Развод с Альфой. Теперь твой соперник зовет меня своей - Майкл Скофилд

class="p1">— Вы видели его?

— Да.

— Он знал, за что реально платит?

Тарс задумался.

— Думаю, да.

Альма сразу:

— Не что думаете. Что знаете?

— Он однажды сказал мне: «Следующий выход будет после перевода от заказчика».

— Какого заказчика?

— Не назвал.

— Еще?

— Сказал, чтобы мы не лезли в политику и делали свою работу.

Вот.

— Какая политика?

— Я спросил то же.

— Ответ?

— «Та, за которую вам платят не понимать».

В комнате стало совсем тихо.

Писарь перестал писать на секунду.

Потом быстро продолжил.

Альма спросила:

— Дословно?

— Почти.

— Когда?

— Перед вторым нападением.

— Где?

— На дворе «Северного тракта».

— Свидетели?

— Двое моих людей.

— Имена.

Тарс назвал.

Один погиб?

Нет.

Оба вроде ушли после последнего нападения.

Значит, можно найти.

Лерн тут же сделал пометку отправить людей.

Я смотрела на пленного и впервые чувствовала не только профессиональное напряжение.

Злость.

Настоящую.

Четверо раненых.

Разрезанные обозы.

Напуганные люди.

Вся политическая кампания вокруг «слабости Черного Яра».

А для этой группы все сводилось к оплате.

— Вы знали, что ваши нападения используют против Рейда Морна? — спросила я.

Тарс посмотрел.

— Позже догадался.

— Когда?

— После газет.

— И все равно продолжили.

— Да.

— Почему?

Он устало усмехнулся.

— Вы хотите услышать красивую причину?

— Нет.

— Тогда потому что мне были нужны деньги.

Я почувствовала отвращение.

Не нужно было скрывать.

— Для чего?

— Жить.

— Люди, которых вы ранили, тоже.

Он отвернулся.

Вот впервые что-то пробило.

Не раскаяние.

Но хотя бы нежелание смотреть.

Альма дала несколько секунд.

Потом спросила:

— Последнее нападение. Вам приказали забрать что-то конкретное?

Тарс поднял глаза.

— Нет.

— Почему тогда в предыдущем нападении один человек кричал не трогать шестую телегу?

Он удивился.

— Откуда знаете?

— Ответьте.

Тарс задумался.

— Потому что в шестой телеге был груз нанимателя.

У меня внутри все сжалось.

— Какой?

— Не знаю.

— Вы видели?

— Ящики.

— Сколько?

— Четыре или пять.

— Что на них?

— Маркировка общего резерва.

— Что внутри?

— Не открывали.

— Почему?

— Нам сказали не трогать.

Я вспомнила слова Оллена Тарса из главы с нападением.

«Один кричал не трогать крайнюю телегу».

Шестая телега по ведомости перевозила зерно.

Значит, либо часть груза была подменена.

Либо ящики находились внутри под зерном.

— Кто велел не трогать? — спросила Альма.

— Тот же заказчик.

— Зачем нападать на караван, в котором перевозишь собственный груз?

Тарс пожал плечами.

— Не знаю.

Я уже видела возможный ответ.

Если нужно переместить оружие или другой резерв вне учета, можно отправить его внутри нормального каравана, устроить нападение, после которого часть груза «пропадает», и забрать нужное.

Но тогда почему прежние документы показывали вывод из склада по закрытым приказам?

Может быть, схема использовала оба способа.

Или я соединяла слишком много.

— Не делаем вывод, — сказала я вслух.

Альма посмотрела.

— Правильно.

Тарс усмехнулся.

— Вы часто это повторяете?

— Потому что люди слишком любят заканчивать расследование раньше фактов.

— А сейчас что вам еще нужно?

Я подняла квитанцию.

— Деньги.

— Я уже сказал.

— Сказать мало.

Он откинулся.

— Тогда ищите.

— Будем.

Лекарь постучал по дверному косяку.

— Время.

Альма кивнула.

— Еще два вопроса.

Тарс закрыл глаза.

— Говорите.

— Кто назначал дату последнего нападения?

— Высокий.

— Лично?

— Через Вальта.

— И второй. Вам когда-нибудь встречался Эдрик Харт?

Тарс открыл глаза.

— Видел на плакатах.

— Лично?

— Нет.

— Кайден Харт?

— Нет.

— Сайр Денн?

— Не знаю.

— Рейд Морн?

Тарс усмехнулся.

— Видел издалека.

— Кто-нибудь из этих людей когда-либо платил вам или отдавал приказ?

— Нет.

Вот тоже важно.

Никакого прямого подтверждения верхушки.

Только торговые посредники.

Альма поднялась.

— На сегодня все.

Тарс посмотрел на меня.

— Госпожа Вейл.

Я уже собиралась выйти.

— Что?

— Если вы правда хотите знать, кто платит...

Он показал взглядом на бумагу.

— Ищите не имена на поручениях. Ищите, кто покрывает «Северному тракту» потери по срочным рейсам.

Я остановилась.

— Почему?

— Потому что Вальт не тратит свои деньги.

— Откуда знаете?

— Он хвастался.

— Чем?

— Что за эту работу ему платят дважды.

Альма подошла ближе.

— Кто второй?

— Не знаю.

— Что именно говорил?

Тарс напряг память.

— «Один счет за телеги, второй за риск. Риск оплачивает заказчик».

— Название заказчика?

— Не сказал.

— Фонд?

Я не знаю почему спросила именно так.

Тарс посмотрел.

— Кажется, да.

Вот.

— Какой фонд?

— Не знаю.

Лекарь уже входил.

— Все.

На этом действительно пришлось остановиться.

Через десять минут мы сидели в архивной комнате общей стражи.

Альма положила перед нами квитанцию.

Лерн принес копии транспортных книг, которые успели запросить еще утром после известия о захваченном человеке.

Я смотрела на имя:

Вальт Дерн.

«Северный тракт».

Компания, через которую проходили закрытые перевозки учебного резерва.

Та же компания платила людям Тарса за фиктивное сопровождение.

— Нужны финансовые книги, — сказала я.

Альма уже писала распоряжение.

— Сегодня.

— Без предварительного уведомления.

— Да.

Лерн нахмурился.

— Частный торговый дом нельзя просто обыскать.

— Не «обыскать». Получить бухгалтерские книги по конкретным договорам в рамках расследования нападений.

— Понадобится судья.

— Будет.

Он ушел оформлять.

Я снова просмотрела показания.

— Если Тарс говорит правду, схема не начиналась на уровне разбойников.

— Очевидно.

— Им давали настоящие номера караванов и маршруты.

— Это мог получить человек внутри резервной системы.

— Или транспортной.

— Да.

— И платили через законные коммерческие расходы.

Альма кивнула.

— Значит, доказать можно.

Это было почти облегчением.

Деньги не имели памяти.

Но книги имели.

Если их не уничтожили.

В дверь постучали.

Рейд вошел.

Остановился возле порога.

Не полез сразу к столу.

— Уже можно?

Альма кивнула.

— Первичный допрос закончен.

Он подошел.

Посмотрел на меня.

Только коротко.

Я чувствовала еще больше после ночи.

И теперь мне приходилось учиться существовать с этим в рабочей комнате.

— Что сказал? — спросил он.

Альма дала ему короткую версию.

Я наблюдала.

Когда прозвучало, что нападения должны были выглядеть как обычный разбой, лицо Рейда стало совершенно неподвижным.

Вот это было опаснее его злости.

— Сколько раз они