Лекарь из Пустоты. Книга 10 - Александр Майерс

что ещё это может быть? Сожрала магию, оружие и пальцы, не оставив никаких следов… Это точно Пустота, я не сомневаюсь. И вот что меня беспокоит ещё сильнее… Ты сам знаешь, как во всём мире относятся к Пустоте. Если кто-нибудь узнает, что мы тут копаемся в этом — нас всех казнят на месте, — тихо закончил Курбатов.

Он был прав. Пустота в большинстве стран мира, согласно международной конвенции, находилась под строжайшим запретом. Даже искать информацию о ней было страшнее любого другого преступления. Любые исследования карались смертью, без разбирательств и снисхождения. Даже если бы наследник императора Всероссийского начал интересоваться Пустотой, его бы казнили на месте без вопросов.

— Так, Иван, слушай меня внимательно, — твёрдо произнёс я. — Ничего больше не трогайте, не ходите дальше. Если кто-то есть в лабиринте — немедленно отзови их. Собирай людей и уходите оттуда сейчас же.

— Честно говоря, я собирался сделать то же самое. Слушай, Юрий… А может, нам сперва взорвать тут всё к такой-то матери? Чтобы ни одна живая душа сюда больше не сунулась. Пустота — это… Короче, если вдруг она здесь есть и вырвется — хреново будет всем, — сказал Курбатов.

— Нет, — отрезал я. — Не вздумай. Вы понятия не имеете, как эти ловушки устроены и что там дальше в лабиринте. Может, там где-то есть артефакт или ловушка, в которой очень много Пустоты. Вы устроите взрыв, она вырвется наружу и обратит всю гору вместе с вами в ничто. Не рискуй людьми. Просто уезжайте.

Иван помолчал, обдумывая. Затем хмыкнул и сказал:

— А ведь верно. Ладно, сворачиваемся и уходим. Дерьмо, блин… Первая моя операция в роли командира — и такой провал.

— Это не провал. Ты сам понимаешь, что сражаться с Пустотой бессмысленно. Спасибо, что сразу позвонил, — сказал я.

— Да не за что… Конец связи.

Я опустил телефон и медленно откинулся на подушку, глядя в потолок.

Значит, эти руины в Карпатах гораздо перспективнее, чем те, что были в Афганистане. Пустота в них была жива — и значит, могло сохраниться что-то ещё, что поможет мне разобраться в тайнах Рагнара.

«Что скажешь, Рагнар? Я собираюсь посетить руины твоего культа», — мысленно произнёс я.

Великое Ничто не ответило. В последнее время Рагнар вообще редко почитал меня своим присутствием — за исключением того случая, когда решил поугрожать.

Но, как бы там ни было, мне действительно придётся отправиться в те руины самому. Причём тайно.

Иван и его люди — крепкие, опытные бойцы. Но против Пустоты они беспомощны, как слепые котята. Ещё одна сработавшая ловушка — и кто-то лишится уже не пальца, а жизни. А то и всего отряда не станет.

Я — другое дело. Я с Пустотой знаком не понаслышке. Я умею её чувствовать, контролировать, умею ей противостоять. В конце концов, у меня есть Шёпот, который в случае чего может подстраховать.

Значит, решено. Поеду сам.

Вот только сперва нужно разобраться с горой неотложных дел.

— И когда же мне всё успеть? — пробормотал я, потирая виски.

Италия, город Триест, неприметное здание в портовом квартале

Фосса не торопился начинать разговор. Он любил эти паузы — Клаус давно подметил за ним эту привычку. Куратор Чёрной касты будто испытывал собеседника молчанием, проверяя, не дрогнет ли тот, не заговорит ли первым, выдав нервозность.

Агент Вебер молчал. Он умел ждать.

— Ты хорошо поработал, Клаус, — наконец, произнёс Фосса.

Голос его звучал негромко, без единой эмоции — и оттого казался вдвойне неприятным.

— Ты вовремя затаился. После того как Мюллер начал копать, многие на твоём месте запаниковали бы. Наделали бы глупостей. А ты залёг на дно, не дёрнулся, не привлёк внимания. Это правильно. Это разумно, — кажется, в голосе куратора появился намёк на улыбку.

— Я лишь делал свою работу, — сдержанно ответил Вебер.

— Скромность? Это хорошее качество. Но не обольщайся. То, что ты уцелел, не означает, что у нас всё хорошо. Напротив.

В темноте что-то шевельнулось — кажется, Фосса чуть склонил голову.

Клаус напрягся. Он почувствовал, что разговор сворачивает к чему-то серьёзному.

— Мюллер усилился, — продолжил куратор, и в его голосе проскользнула тень недовольства. — Его агентство растёт. У него появились деньги, появились связи, появилось имя. Серебров активно снабжает его деньгами, а денег у мальчишки в последнее время стало только больше. Но дело даже не в этом. Дело в контактах Мюллера со спецслужбами Сербии.

Фосса медленно поднялся из-за стола. Тёмное пятно его фигуры качнулось и поплыло вдоль стены — он принялся расхаживать по кабинету, не выходя из-под действия заклинания. Клаус следил за ним краем глаза, не поворачивая головы.

— Сербы вцепились в нас, как бешеные псы, — голос куратора доносился теперь то справа, то слева, отражаясь от стен. — За последний месяц они накрыли одну из наших лабораторий. Понимаешь, что это значит? Годы работы, оборудование, реагенты, наработки — всё псу под хвост. А люди, которые там работали… Тоже были ценным активом.

Клаус сглотнул. Он знал, о каких лабораториях идёт речь. И знал, чем там занимались. А ещё он знал, что все члены Чёрной касты несут на себе проклятие, и неминуемо умирают, если вдруг попадают в руки полиции или спецслужб.

Клаус знал это очень хорошо, потому что его тоже заставили принять такое проклятие.

— И это ещё не всё, — Фосса остановился. — Две наши боевые ячейки полностью ликвидированы. Сербская контрразведка работает хорошо, я отдаю им должное. Они получают наводки, и я почти уверен, что информация идёт через Мюллера. Этот человек стал занозой, Клаус. Большой, гнойной занозой в самом неудобном месте.

— Я понимаю, — тихо отозвался Вебер.

— Нет. Ты не понимаешь. Каста несёт потери в регионе, за который отвечаю я! И мне, как ты догадываешься, очень не хочется отвечать, — Фосса чуть приблизился, и Клаусу показалось, будто над ним нависла сама бездна.

— Что я могу сделать? — спросил он, стараясь сохранить самообладание.

— Врагов нужно отвлечь. Сербов, Мюллера, Сереброва, всех разом. Нужно создать им такую головную боль, чтобы они забыли про мои лаборатории и занялись собственными проблемами, — Фосса вернулся к столу и снова опустился в кресло. Тьма вокруг него сгустилась, обретая прежние очертания.

— И вот тут ты пригодишься, Клаус. У меня есть для тебя задание.

— Слушаю.

— Те сведения, что ты успел