Библиотека Сталина. Вождь и его книги - Джеффри Робертс

фигурой Сталина. Определенно точно можно сказать, что Разин действительно вернулся к преподаванию и писательству книг по военной истории. Он скончался в 1964 году. Насколько мы можем судить, правду он унес с собой и никогда никому не сообщал о перипетиях своей переписки со Сталиным и не оставил воспоминаний об этом.

Воображая Америку

Сталин был очарован Соединенными Штатами Америки. Со времен Первой мировой войны США утвердились как наиболее развитая и могущественная капиталистическая держава. Советская социалистическая система ставила себе целью ее догнать и перегнать. Сталин был уверен, что рационально спланированная и социально контролируемая экономика СССР сможет выиграть соревнование со свободным американским рынком, но тем не менее считал необходимым перенимать из США передовые технологии, системы массового производства и методы рабочей организации. «Делай, как Форд!» и «Учиться у американцев» – крайне удивительно звучат сейчас эти большевистские лозунги 1920-х годов[702]. В 1924 году в своем сборнике «Об основах ленинизма» Сталин пишет об особом, ленинском стиле работы, который представляет собой комбинацию двух особенностей – русского революционного размаха и американской деловитости. Американская деловитость, по Сталину, это «та неукротимая сила, которая не знает и не признаёт преград» и «размывает своей деловитой настойчивостью все и всякие препятствия»[703]. В том же году, в письме к поэту Демьяну Бедному, Сталин объясняет большевистскую «философию», цитируя Уитмена[704]: «Мы живы, кипит наша алая кровь огнем неистраченных сил»[705].

Когда Эмиль Людвиг в разговоре со Сталиным отметил, что в Советском Союзе «все американское пользуется исключительным уважением», Сталин возразил, но признал при этом, что «мы уважаем американскую деловитость во всем, – в промышленности, в технике, в литературе, в жизни». Сталин сказал, что, в отличие от стран Старой Европы, в США нравы промышленности содержат в себе нечто от демократизма, он приписывал это отсутствию феодального наследия в молодом американском государстве.

В попытках не просто импортировать иностранные технологии, но и добиться максимальной их эффективности на практике, большевики запустили кампанию «иностранные языки в массы!». Советских рабочих призывали к изучению таких языков, как немецкий и английский, которые пригодились бы им в научном и промышленном использовании технологий и продуктов США и Западной Европы. По распоряжению Политбюро иностранные языки вводились в программы общеобразовательных школ, а работников партии инструктировали со всей серьезностью подходить к важности знания языков[706].

В этом деле Сталин не делал для себя исключений. Находясь в отпуске на Черном море в сентябре 1930 года, он в письме своей жене Наде просил ее выслать ему самоучитель английского языка за авторством А. А. Месковского, написанный по методике американского педагога Ричарда Розенталя. Надежда не нашла в библиотеке Сталина этот учебник и, стремясь угодить мужу, отправила ему взамен другой[707]. Сталин никогда не ходил на языковые курсы и не занимался с репетиторами: самообучение было его излюбленным методом изучения языков, однако ни в одном из них ему не удалось сильно продвинуться.

Сталин верил, что со временем советский рабочий сможет сравниться по эффективности труда и технической подкованности со своими американскими товарищами. «Я вообще считаю, что нельзя ставить вопрос так, что рабочие какой-нибудь нации будто бы неспособны освоить новую технику», – говорил Сталин американскому интеллектуалу Рэймонду Робинсу в мае 1933 года, добавив, что в США «негры считаются „последними людьми“, однако они осваивают технику не хуже белых»[708].

Важно понимать, что далеко не все советские изображения Америки были позитивны. В августе 1917 года Сталин написал для партийной газеты заметку «Американские миллиарды», в которой обвинял американских капиталистов в спонсировании контрреволюции в России. «Когда-то говорили в России, что свет социализма идет с Запада, – писал Сталин. – И это было верно. Ибо там, на Западе, учились мы революции и социализму». Однако все изменилось, и теперь «Запад ввозит в Россию не столько социализм и освобождение, сколько кабалу и контрреволюцию»[709].

Тысячи американских солдат сражались на советской земле в рамках антибольшевистской интервентской кампании времен Гражданской войны. Президент Вудро Вильсон, может, и был символом либерализма для Запада, но для большевиков он стал символом глобальной контрреволюционной коалиции.

На протяжении 1930-х годов Сталин проводил политику активного импорта американских ноу-хау и технологий в самых разных сферах деятельности. В 1935 году он финансировал поездку в Голливуд группы советских кинематографистов, чьей задачей было перенять опыт американской киноиндустрии. В 1936 году нарком торговли Анастас Микоян[710] был на два месяца командирован в Штаты для изучения американской пищевой промышленности. В процессе планирования монументального Дворца Советов в центре Москвы советских инженеров и архитекторов отправили в ознакомительную поездку по США, также были наняты американские специалисты-консультанты. Дворец так и не был построен, однако работа над его проектом проложила путь к строительству целой серии сталинских высоток, возведенных в Москве в послевоенные годы[711].

Сталин тщательно изучал Конституцию США. В марте 1917 года, в ответ на проект федеративного устройства постцарской России, он опубликовал в «Правде» статью под заголовком «Против федерализма». Сталин отмечал, что федеративность США существует лишь на бумаге. Изначально США были конфедерацией и объединились в федерацию лишь после Гражданской войны в США. Но действительно федеративная структура продержалась недолго, и вскоре США стали де-факто унитарным государством. Так же представлял себе Сталин и правильное устройство России – не федеративное объединение, а сильное, централизованное государство, позволяющее регионам сохранить некоторую степень автономности.

После двух лет публичных обсуждений и дискуссий в декабре 1936 года в СССР была принята новая Конституция[712]. Речь Сталина «О проекте Конституции СССР» дает представление о проделанном им сравнительном анализе конституций разных стран[713]. Одним из использованных источников был раздел о Конституции США из книги 1935 года «Конституции буржуазных стран», в которой он выделил для себя, что Конституция США основывалась на принципе баланса трех ветвей власти – исполнительной, судебной и законодательной. Автор главы, М. Танин, комментируя вступление Америки в Первую мировую войну, написал, что это привело к появлению «демократического цезаризма» – эту фразу Сталин обвел и написал напротив нее «NB». Далее он выделил отрывки, описывающие роль каждой ветви власти, а также тот факт, что американские женщины не имели права голоса до ратификации 19-й поправки к Конституции в 1920 году. В разделе, касающемся американских негров, он подчеркнул абзац, в котором говорилось, что, несмотря на формальное наличие избирательного права, на практике реализовать его чернокожему населению южных штатов было чрезвычайно трудно.

В книге приводился полный перевод текста американской Конституции. Сталин в нем выделил первое предложение: «Мы, граждане, Соединенных