Брошенная жена Альфы.Открыла приют для его незаконных детей - Юлий Люцифер

Она подняла взгляд.

— Что бабушка приедет в воскресенье в два, если я не передумаю.

— И?

— Ничего.

Финн фыркнул.

— Там еще есть.

Несса прижала записку к груди.

— Ты читал?

— Ты читала вслух Лее.

— Это не тебе.

— Я сидел рядом.

— Значит, мог не слушать.

— Уши нельзя выключить.

Я посмотрела на мальчика.

— У оборотней действительно хорошая отговорка.

Он серьезно кивнул.

— Очень.

Несса закатила глаза и снова открыла лист.

— Он написал, что бабушка собиралась привезти семь пирогов, но он разрешил только два.

Я рассмеялась.

— Похоже, он выполняет обещание не радоваться слишком громко.

— А потом написал, что сам не отвечает за количество подарков.

— Предупреждает заранее.

— Я не хочу подарков.

— Тогда скажи.

Несса посмотрела на меня.

— Она расстроится.

— Возможно.

— Вы все время говорите «возможно».

— Потому что не умею читать мысли Алвы Торрен.

— Кайр умеет?

— Сомневаюсь.

Несса улыбнулась.

Имя Кайра уже не делало ее напряженной.

Не до конца.

Она по-прежнему следила за каждым изменением договоренностей и несколько раз спрашивала, не появилось ли нового заявления по опеке.

Но фотографии Элары теперь лежали в ее комнате на столе, а не были убраны в коробку.

Вчера перед сном я видела, как Несса показывала Лее снимок матери у реки.

Маленькое движение.

Но настоящее.

Я налила себе чай.

— Сегодня после уроков приедет представитель опеки.

Финн сразу перестал объяснять Тому устройство яйца.

— За мной?

— Нет.

Он посмотрел недоверчиво.

— Точно?

— Точно.

— А зачем?

— У них появились первые сведения по настоящим родственникам.

За столом стало тихо.

Даже Том понял, что тема важная.

Лея положила кота на колени.

— Чьим?

Я посмотрела на нее.

— Твоим и Финна.

Девочка побледнела.

Я сразу продолжила:

— Никто сегодня никуда не уезжает. Это только сведения. Сначала взрослые проверят, кто эти люди, потом вы сами познакомитесь, если захотите.

Лея прижала кота чуть сильнее.

— Кто у меня?

— Женщина по имени Сая Ренн. По старым записям она сестра твоей матери.

— Тетя?

— Возможно, тетя.

— Она знала про меня?

— Пока не знаю.

Это было почти невыносимо.

Каждый новый ответ требовал следующего вопроса.

Но я не хотела давать детям удобную красивую версию только для того, чтобы завтрак прошел спокойнее.

Финн спросил:

— А у меня?

— Мужчина по имени Мерон Даль. Дальний родственник твоего отца. Он несколько лет назад подавал запросы о наследнике семьи после смерти твоих родителей.

— И?

— Получал ответ, что наследников нет.

Финн нахмурился.

— Но я есть.

— Именно.

Он отложил ложку.

— Варен сказал ему, что меня нет?

— Пока мы не знаем, кто отвечал на запросы.

— Но документы были у Варена.

— Да.

— Значит, скорее всего он.

Я посмотрела на мальчика.

— Хорошее предположение. Но пока именно предположение.

Он недовольно вздохнул.

— Вы с Кайром одинаковые.

Я едва не подавилась чаем.

Несса сразу подняла голову.

— В чем?

— Они оба все проверяют.

— Не во всем одинаковые.

Я услышала собственный голос.

Слишком быстро.

За столом наступила подозрительная тишина.

Несса медленно улыбнулась.

Я посмотрела на нее.

— Даже не начинай.

— Я ничего.

— У тебя лицо.

— У меня всегда лицо.

Вот теперь Том засмеялся.

Я прикрыла глаза.

Жизнь в приюте иногда была очень жестокой.

После завтрака я ушла в кабинет и первым делом написала Кайру.

Не по делу.

Это по-прежнему ощущалось непривычно.

«У тебя есть время вечером?»

Ответ пришел почти сразу.

«Да».

Через минуту второй:

«И если это не про крышу, я буду особенно рад».

Я улыбнулась.

Потом написала:

«Не про крышу».

Третье сообщение:

«Тогда даже заседание Совета не испортит мне день».

Я не стала отвечать.

Не потому, что хотела играть.

Просто мне нравилось оставить эту маленькую радость до вечера.

Совет прислал официальную сводку ближе к полудню.

Из шести новых детей Варена двое действительно находились под надежной семейной опекой и никогда не попадали в его руки. По ним дело ограничивалось проверкой того, как их имена вообще оказались в списке.

Еще двое жили в государственных учреждениях.

Одного уже забрали родственники несколько месяцев назад.

По последнему шла проверка.

Я прочитала.

Закрыла.

Не стала дальше сама искать адреса.

Это по-прежнему требовало усилия.

Но меньше, чем несколько дней назад.

Я училась.

В двенадцать приехала Лисса.

Она вошла в кабинет с большой папкой и первым делом посмотрела на мой стол.

— Где список шестерых?

— В шкафу.

— Ты его не разбираешь сама?

— Нет.

Она