Остывший пепел прорастает цветами вишни - Александр Петрович Нетылев

— Мужчина, семнадцать лет, благородных кровей, не воин, — вынес вердикт он.

Он огляделся, сопоставляя возможные варианты.

И приказал:

— Вы трое — пройдите вниз по набережной и поищите труп в канале. Как найдете, возьмите багры и вытащите его. Ты и ты — разыщите мне нищих, которые обычно побираются в этом районе. Выполнять!

Когда Король Демонов говорил «выполнять», — люди выполняли.

Мао Ичэнь не знал в лицо Жу Юя, да и смерть от утопления не принадлежала к числу самых «чистых». Тем не менее, остатки изящных одеяний и именная бирка позволяли сделать вывод о личности умершего. Судя по характеру ран и следам крови, убийца проломил ему череп и сбросил в канал.

Жу Юй был лишь побочной жертвой.

Двое нищих, которых привели полицейские, ничего не видели, ничего не знали и ничего не помнили. Ни соблазнительный блеск серебра, ни не столь соблазнительный лязг железа не излечивали их память. Хотя пара наводящих вопросов позволила понять, что по крайней мере один из них был на набережной во время нападения на молодого господина Жу, но очевидно было, что убийцы тот боялся сильнее, чем Ведомства.

— Заприте обоих, — приказал Ичэнь, — Пусть освежат их память.

Впрочем, дожидаться показаний нищих он не стал. Их показания могли пригодиться, когда настанет время предъявлять обвинение, но сейчас отказ говорить сказал ему больше, чем возможный ответ.

Лис знал, чего обычно боятся смертные.

К счастью, прошедший два дня назад дождь размочил землю, и стоило отойти немного от выложенной камнем мостовой, как искомые следы стали хорошо заметны. Не прошло и десяти минут, как Ичэнь отыскал след колеса, слишком глубокий для крестьянской телеги.

— Карета благородной семьи, — озвучил он, — В ней её и увезли.

Он сделал вид, что не заметил, какими взглядами обменялись полицейские при этих словах.

— За мной.

Квартал, куда привел его след, принадлежал к числу наиболее престижных и дорогих в столице, — и это чувствовалось. Здесь практически не было жавшихся друг к другу домов: поместья с прилегающими к ним участками располагались редкой цепью, и даже самые бедные из них не менее чем в четыре раза превосходили размером его участок в пригороде.

«Но не мои дворцы в Царстве Яростных Духов», — недовольно подумал Король Демонов.

Улицы здесь были вымощены камнем, и след кареты терялся. Да и если бы нет, — как раз для благородных семей карета была транспортом, уступающим в популярности лишь паланкину.

Мао Ичэнь огляделся. Сразу три таблички над воротами поместий содержали знакомые ему фамилии: здесь были поместья семей Чжань, Фань и Тун. Еще одиннадцать принадлежали семьям, не представленным среди шестерки министров, — но несомненно, тоже чем-нибудь знаменитым.

Ичэнь запомнил их все.

В одном из этих поместий и скрывался убийца.

Подойдя к воротам с табличкой семьи Фань, Король Демонов продемонстрировал привратнику свою чиновничью бирку.

— Ведомство Исполнения Наказаний. Нам необходимо обыскать поместье.

Привратник, высокий и хорошо откормленный мужчина в одеждах слуги, поклонился с показной вежливостью, — но что-то во взгляде и позе выдавало, что уважения к «голубому халату» он не испытывает.

— Не переходите границы, господин чиновник. Вы знаете не хуже меня, что поместье благородной семьи не может подвергаться обыску без прямого указа Его Величества.

Ичэнь чувствовал, что боевой дух его воинства низок, и в случае прямого конфликта сражаться придется фактически в одиночестве. Не сказать чтобы Короля Демонов это пугало, но он полагал, что это может привлечь ненужное внимание.

— Вы не боитесь последствий? — спросил он вместо этого, — Если Его Величеству потребуется издавать указ об обыске поместья вашего господина, не будет ли это в глазах высшего света выглядеть так, будто Его Величество уже подозревает его в укрывательстве убийцы? Если из-за ваших действий репутация вашего господина пострадает, вы возьмете на себя ответственность?

К сожалению, его красноречие пропало втуне. Привратник был исполнителен, и к аргументам не прислушивался.

— Сожалею, господин чиновник, но закон един для всех. Даже для Ведомства Исполнения Наказаний. Без приглашения моего господина или указа Его Величества я не пропущу вас на территорию поместья.

— В таком случае, быть может, вы сообщите о моем появлении своему господину? — предложил Ичэнь, — Полагаю, что он примет мои слова серьезнее, чем вы.

— К сожалению, это невозможно, — развел руками привратник, — Господин Фань находится во дворце и вернется лишь поздним вечером. Если вы желаете встретиться с ним, вам следует прийти после этого.

Он покосился на полицейских.

— И без вооруженных людей. Появление в таком обществе в поместье министра может вызвать… ненужные вопросы к вам.

Разочарованный, Мао Ичэнь отошел. Полицейские столпились вокруг него, вызвав безотчетную ассоциацию с нерадивыми учениками, ждущими, когда мудрый наставник объяснит им, что делать.

И наставник объяснил.

— Ты. Возьми эти деньги, иди в стекольную лавку и купи мне… четырнадцать пустых бутылок. Лучше небольших. Остальные — рассыпаться по окрестностям и опросить прохожих, не видел ли кто вчера ночью, как из кареты вытаскивали сопротивляющуюся девушку. Выполнять!

Глава 23. Бог войны приносит жертвы

Странно было, вернувшись домой, увидеть свет в окнах и разожженный очаг. Хоть и недолго пробыл Король Демонов в Земном Царстве, без слуг и подданных, но успел он уже привыкнуть, что место, куда он возвращается поспать и оставить на хранение вещи, по-прежнему мало отличается от заброшенных домов, каких в пригороде становилось все больше в преддверие войны. В этом плане робкий огонек свечи на окне казался почти что открытым вызовом устоявшемуся порядку.

Впрочем, еще большим вызовом казалась чашка горячего чая, которую Инь Аосянь поставила перед ним, когда переступив порог, он уселся за стол. Принюхавшись и не обнаружив признаков яда, Мао Ичэнь поинтересовался:

— Неужели опять приходил кто-то из старых знакомых?

В ответ Фея-Бабочка гордо вздернула нос и не говоря ни слова, развернулась и вышла из комнаты. Что она имела в виду, Король Демонов так и не понял.

Или по крайней мере, сказал себе, что не понял.

Чай у неё, к слову, получался неожиданно вкусным. Ичэнь понятия не имел, как нужно было по-особому заварить чай, чтобы он отличался от просто обычного чая, — учитывая, что каких-либо редких сортов у него в доме не было, и по идее, ингредиенты были самыми обыкновенными. Но каким-то образом Фее-Бабочке это удавалось.

Секреты Небесного Царства, не иначе.

Впрочем, полностью отдаваться наслаждению вкусом чая Ичэнь не собирался. Ему совсем не хотелось запутаться и что-то упустить из-за того, что какие-то детали поблекли в памяти. Поэтому, одной рукой