Это кто переродился? Книга 5. Финал - Сириус Дрейк

— Боги глубин на нашей стороне, — услышал царь шепот одного из генералов. — Но к добру ли это?..

Ему никто не ответил, ибо в центре залива появилось золотое сияние — оно исходило из глубин. С каждой секундой оно все нарастало, и вот воды разошлись. Там, среди волнующихся волн, показался золотой купол.

Генералы, как и все те тысячи воинов, которые готовились войти в Город, застыли как изваяния. Это был золотой дворец Великого Хана — та путеводная звезда, которая вела их весь этот долгий путь.

И он, словно мифический Китеж-град, медленно поднимался из воды.

Зрелище было настолько величественным и жутким, что по рядам воинов прошлась волна дрожи. Люди начали озираться, но не посмели сделать ни шагу прочь. Страх, долг и авторитет царя скреплял их как стальная цепь.

Следом за дворцом, плывущим в сторону острова с Башней, появился и Тот, кто доставил его в залив. Бог глубин.

Аристарх даже прикрыл глаза — настолько жутким было это существо. Члены команд уцелевших кораблей, только завидев эту жуткую гору, вылезшую по центру залива, с криками кидались в воду. На поверхность не вынырнул ни один.

Следом пришел черед их кораблей. Держа золотой дворец в одной руке, Глубинный разбивал в щепки все, что стояло у Него на пути — и двигался в сторону Башни. Его шаги под водой отзвались волнами.

С острова по Глубинному начали стрелять, но долго их стойкости не хватило. Монстру достаточно было лишь раз вдарить кулаком по земле, чтобы находящиеся там Инквизиторы в ужасе разбежались. Водрузив дворец на сушу, Глубинный кинулся обратно в волны.

От армады осталась какая-то дюжина кораблей, и они спешно пытались убраться отсюда подальше. Тщетно, естественно, ибо Глубинный потянулся к ним.

Тем временем, накрепко запечатанные ворота дворца раскрылись, и наружу посыпалась волна кэшиктенов. С обратной стороны к острову уже подходил золотой корабль — его борт буквально ломился от бойцов.

Остров взят. Теперь пришел черед Города.

Аристарх уже собрался отдать приказ об общем наступлении, как услышал телефонный звонок. Это был Иван.

— Слушаю, — ответил царь.

— Где вы там? — послышался недовольный голос. — Долго еще? А то крыса долго ждать не будет.

— Почти на месте. Силы Орды заходят с севера, бойцы Царства с юга. Первые отряды уже в Городе.

— Сопротивление есть?

— Только локальное. Гвардия охраняет дворец, а войска слишком… впечатлились гибелью флота Ганзы. Вряд ли они окажут серьезное сопротивление.

Иван удовлетворенно хохотнул.

— Отлично. Пусть передовые отряды ищут порталы, да побольше, но в бой до вступления в Город основных сил не вступать. Ассоциация с вами?

Кивнув, Аристарх пересекся глазами с Карлом Ивановичем, который с красным лицом наблюдал за тем, как Глубинный «развлекается» в заливе. Рядом с главной Ассоциации магов, нервно переминаясь с ноги на ногу, держалась графиня Зорина бок о бок с вечно спокойным Инквизитором Григорием.

Уж кого-кого, а этого Аристарх не ожидал увидеть у себя в штабе. Но когда тот заявился, царь понял — серьезного сопротивления можно не ждать.

— И не только… — сказал он.

— Отлично. Пусть зачистят все подступы к порталам, а потом не мешаются, — распорядился Иван. — В Анти-Городе дай ордынцам полную свободу. Жалеть там некого, так что пленных не брать.

— Мы и не собирались. Но что делать с Глубинным? Неровен час он решит «прогуляться» по Городу…

— Нет, на сушу ему хода нет. Не в этом веке, — спокойно отозвался Иван. — Кстати, Зорина с тобой? Передай ей трубку.

Нахмурившись, Аристарх отдал графине телефон. Сам же повернулся к генералам.

— Выступаем. К утру город должен быть взят.

Разговор длился какую-то минуту, после чего Зорина умчалась к своему автомобилю, а следом и остальное командование. Проводив их глазами, Аристарх снова прижал трубку к уху.

— Настает момент истины, Аристарх, — говорил Иван. — Главное — ударить Изнанку в самое сердце. А потом сделать так, чтобы оно больше никогда не забилось.

* * *

В Башне.

Ужас нарастал. Она чуяла его каждой клеточкой своего тела.

В конце узкой лестницы, заваленной старым потемневшим золотом, была дверь. Еще на чердаке Марьяна сказала себе, что скорее бросится с Башни в море, чем откроет ее.

И тут свое слово сказал Гнев.

— Иди… — прозвучал в голове раскатистый голос, который она слышала в кошмарах. — Твоя судьба лежит за этой дверью. Бежать от судьбы — верх неразумности.

Марьяна застыла.

Приложившись спиной к двери, на нее смотрел Гнев. Она попыталась ущипнуть себя, но нет — Он был материален.

— Иди сюда, Марьяна, — и Гнев поманил ее пальцем. — Открой дверь и прими свою судьбу.

Марьяна попятилась.

— Нет… Никогда!

— Что ж… Тогда жди Ивана, — ухмыльнулся Гнев.

Он сделал к ней несколько шагов, и превратился в нее же. Они с Ним были одно лицо, лишь глаза были разными — у Гнева они были черными, глубокими как колодцы.

— Уверен, что Иван распорядиться тобой. Ты же хочешь быть вещью в руках Дракона? Хочешь?..

Марьяна покачала головой, но сделала еще два неверных шага назад и, споткнувшись, села прямо на ступени. Схватилась за лицо, слезы выступили на лице в тот же миг.

Гнев оказался рядом почти неслышно. Опустился рядом, обнял ее.

— Вот и я не хочу, — шепнул он ей на ухо с бесконечной грустью в голосе. — Хватит уже всяким уродам повелевать нами. Пошли. Наше будущее лежит за этой дверью.

Марьяна хотела вырваться из его рук, но Гнев был силен. Они подошли к двери — Ужас ждал за ней.

— Ты же хочешь стать свободной, Марьяна? — спросил Гнев, взявшись за ручку.

Губы ей больше не подчинялись:

— Хочу…

— Тогда тебе нужна сила. Много силы. И именно она спасет тебя. Я помогу тебе освоить новые силы. Тебе всего лишь нужно отдаться мне. Уступить место. На время…

— Опять?..

Гнев лишь слегка улыбнулся.

— Всего раз. Последний. Один раз, и ты…

Он толкнул дверь, и та поплыла в зал, пол которого был усыпан золотыми монетами. И они уходили в гору.

Марьяна сделала отчаянное движение, чтобы удержать дверь, но Гнев одернул ее.

— … и ты, наконец, обретешь покой.

Затем он, схватил Марьяну за плечи, и с силой втолкнул в сокровищницу. Пройдя несколько шагов, она упала в целое море золотых монет. Ужас путами сковал королеву, ибо перед ней предстало то, что целые сто лет отпугивало и сводило с ума всех смельчаков Королевства.

Он лежал на вершине — и был черепом размером с небольшой дом. За ним на