Жена злодея - Виктория Рогозина

Неизвестность томила меня словно змея, обвившая душу. Ожидание тянулось медленно, как вязкий мёд, но горечь его была невыносима. Каждый миг, каждая секунда без вестей о Луке казалась вечностью. Я привыкла к тому, что могу действовать, что могу повлиять на исход событий. Но сейчас я была бессильна. Моя магия не могла помочь мне узнать, что происходит за пределами этого терема.

Я тихо вздохнула, прислушиваясь к звукам снаружи. Казалось, мир за окнами жил своей жизнью, но для меня всё остановилось. В голове крутились одни и те же мысли, и я пыталась найти хоть какой-то знак, что всё будет хорошо. Но знаков не было. Только ожидание.

Стиснув руки, я попыталась успокоиться. Я верила в Луку, верила в его силу, в его умение противостоять любым испытаниям. Лука был сильнейшим магом и ведьмаком, которого я когда-либо знала. Я знала, что он не сдастся, что будет бороться до последнего.

Но даже эта вера не избавляла меня от страха. Я не могла помочь ему, не могла быть рядом в этот момент. В голове пульсировала одна мысль: что, если я его больше не увижу? Этот страх сжимал моё сердце, но я вновь и вновь говорила себе: Ты должна верить в него. Ты должна ждать.

Марфа взглянула на меня с сочувствием, понимая, что борьба в моём сердце не стихает.

— Антарес, успокой своё сердце. Лука твой человек, и, если кто может вернуться с победой, так это он, — прошептала она, стараясь ободрить меня.

Я кивнула, пытаясь придать себе уверенности, но в душе была лишь одна надежда — что ожидание не продлится долго.

Время тянулось, словно вечность. Каждый звук за окном, каждый шорох внутри терема казались резкими, словно нарушали мой внутренний мир ожидания и тревоги. Тикание часов, тихий скрип пола, шаги стражников за стенами... Всё это сливалось в один монотонный поток звуков, который лишь усугублял моё беспокойство.

Я пыталась найти себе занятие, чтобы отвлечься, но мысли о Луке не отпускали. Я встала к окну, смотрела на безмятежное небо, на мелькающие фигуры людей внизу, но всё это казалось таким далёким, неважным. Весь мир суетился вокруг, но в моём мире было только одно — ожидание.

Я вновь и вновь вспоминала наши последние мгновения вместе, его взгляд, его уверенность. Лука всегда был спокоен, даже перед лицом опасности, и это вселяло в меня веру. Но с каждой минутой, с каждым часом это спокойствие угасало. Что, если с ним что-то случилось? Что, если он больше не вернётся?

— Мара, дай мне знак… — прошептала я, устремив взгляд к потолку, но ответа не было. Только тишина, полная мучительного ожидания.

Марфа, чувствуя мою тревогу, подошла ко мне, положила руку на плечо.

— Не изводи себя, Антарес. Время лечит и вразумляет, — сказала она мягко, её голос был тёплым и успокаивающим. — Лука силён, и ты это знаешь. Вернётся он к тебе, а с ним и свет надежды.

Но её слова утешения казались далекими, как эхо в пустом зале. Я кивнула ей, но тревога не отпускала моё сердце. Оставалось лишь ждать.

Глава 52. Лука

Глава 52. Лука

Как весенний дождь землю оживляет,

так и слова утешения сердца согревают:

в каждом слове тепло, что грядёт с искренностью.

Кощей Бессмертный стоял передо мной, его взгляд, привычно холодный и надменный, теперь был сосредоточенным и осторожным. Он выслушивал мои слова, но я видел, как в его сознании велась внутренняя борьба. Сколько веков он посвятил своим амбициям, сколько жизней положил ради своей цели. И вот теперь, когда его ученик, то бишь я, то бишь Лука Кейнсберг, стою перед ним с предложением изменить всё, он сомневается. Ну не гад ли?!

— Ты предлагаешь мне отказаться от всего, что я строил веками, — заговорил он наконец, его голос был полон горечи и недоверия. — Жить обычной жизнью, словно я — простой смертный? Ты думаешь, я смогу вот так взять и отказаться от своего могущества, от власти, что я с трудом добыл?

Я смотрел на него спокойно, хотя понимал его сомнения. Он был Кощеем Бессмертным, повелителем тьмы, магии и силы. Сколько столетий он правит своим мрачным царством, сколько жизней под его контролем? Но несмотря на это, я видел, что его уверенность не была непоколебимой. В глубине души, он боялся и сейчас его страхи становились реальны.

— Я не предлагаю тебе отказаться от твоей силы, — сказал я. — Я предлагаю тебе выбрать другой путь. Ты можешь оставить за собой свою магию, своё могущество, но направить их на что-то иное. Жить не ради разрушения, а ради созидания. Время бесчинств прошло, и мир изменился. У тебя есть шанс адаптироваться, найти новое предназначение.

Бессмертный нахмурился, его лицо оставалось непроницаемым, но я чувствовал, что мои слова задевают его за живое. Он колебался, размышляя над каждым словом. Конечно, он не этого хотел. Он продолжил бы идти по землям с огнем и мечом и то, что предлагал я, воспринималось учителем, как маленькая смерть. В его-то возрасте тем более тяжело что-то менять. А придется, ведь я не хочу его убивать. Если уничтожить Кощея куда больше проблем будет.

— И что дальше? Где гарантии? Как я могу быть уверен, что… — резко спросил он, внезапно переменив тон. — Ты хочешь, чтобы я просто сдался? Как я могу быть уверен, что ты сдержишь своё слово? Что ты не предашь меня, когда я потеряю бдительность?

Я встретил его взгляд, пытаясь убедить его в искренности моих намерений.

— Я не предам тебя, — уверенно ответил я. — Моя цель — предотвратить разрушение и кровопролитие. Я не враг тебе, Кощей. Я пришёл сюда, чтобы дать тебе выбор. Ты сам решаешь, как поступить. Но знай: продолжение войны приведёт лишь к твоему краху. Смерть всегда рядом, и она найдёт тебя, если ты не остановишься.

Бессмертный долго стоял неподвижно, осмысливая каждое мое слово. Я видел, как его лицо мрачнело, как бесконечная борьба происходила в его душе. Наконец, его глаза потухли, словно в этот миг он окончательно сдался своей судьбе. Медленно, очень неохотно, он протянул руку за яйцом, тем самым, в котором была заключена его смерть.

Я тоже медлил. Я знал, что это был