “Что было, то было, живи сейчас”.

Стоит прислушаться и принять как часть себя.

Вот тебе, Шукратик, это нужно. Мы живем сейчас, и у нас есть задача, которую нужно решить. Забудь хотя бы о Тобо. Этот крысеныш справится и без тебя. Или нет. Если это так, то вся тяжесть ляжет на нас, Шукрат, с тобой. Придется самостоятельно разбираться с неведомыми тенями.

А как мы это сделаем?

Мой насущный план, как следует эмоционально врезать Шукрат. Нужно отбить у нее иллюзию, что следует спасать Тобо лишь потому, что любовь способна превозмочь. Но прежде чем я напрыгнула на нее в кованых сапогах, я поняла, что она справилась сама. В основном. Ей удалось разорвать привязанность. В основном. Возможно, только на какое-то время.

Она сама предложила план. Согласно ему она отправится в краткий ближний патруль, в это время я занимаюсь убаюкиванием Тобо. Потом я лечу в дальний патруль на север и к моменту возвращения, она отправляется в патруль на восток. А я в это время выполняю