Тринадцать поэтов. Портреты и публикации - Василий Элинархович Молодяков

внес редакционные исправления[1]. Из последующих писем отца видно, что А. А. Фет сообщал свои замечания отцу, иногда отец в ответном письме приводил доводы в защиту своей редакции. К сожалению, большинство писем Фета к отцу не сохранились. Последнее из хранящихся в Ленинской библиотеке писем отца к Фету датировано 18. IV–1891 г., а первое из сохранившихся в архиве отца письмо А. А. Фета от 6. XII. –1891 г. Эти письма, как я уже писал Вам, теперь также находятся в Отделе рукописей Библиотеки им. В. И. Ленина.

Просматривая в Библиотеке им. В. И. Ленина периодические издания, упоминаемые в переписке отца, а также с которыми были связаны его корреспонденты, я нашел еще несколько оригинальных и переводных стихотворений отца, которые не вошли в мой сборник, в частности перевод с польского поэмы Словацкого «В Швейцарии», а в отношении некоторых установил более раннюю дату их первой публикации.

Поэтому мне представилось необходимым, когда я закончу просмотр указанных периодических изданий (на это потребуется еще недели три – месяц), все вновь найденные оригинальные поэтические произведения отца приобщить в виде приложения к составленному мною в прошлом году сборнику или включить в составляемый в настоящее время сборник переводов поэтических произведений, а также внести дополнительные примечания во все три сборника.

Если Вы не возражаете, экземпляры сборников – составленного П. П. Перцовым в 1939 г. и мною в 1972 г. – я вышлю Вам по завершении этой работы. Сборник переводов отца, как я уже писал Вам, я надеюсь закончить в этом году и сразу же машинописный экземпляр его выслать Вашему отделу[2].

Ваш Отдел, персонально К. Д. Муратова[3] и Вы, проявили большое внимание и чуткость к моим просьбам, я чрезвычайно благодарен Вам. Не сочтите меня чрезмерно назойливым, если я обращусь к Вам еще с одной просьбой.

Учитывая большое значение переписки автора, чтобы отыскать все – опубликованные, а особенно неопубликованные – его произведения, а также отсутствие сколько-нибудь значительного личного архива отца, мне необходимо максимально использовать государственные фонды хранения. Просьба моя к Вам: сообщить, нет ли в фондах Вашего Отдела еще каких-нибудь писем или произведений моего отца Д. П. Шестакова. Меня интересует, в частности, вопрос о переведенных отцом произведениях Вергилия «Буколики» и «Георгики». В письме от 21 января 1912 г. отец сообщил М. В. Сабашникову: «Почти готов перевод “Буколик” и “Георгик” Вергилия». В записной книжке отца имеется помета: «18/Х–33 г. “Буколики” и “Георгики” Вергилия. Перевод с латинского размером подлинника с введением переводчика». Рукописи этого перевода в бумагах отца после его смерти не обнаружено; где этот перевод, неизвестно[2].

Прошу также сообщить, в каком виде лучше послать мне Вашему Отделу машинописные экземпляры трех неопубликованных сборников поэтических произведений моего отца – в переплете (тогда я отдам их переплести) сброшюрованными или отдельными листами (формат 15 см на 20 см).

Уважающий Вас

П. Шестаков

Машинопись (копия), подпись – автограф. Марфа Ивановна Малова (1907–1978) работала в Рукописном отделе с 1934 г.

1. Пометы Фета воспроизведены в примечаниях к Шестаков–2014; в приложении опубликованы его письма к Шестакову, из писем Шестакова к Фету приведены только фрагменты.

2. Согласно указаниям П. Д. Шестакова в экземплярах машинописного собрания стихотворений и переводов отца из архива Долгополова, первые три тома переданы в Рукописный отдел ИРЛИ в 1975 г., переводы – в 1976 г. Однако в опубликованных обзорах новых поступлений Рукописного отдела за 1970-е годы из материалов Шестакова указаны лишь: 1) Стихотворения (10), рукопись и машинопись с правкой (1913–1928 гг.) (Ежегодник Рукописного отдела Пушкинского Дома на 1976 год. Л., 1978. С. 129); 2) машинописный сборник «Переводы в стихах» (1976) (Ежегодник… на 1978 год. Л., 1980. С. 87).

3. Ксения Дмитриевна Муратова (1904–1998) заведовала Рукописным отделом в 1970–1978 гг.

4. См. примеч. 1 к п. 5.

18.

18 октября 1973

Многоуважаемый Леонид Константинович!

Могу Вас успокоить: никаких противоправных действий для того, чтобы подарить Вам сборник 1900 г., даритель не совершал. Можете владеть им (сиречь: сборником) совершенно спокойно.

Очень жаль, что Вы так плохо переносите переломы погоды. Мое сердце, увы, так же плохо реагирует на осень: уже несколько лет подряд октябрь-ноябрь отправляли меня в больницу. Но ведь какая разница в возрасте у нас: Вы же совсем молодой человек! Вам надо обязательно всеми возможными мерами избавиться от мучающих Вас головных болей.

Какие меры можно предпринять? Получили ли Вы врачебную рекомендацию о желательности перемены климата – на более континентальный, чем ленинградский? О возможностях получения работы в ИМЛИ я попытаюсь что-нибудь выяснить, но личное обращение мое к М. Б. Храпченко вряд ли может принести какую-либо пользу. Ведь со времени, когда я работал под его руководством, прошло более 25 лет[1], и в эти годы были только случайные встречи в автобусе или троллейбусе, да и их что-то не было уже много лет. Так что Вы правы: это – «грезы одни».

Надо подумать о более реальных мерах.

Если что-нибудь прояснится, сообщу.

Кстати о погоде. И у нас в Москве в последнее время погода не ахти какая: всё было – и холод, и дождь, и снег, перепады в температуре в течение суток более 10 <и> до 15 градусов. Вот Вам и умеренный континентальный!..

Теперь о результатах моих занятий в Отделе рукописей Ленинской библиотеки и о намеченной Вами статье «Из истории русской поэзии 1880–1890 годов»[2]. У меня у самого была мысль предложить Вам переписку отца с А. А. Фетом как материал для такого рода статьи.

К сожалению, корреспондирующих писем не сохранилось. (Последнее письмо моего отца к Фету из хранящихся в фонде Фета в Ленинской библиотеке (Отдел рукописей) 14 писем датировано 18/IV–1891 г., а первое письмо Фета к отцу из переданных мною в дар Ленинской библиотеке 3 писем Фета – 6/XII. –1891 г.). Ответом на письмо отца от 6/ II–1889 г. можно считать только печатный экземпляр стихотворения «На пятидесятилетие моей музы» с собственноручной надписью А. А. Фета. Но письма отца дают ясное представление о всей переписке.

В первом письме от 30/XI–1888 г. студент 2-го курса филологического факультета Казанского университета (ему только что исполнилось 19 лет) обращается к одному из любимейших им поэтов с просьбой прочесть прилагаемые к письму 6 стихотворений и сказать, стоит ли их автору писать стихи.

На это письмо Фет ответил 6/XII–1888 г. (т. е. немедленно), хотя обратился к нему неизвестный ему, молодой человек. 12/XII–1888 г. отец (точнее: отец мой в будущем) пишет Фету: «Как, какими словами выразить мне ту глубочайшую благодарность, какою я обязан Вам за Ваш столь же скорый, сколько и обязательный ответ на мое письмо? Как передать радость, охватившую меня при чтении Вашего лестного отзыва