Под маской зла. Как профайлеры ФБР читают мысли самых жестоких серийных убийц - Марк Олшейкер

Стивен вспоминает, что Сюзанна всегда была чрезвычайно жизнерадостным ребенком. «Она всегда сияла и была в отличном настроении. Из-за работы отца родителям часто приходилось принимать гостей, и Сюзанна неизменно была звездой представления. Она обожала внимание и была всеобщей любимицей».

Этим словам есть немало подтверждений. У Джека и Труди сохранилось десять или двенадцать толстых альбомов с фотографиями, запечатлевшими детство и юность детей. Среди них нет ни единого снимка, на котором на лице Сюзанны отсутствовала бы ее сияющая улыбка.

Она с легкостью обзаводилась друзьями. Труди записала ее в скаутский отряд для девочек, и Сюзанна была очень довольна. Ей хотелось постоянно носить форму, она не могла понять, почему она нужна только для собраний.

Все, что занимало воображение Сюзанны, давалось ей легко, а к тому, что ей было не интересно, она относилась как к неприятной необходимости. Это касалось и учебы. Когда семья переехала из Салоник в Афины, Сюзанну и Стивена отправили в школу урсулинок.

В сентябре или октябре на второй год учебы одна из монахинь прислала родителям Сюзанны записку, сообщая, что девочке не дается таблица умножения. Вернувшись вечером с работы, Джек спросил дочь:

– Ты же умная девочка, так в чем же дело?

– Похоже, за лето у меня расплавились мозги, – ответила Сюзанна.

Джек изумился, но предложил учить таблицу умножения в игровой форме.

– Я начал натаскивать ее. Как только она попадалась мне на глаза, я командовал: «Восемью два!» или «Девятью шесть!», а она должна была дать правильный ответ. Мне казалось, Труди это раздражает, но с помощью игры Сюзанна без труда заучила таблицу. Ей всегда был необходим вызов.

Несмотря на отсутствие интереса к учебе у Сюзанны, языки легко давались обоим детям. Стивен учился говорить на английском, но с младенческих лет понимал арабский и французский. В колледже он продолжил учить французский и в совершенстве овладел им. В школе оба ребенка учили греческий, и учителя обращали внимание, насколько быстро и точно Сюзанна схватывает произношение и интонацию.

К моменту отъезда семьи из Греции Стивену исполнилось тринадцать, а Сюзанне – десять. Джек был рад вернуться домой. Последние два года его службы в Греции совпали с периодом политических волнений в стране, кипрским кризисом и его последствиями. Несколько американцев погибли, и Джеку не нравилась сложившаяся ситуация. Он боялся, что не сумеет защитить семью, и такая беспомощность его не радовала.

Вернувшись из Греции в 1976 году, семья Коллинзов отправилась в Мадисон, штат Висконсин, в рамках новой программы Министерства иностранных дел, согласно которой дипломаты должны были лично знакомиться с госуправлением ниже федерального уровня, чтобы лучше разбираться в системе местного самоуправления. Джека назначили помощником губернатора, а затем особым советником главы Департамента здравоохранения и социального обеспечения. Джек и Труди считали себя консерваторами и традиционалистами, и настороженно относились к тому, что окружало их в этом либеральном университетском городке. Особенно их беспокоили взгляды, которые дети приобретали в школе. Но Мадисон оказался живописным и очаровательным городком, и у родителей, и у детей появились здесь хорошие друзья, а впервые побывав в «Макдоналдсе», Сюзанна решила, что с Америкой все в порядке. Хорошенькая голубоглазая блондинка, она ничем не отличалась от коренных местных жителей шведского и немецкого происхождения. Казалось, она только что прибыла с одной из окрестных молочных ферм.

В то же время, выходцу с Ближнего Востока Стивену пришлось труднее. Одноклассники приняли его за мексиканца и немилосердно тиранили, хотя Стивен относился к этому стоически. И только в старших классах он признался родителям, каково ему пришлось в Висконсине. Они почувствовали себя виноватыми, что не заметили проблему и не помогли ему справиться с ней. Но благодаря этому Стивен понял, что обязан блистать в учебе и стал отличником. Он даже вступил в школьную футбольную команду, хотя был невысоким и коренастым, и ему часто доставалось от окружавших белокурых гигантов. Возможно, одним из подспудных результатов первых месяцев жизни, проведенных в ливанском сиротском приюте, стала убежденность Стивена в том, что ничто не дается даром и за все надо бороться.

Следующей их остановкой стал город Спрингфилд, расположенный неподалеку от Вашингтона. Семья переехала туда, когда Джек вернулся на работу в Госдепартамент. Сюзанне было уже двенадцать лет, а Стивену пятнадцать, и если какой-нибудь город они и считали родным, то это был именно Спрингфилд.

Джефф Фримен познакомился со Стивом Коллинзом летом, перед тем как оба пошли в десятый класс, и вскоре они стали лучшими друзьями. Вскоре Джефф подружился и с Сюзанной, которая запомнилась ему миленькой девчонкой-сорванцом, предпочитавшей общество старшего брата и его друзей. Кроме того, Джефф вспоминал, что даже когда Стиву что-то не нравилось, он всегда был очень тактичным и старался не обидеть ее.

Стивен остался отличником и в старших классах школы, но Сюзанна отнюдь не блистала в учебе. Школьные учителя и психологи говорили Джеку и Труди, что обоим детям, и в особенности Сюзанне, нужна более свободная жизнь. Но Джек и Труди считали, что с неспособностью или нежеланием сосредоточиться на учебе, Сюзанне прежде всего нужна строгая дисциплина. Они были растеряны и озадачены – казалось, что все традиционные порядки и правила таинственным образом исчезли за время их жизни за границей.

Главным аргументом Сюзанны в спорах с родителями стало «все в нашей школе это делают». «Этим» могло быть что угодно – например, макияж, самостоятельное хождение по торговому центру или поздние возвращения домой. Довод казался Труди не слишком убедительным, и между матерью и дочерью возникали конфликты. Труди всегда делала то, что считала лучшим для своих детей, даже если эти меры были непопулярными. Сюзанна же продолжала поступать по-своему, считая наказания неизбежной расплатой. Однажды она захотела переночевать у подруги, мать которой сожительствовала с приятелем. С точки зрения Джека и Труди, об этом и речи быть не могло. «Тогда у нас возникли реальные проблемы», – вспоминала Труди.

Кроме того, в старших классах женщина не разрешала дочери краситься, хотя это делали большинство ее одноклассниц. Сейчас Джефф Фримен владеет ремонтно-строительной компанией. Перед продажей дома Коллинзов в Спрингфилде в 1994 году он делал в нем большой ремонт. За трубой отопления в подвале он обнаружил тщательно завернутый пакетик. В нем лежали тени, губная помада и карандаш для глаз. Джефф вернул пакетик на место, а потом позвонил Стивену и рассказал о находке. «Это точно Сюзанна», – сказал Стив. Он помнил, какую изобретательность проявляла его сестра, чтобы обходить запреты матери. Консервативная Труди не позволяла дочери надевать джинсы в школу, и Сюзанна иногда