«Обо мне не беспокойся…». Из переписки - Василий Семёнович Гроссман

Привет Ольге Семеновне и Ларе.

Целую тебя,

Вася.

20 июля 1952 г.

203

[Начало сентября 1952, Коктебель]

Здравствуй, дорогой папа,

вот уже 4 дня, как мы живем в Коктебеле. Выехали из Москвы в холод, в проливной дождь; в Харькове уже чуть-чуть улыбнулось солнце; в Лозовой пахнуло степным теплом и пылью, потянулись поля подсолнуха и кукурузы, в Джанкое было совсем тепло – на базаре при станции накупил дынек, арбузиков, кукурузы вареной…

А здесь, в Коктебеле, совершенное лето, вода в море теплая, солнце жарит, безоблачное небо. Я много бываю на море, купаюсь, занимаюсь сбором камней и уничтожением слив, дынь и арбузов.

Уезжая из Москвы, я успел прочесть верстку десятого номера[402] и все согласовал, так что на душе спокойно. Но, видимо, нервы свои так издергал, что даже и здесь нахожу почву для неврастении и раздражительности, – уж очень много здесь людей, а люди бывают разные. Но это так, минутные пустяки. В общем, я очень доволен. Как ты? Здоровье? Где ты – на даче или в городе? Если погода установилась, поживи еще на даче!

Пиши мне. Целую тебя, Вася.

Привет Ольге Сем〈еновне〉 и Ларе.

Мой адрес: Крым, Планерское, Коктебель – дом отдыха Союза писателей, – мне.

Ольга Михайловна просит кланяться.

204

12 сентября [1952, Коктебель]

Дорогой папа,

получил ли мое письмо, которое послал по приезде в Коктебель?

Я от тебя еще ничего не имею. Где ты – в городе, на даче ли? Как здоровье?

Приезжающие рассказывают, что в Москве адская жара установилась в последние дни[403]. Но, должно быть, по сравнению с той жарой, что установилась здесь, ваш московский климат – это Арктика.

Говорят, что только в июле бывают такие знойные дни. Спасает то, что ветерок у моря и ночи прохладны.

Чувствую себя здесь хорошо тем не менее. Купаюсь, собираю камни, поглощаю множество дынь, слив и груш.

По-видимому, продлим здесь свое пребывание до 1 октября.

Пиши мне, целую тебя крепко.

Твой Вася.

Привет Ольге Сем〈еновне〉 и Ларе.

Ольга Мих〈айловна〉 просит тебе кланяться.

Я от жары и морского блаженства так разленился, что не работаю и даже не читаю. Но оказалось, что и так (не работая и не читая) живется нехудо.

12. IX

Получил сегодня твое письмо – рад был ему. Я и сам подумываю, что неплохо бы завести такую маленькую загородную обитель – приедем, поговорим об этом не торопясь. Сегодня денек полегче – не так жарко. Нервы стали лучше, спокойней. Пиши. Целую, Вася.

205

18 сентября [1952, Коктебель]

18 сент.

Дорогой папа, по-прежнему пребываю в блаженстве. Погода стоит замечательная, прелестная крымская осень. Вода теплая, купаюсь, много гуляю. Восхожу даже на горы. Компания здесь подобралась сейчас хорошая, и с этой стороны все обстоит благополучно.

Откладываем свой отъезд на 5 дней и поэтому приедем в Москву не 27-го, а 2 октября.

Поглощаю в большом количестве дыни и арбузы.

Получил милое письмо от Катюши, описывает в подробностях, какая строгая она учительница. Бытовые условия у нее не очень хороши – плохая комната[404].

Как ты живешь, как здоровье?

Сюда уж, пожалуй, писать не стоит, боюсь, что разминусь с твоим письмом. Не переутомляйся!

Целую тебя крепко.

Вася.

Ольга Мих〈айловна〉 шлет тебе привет.

Кланяйся Ольге Сем〈еновне〉 и Ларе.

206

[Март 1953, Ильинское]

Дорогой папа, пишу несколько слов, – живу на даче[405], чувствую себя хорошо – много гуляю, читаю. Тут очень пустынно, тихо, спокойно. Воздух свежий, чистый. Ночью среди высоких сосен видны звезды. Дом здесь теплый, сам топлю печь углем и дровами. Живет тут и мой любезный дачевладелец Семен Из〈раилевич〉 – мы с ним отлично хозяйничаем. Скажу откровенно, что супы у нас получаются получше того, которым ты меня угощал, зато такого жаркого, какое ты зажарил, мне пока еще не создать. Однако я не теряю надежды поднять свою кулинарную квалификацию.

Прошла уж неделя, как я живу на даче. Думаю побыть здесь еще, – так как мне спокойней и приятней жить здесь, да и для здоровья хорошо подышать воздухом. В дневные часы солнышко светит и греет чуток по-весеннему.

Надеюсь, что ты здоров, береги свое здоровье, не простуживайся, нервы береги!

Крепко тебя целую.

Вася.

Передай привет своим дамам.

207

18 марта 1953, [Ильинское]

Здравствуй, дорогой папа, получил ли мое первое письмецо?

Продолжаю свое дачное житье, оно мне так нравится, что жалко с ним расставаться. Думаю, что пробуду здесь до 25–26-го. Как только переберусь в город, позвоню тебе.

Пришла весна. Дни чудесные, солнце светит и греет, небо легкое, весеннее, в дневные часы с крыш со звоном и сверканием падают капли. Я давно уж мечтал встретить весну за городом, да из года в год мешали обстоятельства. Вот наконец в этом году удалось, правда при не самых благоприятных обстоятельствах. Но вот так случилось, что именно эти неблагоприятные обстоятельства помогли мне увидеть всю прелесть ранней весны, первых весенних дней.

Здоровье мое и хозяйство домашнее в порядке.

Как ты, дорогой мой?

Целую тебя крепко, Вася.

В конце месяца увидимся.

18 марта 53 г.

208

29 сентября [1953? Коктебель]

29. IX

Дорогой папа, вот уж 8 дней, как живем в Коктебеле. Погода установилась замечательная – мягкая, не жаркая. Я работаю понемногу, гуляю, купаюсь. В этом году фрукты запоздали, и поэтому мы застали персики и дыни – обычно их в это время уже не бывает.

Беда только, что дом не пустеет, набит до отказа, а я, как ты знаешь, не большой любитель грандиозного общества.

Здесь Габриловичи и Эйдлины[406], с которыми я встречаюсь. Твой рассказ «муцыку, хиба ж ты мене не узнав» пользуется большим успехом.

Ольга Михайловна чувствует себя здесь значительно лучше, сердце не болит. У меня тоже хорошее самочувствие, сплю хорошо.

Напиши о себе, как чувствуешь себя, как нога твоя, как устраиваются твои хозяйственные дела?

Странно подумать, что в Москве холодно, сыро, а я в это время купаюсь в теплом море.

Пиши! Береги себя!

Целую тебя крепко.

Вася.

Привет Ларисе.

Ольга Мих〈айловна〉 просит тебе кланяться.

209

22 октября [1953, Коктебель]

22. X

Дорогой папа, получил твое письмо – третье. Рад, что у вас все благополучно и что ты чувствуешь себя неплохо.

Ваша погода наконец докатилась и сюда, – последние 2 дня дожди, туманы. Но воздух по-прежнему теплый, а вода как парное молоко.

Ты пишешь, что Надя переселилась этажом выше. Я этому очень порадовался – ведь будет удобней и душевно легче и ей, и Кларе с семейством. А в смысле комфорта, мне