Брошенная жена Альфы.Открыла приют для его незаконных детей - Юлий Люцифер

Я ждала.

Кайр подошел ближе к столу.

Не к пластине.

К документу.

В нижнем углу стояло служебное обозначение:

«ВХ/14».

Я показала пальцем.

Он увидел.

Варен Холт.

Секретарь вернулся:

— Запрос действительно поступал утром из административного управления Серого Бора, но был остановлен из-за отсутствия полномочий заявителя. Решение не выдавалось.

— Кто заявитель?

— Варен Холт.

Я закрыла глаза на секунду.

Вот и все.

— Спасибо. Направьте, пожалуйста, письменное подтверждение и отметку о запрете перемещения Финна по этому запросу.

— Уже.

Я отключилась.

Дорен стоял у стола бледный.

— Я не знал.

— Верю.

Он удивился.

— Правда?

— Вы привезли бумагу, которая выглядит достаточно убедительно для человека, не проверяющего номер. Это не означает, что вы ее изготовили.

Кайр посмотрел на меня.

Я знала этот взгляд.

Не сейчас.

— Кто передал вам распоряжение? — спросила я.

— Начальник смены. Сказал, поступило срочное указание из администрации.

— Имя?

Он назвал.

Я записала.

— Варен напрямую с вами не связывался?

— Нет.

— Кто сказал, что Финн должен подписывать документы?

— Это было в сопроводительной записке.

— Покажите.

Дорен достал второй лист.

На нем перечислялись якобы необходимые действия:

проверка личности;

подтверждение наследственных прав;

актуализация управления землей;

подписание согласия на временную передачу полномочий.

Я перечитала последнее.

— Вот зачем он нужен был лично.

Кайр наконец заговорил:

— Варен хотел получить новую подпись ребенка на управление активами.

Дорен нахмурился.

— Несовершеннолетний не может передать полномочия самостоятельно.

— Именно, — сказала я. — Но старая бумага с его подписью уже существовала. Возможно, кто-то хотел создать еще одну, чтобы потом ссылаться на подтверждение.

Я вспомнила рассказ Финна.

Три листа.

Угроза городским приютом.

Нужно найти те документы.

Сегодня.

— Господин Кайс, ваши люди остаются здесь до приезда представителя Совета. Не как задержанные. Как свидетели передачи документа.

Он кивнул.

— Понимаю.

— Финна вы не трогаете.

— Конечно.

В его голосе теперь было больше злости на собственное управление, чем на меня.

Хорошо.

Я вызвала Лиссу.

Потом Иллара.

Через двадцать минут в доме снова стало слишком много официальных людей.

Дети ненавидели такие дни.

Я тоже.

Но на этот раз преимущество было в том, что все происходило открыто.

Документ зафиксировали.

Сопроводительную записку забрали.

Дорен дал показания.

Совет официально запретил любые действия Варена с детьми и их активами.

Его уже отстранили.

Теперь ограничение стало полным.

Когда все закончилось, я пошла к Финну.

Он сидел на полу в своей комнате.

Перед ним лежал разобранный замок.

Не трогал.

Просто смотрел.

— Они уехали, — сказала я.

— Знаю.

— Никто тебя не забирает.

— Знаю.

Я села на стул.

Финн долго молчал.

— Я подписал тогда.

— Ты говорил.

— Может, из-за меня земля теперь у них.

— Нет.

Он поднял глаза.

— Вы не знаете.

— Я знаю достаточно. Семилетний ребенок не несет ответственность за договор, который взрослый заставил подписать угрозой.

— Но подпись моя.

— Это ничего не меняет.

— Взрослые всегда говорят, что подпись важная.

Я выдохнула.

— Подпись важна, если человек понимает, что подписывает, имеет право это делать и выбирает сам.

Финн нахмурился.

— Тогда моя не важная?

— Для доказательства того, что ты согласился, нет.

— А для доказательства, что Варен заставил?

Я улыбнулась.

— Вот для этого может быть очень важной.

Он немного подумал.

— Хорошо.

— Ты помнишь, где подписывал?

— В большом доме возле реестра.

— Комнату?

— На втором этаже. Окно на рынок.

— Мужчину с золотой цепочкой?

— Да.

— Если покажут изображения, узнаешь?

Финн сразу стал настороженным.

— Мне надо ехать туда?

— Нет. Можно пригласить человека сюда. Или показать бумаги.

Он расслабился.

— Тогда да.

Я встала.

— И замок собери.

— Сейчас.

У двери он спросил:

— Эйлин.

— Да?

— Вы правда проверяете все бумаги?

— Стараюсь.

— Даже если взрослый с печатью?

— Особенно если хочет забрать ребенка.

Финн кивнул с таким выражением, будто это правило достойно запоминания.

Я спустилась.

Кайр ждал в саду.

Не уехал.

Я увидела его через окно и вдруг поняла, насколько устала.

Не физически.

От постоянной необходимости быть собранной.

Разумной.

Готовой.

Все время следить, чтобы никто не решил за детей что-то еще.

Я вышла.

Кайр стоял возле рябины, где мы однажды уже сидели.

— Финн?

— Лучше.

— Ты?

Я усмехнулась.

— Хуже.

— Можно что-то сделать?

Я собиралась сказать нет.

Уже открыла рот.

Потом закрыла.

—