Машина творения: Новые организмы, редактирование генома и лабораторные гамбургеры - Эми Уэбб

по поводу безопасности. Если бы этой группе в «Асиломаре», тщательно отобранной из представителей разных дисциплин, удалось открыто обменяться мнениями и прийти к консенсусу, ученые продемонстрировали бы способность уравновешивать свои научные интересы добровольным самоограничением.

Именно поэтому в «Асиломар» были приглашены более десятка корреспондентов – из The New York Times, The Wall Street Journal, Canadian Broadcasting Corporation, Frankfurter Allgemeine и даже Rolling Stone{450}. Предполагалось, что журналисты опишут все обсуждения, а не только итоги конференции. Тогда все споры, полемика и перебранки между учеными будут отражены в репортажах, которые прочтут политики и обычные люди. Ученые, которые в большинстве случаев работают в лабораториях за закрытыми дверями, публикуют сложные для понимания научные труды и вообще избегают внимания общественности, опасались, что открытые прения вновь поднимут вопрос об общественном контроле над биотехнологиями. Тем не менее Берг и его коллеги надеялись на другой результат. Имея более полное представление о том, что такое рДНК, и зная, что ученые прилагают все усилия для предотвращения наихудшего развития событий, люди будут доверять и ученым, и науке.

Организаторы оказались правы. Участники пришли к единому мнению и согласовали ряд ограничений и протоколов обеспечения безопасности, которые нужно было ввести до возобновления исследований в области рДНК. Вскоре после этого были опубликованы официальные главные принципы. Со своей стороны, Rolling Stone опубликовал обширный рассказ от первого лица о том, как ученые в «Асиломаре» обсуждали вопросы генетики. В одном и том же номере тогда напечатали статьи о Стиви Уандере и о Джеймсе Уотсоне. Обложку украшал психоделический рисунок в стиле семидесятых: Уандер в темных очках с разноцветными абстрактными бликами, в наушниках, лохматой коричневой шубе, с бусами на шее и в громадной разноцветной кепке. На одном из разворотов была сделанная во время перерыва на кофе черно-белая фотография неуклюжего Уотсона в помятом свитере. Он слушал другого участника (свитер на котором был помят чуть меньше){451}. Особенно важно, что за последние 40 лет технология рДНК обеспечила колоссальный научный прогресс, не вызывая негативных последствий для общественного здравоохранения и, что самое удивительное, не провоцируя – до совсем недавнего времени – дезинформационных эпидемий. Ученые заслужили доверие общественности, доказав, что они могут анализировать риски, приходить к общей позиции и самостоятельно управлять своей работой. В «Асиломаре» началась новая эра для науки – эра прозрачности и публичного правопорядка.

Учитывая эксперименты Хэ Цзянькуя с CRISPR, распространение дезинформации о мРНК-вакцинах и перспективы создания химер человека, неудивительно, что звучат призывы созвать в «Асиломаре» новую группу представителей заинтересованных сторон и обсудить риски и преимущества, связанные с синтетической биологией{452}. Но в 2022 г. мир отличается от того, каким он был в 1975-м. Сегодня существует множество биотехнологий, позволяющих коренным образом изменить жизнь, а достижения в таких областях, как искусственный интеллект, инфраструктура компьютерных сетей, беспроводные технологии 5G и 6G, обеспечивают научно-исследовательскую деятельность, инновации и постоянный приток новых коммерческих продуктов. Было бы ошибкой проводить конференцию, посвященную последствиям CRISPR, без обсуждения рисков и преимуществ, связанных с глубокими нейронными сетями ИИ. Сформировать единое мнение по всему множеству технологий, представляющих синтетическую биологию, будет очень сложно. Кроме того, на данном этапе не вполне ясен патентный ландшафт, и в судах все еще ведутся юридические баталии. Некоторые ученые, которых можно было бы пригласить для выработки единой позиции относительно будущего синтетической биологии, в эти дни судятся друг с другом.

Технология существенно продвинулась вперед, но и глобальные амбиции – и сложности – у стран, занимающих в ее развитии лидирующее место, тоже выросли. Россия больше не участвует в коллективной работе в области биотехнологий. Китай отдает предпочтение синтетической биологии, стремясь к мировой гегемонии в науке и технике. Смена администраций в Белом доме не дает возможности правительству США выработать согласованный курс в научно-технической политике. Кроме того, финансированием исследований сейчас занимается гораздо больше инвесторов. Медико-биологические разработки – один из крупнейших и наиболее привлекательных секторов для венчурных фирм, хедж-фондов и прямых инвестиций. Чтобы провести «Асиломар» в современных условиях, нужно приглашать руководителей инвестиционных компаний, успех которых зависит от быстрого вывода коммерческой продукции на рынок и которые, скорее всего, будут против моделирования долгосрочных рисков.

На момент проведения конференции 1975 г. спичрайтеры президента Никсона только начинали придавать термину «медиа» пренебрежительный оттенок, чтобы вызвать недоверие к журналистам{453}. Сегодня же доверие к СМИ находится на рекордно низком уровне, зато размещение непристойного контента и раздувание сенсаций в социальных сетях обеспечивает их пользователям всеобщее внимание и авторитет{454}. Если бы новый «Асиломар» проводился сегодня и о его работе писали журналисты, какова была бы вероятность того, что небольшие перепалки при обмене мнениями были бы моментально вырваны из контекста? Организаторы новой конференции в «Асиломаре» должны исходить из того, что рассказ о ее проведении, как бы добросовестно он ни был изложен, в интернете переиначат в нечто не заслуживающее доверия.

Тем временем, пока мы пишем эту книгу, в мире происходят три события, определяющие будущую жизнь. Калифорнийские законодатели предложили ввести новое правило, обязывающее компании, пересылающие ДНК по почте, проводить проверку на биологическую безопасность; компания Ginkgo Bioworks вышла на открытый рынок с оценкой стоимости в 15 млрд долларов{455}; антиваксеры захватили студенческие кампусы, протестуя против новых требований об обязательной вакцинации студентов от COVID-19 перед осенним семестром 2021 г.{456} Область синтетической биологии быстро развивается, но ее фундамент – правовые рамки, биоэкономика и общественное доверие – остается шатким.

В отсутствие нового «Асиломара» некоторые высокопоставленные лица желают иметь подробные стратегические планы, определяющие будущее синтетической биологии. Чаще всего это экономические стратегии, отражающие развитие, ключевые вехи и поддающиеся измерению результаты на линейной временной шкале. Однако наука не линейна, особенно если речь идет о новых технологиях. Выдающиеся достижения обеспечивают прогресс, но в большинстве случаев эксперименты заканчиваются неудачей. Как правило, открытиям предшествует множество взлетов и падений, столкновений с препятствиями и тупиков.

Возможность задать синтетической биологии позитивный курс развития есть – во многом благодаря основным вопросам, поставленным Бергом и его коллегами, а также примеру, который подали Скриппс, Меррилл и Херст. Мы не можем знать в точности, как сложится будущее синтетической биологии. Но в наших силах погрузиться в неизвестное и извлечь из него уроки, задаваясь вопросами, которые начинаются со слов «Как нам следует…», «Что будет, если…» и «Можно ли, а заканчиваются словами «…на благо общества». Вероятно, для этого придется представить себя в будущем, радикально отличном от того, в которое вы верите сегодня. Это вызовет неприятные ощущения. И потребует мужества. Расширить горизонты, чтобы принимать компетентные решения о будущем, а затем начать движение к нему, независимо от того, куда приведет этот путь, – это решительные действия.

Чтобы максимально реализовать потенциал синтетической биологии и при этом свести к минимуму серьезные риски, нужно представить себя в таком неведомом будущем, где нормативно-правовое регулирование, геополитические соглашения и инвестиционные стратегии иные, нежели сегодня. В этом будущем доверие станет возможным благодаря всеохватности, информационному взаимодействию и ответственности за результат. В этом будущем научные знания и понимание демократизируются, религия сосуществует с наукой, а политика расчищает путь для инноваций. (Да, мы знаем, это звучит как невозможный, фантастический план перестройки общества.)

Эта книга – наша версия «Асиломара». Мы пригласили международную группу заинтересованных лиц – вас и всех остальных читателей нашей книги, чтобы рассказать о технологиях синтетической биологии и событиях, предшествовавших настоящему моменту. Вы встретились с исследователями, увидели, как они выясняют отношения между собой, и выслушали их суждения. Мы познакомили вас с некоторыми инвесторами и компаниями, работающими в сфере биоэкономики. В каждой главе мы заставляли вас критически оценивать свои взгляды. Мы ставили под сомнение ваши представления о том, как следует проводить научные исследования и принимать решения о применении технологий синтетической биологии в будущем.

Ниже приводятся наши рекомендации, касающиеся глобального сотрудничества, регулирования, бизнеса и сообщества синтетической биологии. Рассматривать их следует в качестве отправных точек. Они открывают возможность и далее ставить вопросы, реально оценивать степень неопределенности и вырабатывать общее мнение. Как согласовать защиту свободы научных исследований с защитой общественного блага? Как принимать решения о научных исследованиях и применении