Герои на всю голову. Слабоумие и отвага - Анна Дрэйк

— А плечо тебя не беспокоит? — склонила голову набок Эдна.

— Есть немного, — нехотя признал Кристэриан. — Но, я требую обезболивающего лекарства.

— Только в виде удара чем-то тяжелым по твоей измученной голове, — отрезала Эдна — Давай, садись на ступеньку.

— Почему мне никогда не везет? — издал грустный вздох Кристэриан, аккуратно присаживаясь на лестницу. Так, чтоб меньше беспокоить пробитую досками спину.

— Расслабься и получай удовольствие, — насмешливо посоветовал Дэймон.

— Ты переносицу лучше зафиксируй, а то нос кривым получится, — не остался в долгу Кристэриан и тут же выкрикнул: — Ауч!

Эдна вправила плечо.

— А нежнее никак нельзя было? — Кристэриан жалостливо взглянул на нее снизу вверх.

— Понежнее, мой сладкий, не здесь и не при свидетелях, — Эдна, улыбнувшись, потрепала его по щеке мягкой морщинистой рукой и повернулась к Даниэлю. — Моя работа здесь закончена. Остальные повреждения опасности не несут. При необходимости вылечишь сам.

Даниэль утвердительно кивнул.

— И еще, — обернулась перед самым выходом Эдна. — Дэймон, дай Кристэриану какую-нибудь кофту.

Белая рубашка Кристэриана из-за недавних событий была сзади насквозь пропитана кровью и разодрана по шву. Спасению она не подлежала.

— Пусть так ходит, — съехидничал Дэймон — Уверен, дамы будут в восторге.

— По-моему, ты меня не расслышал, — ужесточила голос Эдна. — Я сказала — дай Кристэриану одежду.

— Ладно-ладно, — махнул рукой Дэймон. — Так и быть, дам. Я сегодня добрый.

После того, как Даниэль вылечил оставшиеся травмы, Кристэриан с Дэймоном отправились домой к последнему.

— Вот, бери что хочешь, — открыл Дэймон свой плательный шкаф.

— М-да, не густо, — Кристэриан пробежал ладонью по висящей одежде.

— Ну, еще бы. У тебя, наверное, почти весь дом занимает шкаф со шмотками.

— Ты будешь удивлен, но я, в основном, живу в казарме и шкаф у меня стандартный, — Кристэриан продолжал перебирать вещи. — Просто у меня прекрасный вкус.

Дэймон преувеличенно скромно вздохнул.

— Куда уж нам, скромным обитателям леса, до такого ценителя тряпок, как ты.

— Вот, вроде эта подойдет, — определился, наконец, Кристэриан. Его выбор пал на тонкую, с коротким рукавом ярко-зеленую кофту. На ее спине красовался огромный рисунок в виде черного скорпиона — символа темных эльфов.

Из-за разницы в росте с Дэймоном, кофта для Кристэриана была довольно обтягивающей. Лишний раз подчеркивала его идеальную фигуру. Посмотрев на себя в зеркало, он удовлетворенно кивнул.

— Кто красавчик? Я. Только я.

Дэймон закатил глаза.

— Надеюсь, покрывать поцелуями собственное отражение ты при мне не станешь?

— А что? Тебе самому хочется это сделать? — развернулся к нему Кристэриан.

Дэймон покачал головой.

— Кто бы мог подумать, что найдется ударенный, который будет так со мной говорить.

Кристэриан склонил голову набок и ухмыльнулся.

— А что такое? Привык, чтобы с тобой разговаривали на «Вы» и шепотом?

— Никто не осмеливался надо мной издеваться, — Дэймон спокойно улыбнулся. — Слишком большой риск для здоровья.

— Ну, удар у тебя и правда, будь здоров, — оценил Кристэриан. — Я его даже почувствовал. И, кстати, — он подошел и извиняюще улыбнулся. — Я, наверное, задел больное место. Там, в столовой. Прости. Не хотел. Я же не знал, что ты с невестой расстался.

Дэймон опустил голову и мрачно поинтересовался.

— А с чего ты взял, что она у меня вообще была?

— Элементарная наблюдательность.

— Ну-ну, — иронически скривился Дэймон.

Кристэриан огляделся.

— Или ты скажешь, что цветочные вазочки на подоконниках и плюшевая игрушка в углу — это результаты деятельности твоей утонченной натуры? Конечно, была и ты ее сильно любил. Раз все это осталось на своих местах.

— Очень, — одними губами прошептал Дэймон.

Кристэриан не расслышал.

— Что ты сказал?

Дэймон резко выпрямился.

— Я сказал, что не намерен обсуждать это с таким, как ты!

Глаза Кристэриана удивленно расширились.

— Что...?

— Ты, вообще, достал меня своими вопросами! — Дэймон закипал все сильнее. — Кто ты такой, чтобы я обсуждал с тобой свои личные дела?!

Кристэриан медленно подошел к Дэймону, сжимая кулаки.

— Будь потише, — угрожающе посоветовал он. — Если я наступил на твою больную мозоль, то извини. Я уже говорил, что не хотел этого.

Но Дэймон вспылил еще больше.

— При чем здесь это? Меня просто бесишь ты, твой размазня-командир и вообще, вся эта канитель с Избранными.

— Думаешь, я в восторге от всего этого? — Начал раздражаться Кристэриан. — Да, меня воротит только от одной мысли, что мне придется сражаться бок о бок с таким бесчувственным и хамским существом, как ты. Из-за тебя я все еще торчу здесь, а не вспарываю Мерксу живот. Я не хотел драться с тобой. Мне сейчас уж точно не до этого.

— А я, вообще, считаю, что не обязан рисковать своей жизнью ради этой вашей Аннабель. Мой долг — победить Ашандара, но никак не отправляться на поиски какой-то пропавшей девицы. Откуда ты знаешь, может она не хочет, чтобы мы ее находили. Вдруг она прекрасно проводит время в лесу, вместе с Мерксом? Все же физические данные у него впечатляющие.

Кристэриан бросился к нему и, схватив за грудки, припер к стене.

— Я бы просто пустил тебя на фарш, — злобно прошипел он. — Но это может отдалить спасение Аннабель, а она значит для меня гораздо больше, чем такой жалкий червь, как ты.

Дэймон ядовито усмехнулся.

— А что это ты за нее так душу рвешь? Сердце рыцаря пленила защитница света?

Кристэриан сильно сжал губы, словно боясь сказать лишнее слово.

— Значит, так и есть. — Уверенно заключил Дэймон. — Жаль, жаль тебя. Хуже не придумаешь.

От удивления Кристэриан ослабил хватку. Дэймон рывком освободился и, грубо оттолкнув его, прошел к середине комнаты.

— Вероятно, ты сейчас спросишь, почему? — Обернулся он к Кристэриану. — Я тебе скажу — за всю многовековую историю Ландории хранители сочетались браком лишь дважды, и оба раза с себе подобными. Они служат высшей цели. Хранителей нельзя связать цепями супружества.

— Интересно, откуда тебе известны такие подробности? — с вызовом поинтересовался Кристэриан, но сделал это скорее по инерции. В следующий миг он опустил голову. — Я, вообще-то, ни на что и не претендую. Единственное достоинство, которым я обладаю — внешность. А для Анны это не имеет никакого значения.

И Дэймон посмотрел на меня со внезапной мягкостью. Даже с сочувствием.

— Ладно, не раскисай. Спасем мы твою ненаглядную хранительницу. А там пусть сама решает, заслужила она кого-то лучше или нет.

Глава 37 — Колдун-маньяк

Слабого солнечного света, проникающего сквозь щель в слегка приоткрытой двери, с трудом хватало, чтобы осветить комнату.

Впрочем, освещать было практически нечего. Комната было абсолютно пустой. За исключением низкой, видавшей виды тахты.

С усилием открыв глаза, Аннабель невольно сощурилась. Потолок то угрожающе опускался на