Жрец Хаоса. Книга ХIII - М. Борзых

Зисланг фанатично желал заполучить земли Утгардов, то и язык коренного населения должен был заставить выучить своих отпрысков. Я оказался прав. Шанталь действительно бегло разговаривала на старонорвежском. С чтением дела обстояли несколько хуже, но Сагу прочитать она смогла, правда, всё время морщилась, а под конец заявила:

— Это какая-то авторская интерпретация Саги. Кто-то сильно переврал её события.

Я подсунул пустотнице русский перевод для ознакомления, после прочтения которого она воскликнула:

— Ну вот, это уже больше похоже на правду.

— Дорогая Шанталь, я премного благодарен тебе за оценку, но хотелось бы услышать дословный перевод тобой прочитанного, даже если это бред бьющегося в горячке скальда.

Голландка поджала губы недовольно, но всё же принялась читать с запинками как прилежная ученица. Уже вместе с ней мы пробирались сквозь ажурные словесные конструкции, пытаясь отыскать хоть какие-то факты. Саги ведь на то и складывают, чтобы воспеть деяния современников или предков. И чем больше временной разрыв между событиями и певцом, тем больше преувеличений он себе может позволить. Ибо никто из современников событий не сможет ткнуть сказителя носом в ложь, как нашкодившего котёнка.

А выходило следующее. Общая канва сюжета сохранялась, но отдельные детали разительно отличались. К примеру, вместо триумфального прихода Исдракенов с севера, один из местных родов пошёл добровольно на поклон, читай на убой, к ледяным вивернам, отдавая себя на съедение, лишь бы те помогли и выступили на стороне людей. Как уж они договаривались неизвестно, но виверны не только помогли людям, но и одного из парламентёров не сожрали, отдав за него замуж одну из своих. Их дети основали династию Исдракенов, Ледяных драконов то есть, которая и правила с тех пор Скандинавией. Окончание Саги, правда, совпадало в обеих вариациях. Стоит династии Исдракенов сгинуть, и виверны больше не придут на помощь скандинавам.

Теперь мне уже принципиально было интересно узнать содержание Саги на руннике. Если уже в этих двух вариациях были столь разительные различия.

Но у Шанталь с рунником оказалось также, как и у меня. Никак. Значит, нужно было озадачивать бабушку… или ту же Марию Анатольевну Берсеньеву. Уж та точно должна была быть полиглотом, с её-то памятью.

К тому же, насколько мне известно, на выходных планировался визит Марии к нам для знакомства с нашим семейством в полном составе. Так что возможность уточнить про рунник еще представится, а пока я задумался над дальнейшим обучением Шанталь. Неожиданная реакция Камелии на мою кровь и кровь Эсрай натолкнула меня на некоторые размышления. Я сам испытывал голод рядом с сильными магами, Войд так вообще постоянно облизывался на всех и вся. Потому я отложил в сторону литературу и решил-таки оправдывать своё звание учителя. Чем быстрее я преподам хотя бы азы магии Шанталь, тем быстрее мы разберёмся с запертым на Альбионе духом, заодно добыв росток мэллорна для Эсрай.

— Шанталь, завершим на сегодня с чтениями и перейдём к небольшому практическому уроку, сопряжённому с магической техникой безопасности. И прежде, чем начать, ответь мне пожалуйста честно на один вопрос. С момента нашего первого урока голод остался на том же уровне или прогрессирует?

Девушка замялась, потом ответила:

— В целом есть я стала в два раза больше, но не понимаю причин. Магию я никоим образом не использую, особых физических занятий у меня нет. И когда я говорю «в два раза больше», то имею ввиду не как птичка поклевала, а в два раза больше, чем ест здоровый половозрелый оборотень. Благо ещё у вас кухарка добрая, только и слышу постоянные причитания: дескать, девочку в краях заморских голодом морили, никак не отъесться на нормальных харчах. Кстати, что такое «харчи»?

Я едва не заржал.

— Еда это, не бери в голову. А Алевтина, она такая. Накормить и откормить — это по её части. Я у неё тоже вечно недокормленный. Не обращай внимания. А теперь давай с тобой вернёмся к обучению. Итак, голод — это тоже качественный показатель твоей стихии. И по уровню голода, если к себе прислушиваться, ты сможешь определить примерную силу магов, находящихся рядом с тобой. Ты её не увидишь, но почувствуешь. Градации голода тоже могут разниться: на одного человека у тебя могут слюнки течь, а на другого ты даже не обратишь внимания. Вот этим мы и займёмся с тобой сегодня. Будем определять уровень твоего голода в отношении всех магически одарённых жителей нашего особняка.

Шанталь задумалась, сложив руки у себя на коленях, а после её щёки окрасил румянец.

— Говори уже, я твой учитель. Считай, от меня секретов быть не должно, если мы хотим, чтобы ты научилась владеть своей силой и не причинила вреда себе и кому-либо другому.

— Я заметила то, о чём вы сказали. И старалась фиксировать собственные реакции, — голландка вынула из небольшой сумочки, притороченной к поясу, записную книжку размером не больше ладони. — Для себя я проранжировала голод по шкале от одного до десяти в соответствии с магическими рангами. И кроме ранга добавляла сопутствующие ощущения.

«Надо же, какая обстоятельная барышня», — мелькнула у меня мысль.

— Зачитаешь или позволишь ознакомиться? — поинтересовался я, не рискуя совать нос в чужие вещи. Мало ли что ещё в этой книжице может находиться. Может, она там дневник ведёт и душу изливает.

— Да нет, что вы. Прошу. Как вы сказали, после тех клятв, которые я вам принесла, тайн у меня от вас особо быть не может.

— Ну почему же? — удивился я. — Поверь мне, Шанталь, у меня достаточно воспитания, чтобы не лезть в личные дела даже обязанных мне людей. Более того, я несу за тебя ответственность и потому очень надеюсь, что с любыми проблемами, с которыми ты столкнёшься, ты пойдёшь ко мне. Неважно, каким образом мы пришли к взаимодействию и сотрудничеству, но после самого факта обмена клятвами я тебя в обиду не дам. Для меня это не пустой звук.

Шанталь нахмурилась, но кивнула, неуверенно передавая мне блокнот. Открыв страницу, где была заложена закладка в виде розовой ленты, я принялся вчитываться. И хоть список вёлся на голландском, но имена были узнаваемые. Чем дольше я вчитывался, тем яснее понимал, что передо