Проклятие Вороньей пустоши - Марина Иванова

нравилось ей состояние подруги, ох, как не нравилось. Слёзы, истерику даже – она бы поняла, но Лиза будто замкнулась в себе, отделилась от всего мира, окутав своё существование незримым коконом. И не пробиться сквозь него, не достучаться. Вроде двигается, на вопросы отвечает, но вся суета мимо проходит, не задевая сознания.

Молча сели подруги в машину Жанны, Лиза прикрыла глаза и задремала будто, Рита не решилась побеспокоить. Понимала, что не надо бы позволять Лизе спать, вдруг изобретательные призраки снова атакуют её, но чувство жалости к подруге оказалось сильней.

27

И снова Лиза оказалась на капище. Дрожали под лёгким ветерком пожелтевшие листья древнего дуба, от края до края раскинулось по-осеннему синее небо, голосили, обсуждая птичьи дела вороны с блестящим, лоснящимся на солнце оперением. И запах стоял особый. Воздух пах печным дымом, жухлой травой, грибами, вчерашним дождиком и ветром, хотелось дышать полной грудью, замирая от упоительного вкуса здешнего воздуха, запоминая ощущения, ибо таким – насыщенным и прекрасным, должно быть счастье. Оно, оказывается, имеет и вкус, и запах, напоминает о раннем детстве, прогулках по осеннему лесу крошечного существа в косынке, болоньей курточке и резиновых сапогах, светящегося от неизведанного раньше, полного, как лукошко в руках, восторга и осознания себя в этом мире.

И показалось Лизе, что кто-то родной провёл тяжёлой ладонью по волосам, по щеке, прошелестел лёгким ветерком в листве дуба тихий голос, едва различимый в вороньем гомоне: «Я верю в тебя. Ты сможешь, девочка моя»… И исчез, не иначе почудилось, но так легко стало на душе, так празднично, будто пообещал неведомый родич самые заветные и несбыточные мечты исполнить. И поверила Лиза. Крепко поверила.

Лиза проснулась с улыбкой и забилась птицей раненой, от жестокого разочарования. Оказывается, всё лишь привиделось. Не было Пустоши, не было осени, не было родича, и веры тоже не было. Сон. Всего лишь сон. Счастливая иллюзия жизни.

Лиза ревела навзрыд, Рита бережно обнимала её, гладила по голове, шептала что-то, как маленькой, подносила ко рту пластиковую бутылку с минералкой. Минералка попалась сильно-газированная, кололась, шипела на языке, и этот пустяк раздражал, заставлял плакать ещё сильнее.

– С ней всё нормально? – обернулась с водительского места Жанна – тоненькая миниатюрная женщина с львиной гривой светло-рыжих волос.

– Да. Успокоится, ты не переживай, – не особенно уверенно ответила Рита. – Стресс он, знаешь… такой стресс…

Жанна хмыкнула недовольно, прибавила скорость. Они никогда не были дружны с Лизой, да это и не мудрено, добрый десяток лет разницы, Жанна – мамаша многодетная, одна поднимающая троих отпрысков, Лиза… совсем девчонка, несмотря на свои двадцать пять. Да и не была Жанна человеком приятным в общении, то ли жизнь потрепала, то ли и раньше была такой, как знать, но по своей воле Лиза не стала бы обращаться к ней. Сейчас ситуация того требовала. Больше не к кому было обратиться. Вовка – брат Жанны выпил с утра, остальные, кто мог помочь с транспортом, куда-то разъехались.

Возле больницы их уже встречал Антон. Стоял у ворот, сунув руки в карманы джинсов.

– Ну наконец-то! Что так долго? – ворчливо поприветствовал девушек он. – Привет, Жан, как мелюзга твоя?

– Да что им будет… – не очень-то дружелюбно отозвалась Жанна. – Я больше вам не нужна?

– Нет, спасибо огромное за помощь. Она бесценна. Дальше мы сами.

Жанна села за руль, завела мотор, и тут что-то заколотилось в багажнике.

– Что это? – переглянулись ребята.

– Жан! Стой! – крикнул Антон. – Открой багажник.

Из тёмного нутра автомобиля, прикрыв ладошками глаза, на свет выбралась зарёванная Полинка.

– Ярко! – плаксиво пожаловалась девочка. – В глазки светит…

– Ты! Ты что здесь делаешь? – растерялась Рита. – Я же велела дома сидеть! Всех обманула, да?!

– Я к папе хочу! – заявила девочка, чуть-чуть размыкая пальчики и подглядывая сквозь них. – Вы думали я дурочка, да? Ничего не понимаю? – она убрала от лица ладони, решительно дёрнула Лизу за руку. – Ты зачем плачешь? С папой что-то случилось?

Лиза подхватила девочку на руки. Врать не имело смысла.

– Полюшка, папа в больнице, он…

– Папочка не умер? – девочка смотрела ей в глаза с такой надеждой, что Лизе захотелось разрыдаться. Еле сдержалась. Закусила губу, отрицательно покачала головой.

– Нет. – Антон решительно забрал у неё девочку. – Не думай ни о чём плохом, Полинка. Папа не умрёт, это я тебе обещаю! Ты веришь мне?

Полина подумала немного и кивнула. Слёзы высохли, не пролившись.

– Мы пойдём к нему?

– Пока нет, Полин, папу лечат.

– А когда?

– Не знаю. Как врач разрешит.

– Пойдём к врачу. Спросим.

Операция ещё не закончилась, с врачом поговорить не удалось. Зато к ребятам, расположившимся в холле, подошёл следователь.

– Добрый день. Вы родственники Вьюжина? – он отработанным жестом махнул перед ними корочкой. – Лейтенант полиции Курашов Николай Викторович. Я могу задать вам несколько вопросов?

– Да, – за всех отозвался Антон. – Теперь мы готовы ответить.

Лиза сидела с отрешённым видом, перебирая пальцами колечки. Два обручальных и деформированное ударом ножа тоненькое изящное кольцо на помолвку… Примерила его на палец. Нет, не влезает, погнулось сильно. Вздохнув, девушка расстегнула цепочку на шее, продела её в перстенёк.

– Это вещдоки, – недовольно буркнул лейтенант.

– Не вещдоки, а личные вещи потерпевшего, – поправила его Рита. – Для следствия они бесполезны. А вот на товарный чек я обратила бы внимание.

– Да, разумеется. Он не в магазине золото брал, на дому. Надо съездить, проверить мастера на причастность… Сам он не мог, из дома почти не выходит, а вот сообщники быть могли… – он будто думал вслух, что несказанно развеселило Риту.

– Съездить надо, а вот на причастность проверять – лишнее, не стоит зря человека нервировать, – отмахнулась Рита.

– Почему? – не понимая, заморгал лейтенант, по сути, совсем мальчишка.

– Вьюжин потратился здорово, истратив почти всю наличность на золото, то есть ювелир знал, что парень пустой. Кроме золота ничего не имеет при себе. Здесь имело место вооруженное нападение с целью завладения имуществом, и, если бы налётчики были подельниками ювелира, о золоте они были бы проинформированы. Забрали бы наверняка, поскольку найденные предметы сто процентов выведут следствие на ювелира. Тем не менее, золото осталось у Вьюжина в кармане. Делай выводы, лейтенант.

– Простите, а вы…

– Капитан полиции Самарина.

Парень растерялся, пытаясь извлечь из замученного теорией мозга хоть какие-нибудь аргументы в пользу своей версии.

– Они могли понадеяться, что золото в машине.

– Ага! Как пачка сигарет в бардачке. Или как бутылка воды на пассажирском сиденье. Скорее всего кольца Кирилл убрал в карман ещё при ювелире, так что