Бесстрашные и отважные. От Балаклеи до Сватово - Михаил Иванович Федоров

– Вот они пошли в атаку. Ты как бы со стороны наблюдаешь…

– С неба…

– То есть они не на тебя шли…

– Но я недалеко находился. Можно сказать, и на меня шли.

– Тебя могли схватить.

– На этот случай граната всегда была с собой…

– И какого числа этот первый бой?

Кожухов:

– 20 октября 2022 года я получил боевое задание. 24-го я получил ранение в спину. Атака 24-го была. И 29 октября я вышел с позиции на отдых.

– Пять дней со своей «птичкой»…

– Да, обкалывался обезболивающими… Работал…

– И получал… Там блиндажи «раскрывали»… Твой блиндаж…

– Был прилет, когда меня контузило. Когда увидел, у меня время остановилось, и пять минут там… В жизни это секунды, а у меня в голове как: я видел, как бревна подлетают, как вспышка вот эта яркая, как мы просто после прямого попадания перебежали в соседний блиндаж к ребятам, там сидели…

– Когда это произошло?

– 26 октября…

– За эти дни, помимо спины, еще попадание в блиндаж…

– Да, средняя контузия была…

– А подожди, ты же командиру должен доложить…

– Я сам себе командир был на этом участке…

– А те две группы, которые ты разбросал. У них как?

– Да не очень. Получилось, я всю технику забирал…

– Кошмарил хохлов…

– Что ж, надо…

– Ты командир отделения БПЛА.

Кожухов:

– Правильнее сказать, расчета БПЛА.

– А ты кому подчинялся, кто выше тебя был?

– На позиции выше меня никого не было. Я сам себе командир.

– Ладно, кто тебя послал на позицию?

– Командир роты. Была штурмовая рота, и я в ней – расчет БПЛА. Я присоединился к своей роте. Приехал на позицию. Ребята рады были, что я приехал. Я ведь изначально посмотрел, сказал, что очень плохая позиция. Сказал, где какие сектора определить. Где копать, где блиндаж сделать, где пулеметные расчеты.

– Подправил…

– А 27-го числа потом пошла дальше атака. Первую-то я забирал (в смысле – с ней работал). Опять я убежал вниз к командному пункту. Забрал. Сжег еще две БМП.

– А как сжег?

– Они ехали, я точно так же с артиллерией связался.

– Я как-то писал про одного спецназовца. Он очень переживал, когда артиллерия мазала… А у тебя артиллеристы. Я же понимаю, всякие бывают…

Сергей:

– Я бы не сказал, что они хорошие, плохие, но когда на них рявкаешь и командным голосом говоришь, сразу правильные команды, координаты…

– Где-то подправляешь…

– Да. В тот момент не только две единицы техники, но я увидел в пяти километрах от себя, где вторая часть роты стояла, там участок держала, перед ними большое количество техники скапливается. И туда приказал ударить двумя пакетами «Града». Стрельнуть. Двое суток потом там все горело. И я не знал, что я там уничтожил, и на свой счет не записываю, скажем так. Какую технику и личный состав. Но ребята потом… Я же уехал в подразделение лечиться, капаться, контузия там. А ребята потом через четыре дня приехали, ну уточнили, типа кто туда долбанул. Говорю: «Я». Они: «Жизнь нам спас. Там готовился прорыв брони. Мы бы не устояли».

Кожухов (слева) с бойцами

– А там что ты видел? Скопление техники… БМП, танк…

Кожухов:

– Я не видел конкретно технику, потому что от меня большая удаленность была. Я на полкилометра «птицу» поднял, более-менее ясная была погода, и с высоты в полкилометра увидел, что на солнце там немножко бликует металл. Видел, что какие-то маленькие силуэты ходят.

– Понял, что что-то есть, и навел.

– Это как раз, когда хохлы счастливые, вот Купянск взяли и перли, а я их… Вот мы и остановили. В частности, я и мое подразделение. Потому что когда я приехал после лечения, меня вообще все подразделение встречало, на руках качали. Я, правда, не понял почему. Сказали, по телевизору сказали: «Вот, на сватовском направлении дали жару…»

4

Бой в Новоселовке. За все время ни одной «птички» не потерял

– Вот 29 октября тебя отвезли…

– Я недельку полежал, отдохнул.

– А где?

– В подразделении…

– Я-то подумал, в госпитале.

– Нет, в подразделении. Я там откапался: каждый день укол обезболивающий, по три укола в день. Как бы и нормально. Сейчас не помню, какое число было, 5-е или 6-е, я уже на бессрочное боевое задание уехал.

– 5, 6 ноября?

– Да.

– А что значит бессрочное?

Сергей Кожухов:

– Без ротации. То есть я постоянно там. Находился недалеко от передка. Я в Сватово занял дом свободный. Устроил там минибазу, где у меня оборудование лежало и так далее. Меня повысили до командира взвода БПЛА после первого боевого задания. Поэтому я уже там был с личным составом. У меня было четыре расчета. Вот я там, скажем так, постоянно выезжал на передок. Уже непосредственно каждый день от Сватово. То есть там 20 минут езды, грубо говоря, через «дорогу смерти».

– А что это за дорога?

Сергей:

– Шла в свое время там дорога, мы ее потом взорвали. Потому что на ней много нашей техники подрывали. И из личного состава – там снайпера сидели. И артиллерия ее просматривала. Много нашей сожженной техники. То есть доехать до Новоселовки от блок-поста. Это самая прямая дорога, грубо говоря, если по ней минут 5–8 нестись, то ты быстро доезжаешь. Но как бы потом нам стало невыносимо в объезд ездить – объезд два часа, долгий…

– «Дорога смерти» на виду…

– Да-да.

– А взорвали зачем?

– Чтобы по ней никто из нашей техники не ездил. Некоторые генералы говорят типа: ездите. А мы взорвали, чтобы там невозможно было проехать…

Пришлось ехать в объезд, зато безопаснее.

– И вот ты туда мотался…

– Конечно. На передке был в самой гуще событий. Почему я ездил один, потому что своих бойцов распределял по точкам, но не говорил: вот на эту позицию конкретно. Потому что говорил: «Ребята, вот направление, и точку безопасную выберете. И оттуда отработаете».

Мы говорили.

Кожухов:

– Потом где-то 10 ноября (2022 год) я поехал на разведку в Куземовку, это прямо под Новоселовкой. Хотел новые маршруты посмотреть, как обстановка, и услышал, что сильный идет стрелковый бой. А там в Новоселовку у нас группа заходила, и она, похоже, попала. Ее «Кракен» душил. Меня на телевидение по этой истории приглашали на «Звезду». Ну я «птичку» поднял, увидел, что идет как бы сильный бой. И не в нашу пользу по численности. Там был перевес раза в четыре. Машину отпустил, потом за мной приедет. У меня была с собой рация, но