100 великих деятелей русской эмиграции - Полина Ребенина

переехал в Германию. Неприятие Вышеславцевым советской власти явилось причиной сотрудничества с нацистскими пропагандистскими органами и публикации в антикоммунистических сборниках. После войны, спасаясь от французского суда, он был вынужден перебраться в Швейцарию.

В 1950-х годах сотрудничал с Народно-трудовым союзом (НТС). НТС был основан 1 июня 1930 года в Белграде молодыми русскими эмигрантами, не смирившимися с поражением Белого движения. У истоков организации стояли Петр Петрович Столыпин (сын убитого в 1911 году председателя Совета министров), Борис Коверда, Роман Редлих. НТС провозгласил своей задачей не только сохранение русской культуры в изгнании, но и активную борьбу за свержение советского строя.

Умер религиозный мыслитель Б.П. Вышеславцев в Женеве 5 октября 1954 года от «старческого» туберкулеза.

Георгий Федотов

(1886–1951)

Георгий Петрович Федотов – это, пожалуй, самая крупная фигура постренессансной философии в России. Если ренессанс блистал в течение немногих лет, что протекли от смерти В. Соловьёва (1853–1890) до смерти В. Розанова (1856–1918), то постренессансная философия ещё и в 50-х годах нашего века была живой и плодотворной. Федотову не везло на признание в академических кругах. Его имя не встретим в истории русской философии ни у Н. Лосского, ни у Б. Яковенко, ни у В. Зеньковского

Родился в Саратове в семье управителя губернаторской канцелярии. С отличием окончил мужскую гимназию в Воронеже, куда переехали его родители. В 1904 году поступил в Петербургский технологический институт. После начала революции 1905 года в России вернулся в родной город, где включился в деятельность саратовской социал-демократической организации в качестве пропагандиста. В августе 1905 года впервые был арестован за участие в сходке агитаторов, затем отпущен из-за недостатка улик, после чего продолжил пропагандистскую деятельность. Весной 1906 года скрывался под именем Владимира Александровича Михайлова в Вольске. 11 июня 1906 года избран в Саратовский городской комитет РСДРП. 17 августа вновь арестован, заключён в тюрьму, но приговор был заменён высылкой за границу, и Федотов оказался в Германии.

Посещал лекции по истории в Берлинском университете до высылки из Пруссии в начале 1907 года, а затем занимался средневековой историей в Йенском университете. После возвращения в Россию осенью 1908 года восстановился на историко-филологическом факультете Петербургского университета, куда был зачислен по прошению, ещё до ареста и высылки в Германию. В Петербургском университете специализировался на истории Средних веков, сосредоточил свои занятия в семинаре известного медиевиста И.М. Гревса. Летом 1910 года вынужден был покинуть университет без сдачи экзаменов из-за угрозы ареста. В 1911 году по чужому паспорту выехал в Италию, где посетил Рим, Ассизи, Перуджу, Венецию, занимался в библиотеках Флоренции.

Вернувшись в Россию, Федотов в апреле 1912 года явился с повинной в жандармское управление и получил разрешение на сдачу экзаменов в Петербургском университете. После отбытия сокращённого срока ссылки в Карлсбаде близ Риги был оставлен при кафедре всеобщей истории Петербургского университета для подготовки магистерской диссертации. В 1916 году стал приват-доцентом университета и сотрудником Публичной библиотеки.

В 1918 году вместе с А.А. Мейером организовал религиозно-философский кружок «Воскресение» и публиковался в журнале этого кружка «Свободные голоса». В 1920–1922 годах преподавал историю Средних веков в Саратовском университете.

В 1922–1925 годах – научный сотрудник I разряда факультета общественных наук Петроградского университета. Опубликовал ряд исследований, посвящённых европейскому Средневековью: «Письма» Бл. Августина» (1911), «Боги подземелья» (1923), «Абеляр» (1924), «Феодальный быт в хронике Ламберта Ардского» (1925). Работа Федотова о Данте была запрещена советской цензурой.

В 1925 году Федотов получил разрешение поехать в Германию для изучения Средних веков. На Родину он не вернулся. Переехал во Францию, где с 1926 по 1940 год был профессором Свято-Сергиевского православного богословского института в Париже. Был близок к Н. Бердяеву и Е. Скобцовой (матери Марии). В центре историко-культурных исследований Федотова в эмиграции оказывается преимущественно духовная культура средневековой Руси, он публикует работы «Св. Филипп Митрополит Московский» (1928), «Святые Древней Руси» (1931), «Стихи духовные» (1935).

Г.П. Федотов

В 1931–1939 годах Федотов редактировал журнал «Новый град», в публикациях которого была предпринята попытка синтеза нового духовного идеала, объединяющего лучшие стороны социализма, либерализма и христианства. В 1939 году профессора богословского института предъявили Федотову ультиматум: или уйти из института, или перестать писать статьи на политические темы в газете «Новая Россия» и других печатных органах леволиберального направления. В защиту Федотова выступил Бердяев.

Вскоре после немецкой оккупации Франции в 1940 году Федотов уехал в США, где с 1941 по 1943 год жил в Нью-Хейвене, являясь приглашённым исследователем Богословской семинарии Йельского университета. С 1944 года – профессор Свято-Владимирской православной семинарии в штате Нью-Йорк. В США Федотов по-прежнему много сил отдавал публицистике. Имел тесные интеллектуальные и религиозные связи с Г. Флоровским, Г. Вернадским, Н. Зерновым, С. Пушкарёвым и другими историками и мыслителями русского зарубежья. Его статьи на злободневные историко-политические вопросы печатались в «Новом журнале». Среди них можно выделить большие статьи: «Рождение свободы» (1944), «Россия и свобода» (1945), «Судьба империй» (1947).

В статье «Рождение свободы» он писал: «Одно из двух: или мы остаемся на внешне убедительной, «естественно-научной», точке зрения и тогда приходим к пессимистическому выводу. Земля – жизнь – человек – культура – свобода – такие ничтожные вещи, о которых и говорить не стоит. Возникшие из случайной игры стихий на одной из пылинок мироздания, они обречены исчезнуть без следа в космической ночи.

Или мы должны перевернуть все масштабы оценок и исходить не из количеств, а из качеств. Тогда человек, его дух и его культура становятся венцом и целью мироздания. Все бесчисленные галаксии существуют для того, чтобы произвести это чудо – свободное и разумное телесное существо, предназначенное к царственному господству над Вселенной.

Остается неразрешенной – практически уже неважная – загадка значения малых величин: отчего почти все ценностно-великое совершается в материально-малом? Интереснейшая проблема для философа, но мы её можем оставить в стороне.

Свобода разделяет судьбу всего высокого и ценного в мире. Маленькая, политически раздробленная Греция дала миру науку, дала те формы мысли и художественного восприятия, которые даже при сознании их ограниченности до сих пор определяют миросозерцание сотен миллионов людей. Совсем уже крохотная Иудея дала миру величайшую или единственно истинную религию – не две, а одну, – которую исповедуют люди на всех континентах. Маленький остров за Ла-Маншем выработал систему политических учреждений, которая – будучи менее универсальной, чем христианство или наука, – тем не менее господствует в трех частях света, а ныне победоносно борется со своими смертельными врагами».

На английском языке он написал произведение «The Russian Religious Mind» («Русская религиозная мысль»), задуманное как исследование по истории русской духовной культуры с X по XX век. При поддержке Гуманитарного фонда, созданного Б.А. Бахметевым, Федотов написал первый том «Киевского христианства: