Между Навью и Явью - Евгения Владимировна Потапова

— Ага, для полного счастья, — кивнула с усмешкой Люба. — Штаны натягивай, не будет сегодня народных методов, подорожник еще не вырос, а горчичники закончились.

Юра, не вставая, аккуратно натянул штаны.

— А можно я еще немного полежу? — спросил он.

— Лежи, как ужин будет готов, так позовем, — махнула рукой баба Надя.

Глава 43 Хлопоты

Пока на стол накрыли, пока сливки пропустили, Юра уже уснул на диване. Его накрыли лоскутным одеялом и велели Верочке не шуметь. Хотя девочка уже была вялая и зевала, но все же ей хотелось посмотреть еще на незнакомого человека. Люба с бабой Надей и Верочкой поели и тоже отправились на боковую.

— Баба Надя, а вы соседям позвонить не забыли? Предупредили их насчет болота? - спросила Люба.

— Они мне сами звякнули, просили за козой присмотреть да другой живностью. Я как раз у Лешки была, ему поручила это дело.

— Вот им до этого есть дело, — хмыкнула Люба.

— Так они с ними соседи теперь, да и молоко свежее им не помешает. К тому же Кирилл сказал, что они на пару дней в городе задержатся. У них с машиной неполадки.

Люба с бабушкой переглянулись, но ничего говорить не стали, только пожелали друг другу спокойной ночи и разошлись по комнатам.

Утром Люба вскочила рано утром и стала одеваться, чтобы пойти подоить корову. Однако ее остановил домовой.

— Спи, егоза, баба Надя уже ушла, — сказал он. — Тебе нужно срочно в свой дом перебираться, а иначе наша бабушка всё раздаст, так и останешься с ней жить.

— Раздаст, так раздаст, — пожала плечами Люба, укладываясь назад в кровать.

— Ага, а потом будешь всю жизнь рядом со старухой жить и замуж не выйдешь.

— А оно мне пока не надо замуж, — зевнула она.

— Это сейчас тебе не надо, а потом надо станет.

— Если станет, то уйду к мужу жить, — Люба натянула на себя одеяло.

— Ты не понимаешь, что ли? Останешься тут — и всё, станешь такой же, как баба Надя.

— Какой? — с любопытством взглянула она на Афоню.

— Границу станешь оберегать от всякой нечисти, чтобы баланс все соблюдали, чтобы мир был.

— Ясно, — кивнула Люба. — Я спать.

— Вот тетеха, и слушать меня не хочет. Старая поэтому тебя и гонит от себя. Станешь, как она, и ей придется уйти.

— Куда уйти? - она повернулась в его сторону.

— В навь. Помрет она тогда. Ясно тебе?

— Все люди когда-нибудь помирают, — философски заметила Люба. — Но я тебя поняла, а теперь можно я немного посплю?

— Можно, — кивнул Афоня и исчез.

Проснулась Люба в девятом часу. По всему дому разносились ароматы хлеба и сладких булочек — баба Надя расстаралась. Верочки в кроватке уже не было. Дочка научилась сама выбираться, а, может, это ей Афоня помогал. Она сидела на стульчике, размазывала кашу по тарелке и сосредоточенно жевала ароматную корочку хлеба.

— Утра доброго! У Верочки зубов-то толком нет, что она там грызет? - спросила, зевая Люба.

— Есть у нее зубки, немного, но есть. А грызет она корочку свежего хлеба, — ответила бабушка. — Чай будешь или молока? Или чай с молоком?

— Чай с кипятком, — улыбнулась Люба, целуя свое чадо в измазанные кашей щеки.

— Тогда сама себе там наливай, — кивнула на чайник баба Надя, — горячий.

— Пока печка топится, он у нас всегда горячий.

— Это точно.

Как только сели пить чай, так в окно кто-то постучался. Баба Надя выглянула — около двери топталась Люша.

— Заходи, открыто, — махнула ей бабушка.

Женщина вошла в дом.

— Проходи на кухню, чай с нами попьешь.

Люша стащила с себя пуховик и прошла на кухню. Она положила на стол кулек с конфетами и села на стул. Люба налила ей чай в кружку, а баба Надя поставила миску с плюшками.

— Ой, как вкусно пахнет, — потянула носом Люша.

— Горяченькие еще, бери.

— Я чего пришла, — Люша откусила кусок от булочки, — я деньги за дом принесла, ну и Любе гостинца. Лешка сказал обязательно конфеток принести нашему доктору.

— Ты еще в город не ездила? — спросила Люба.

— Когда? Захар с парнем все работает, а кроме него нас вести некому. Обещался на следующей неделе свозить.

— Как твой муж воспринял новость о беременности? — спросила баба Надя.

— Он мне не муж еще, — покраснела Люша, — но он так обрадовался, сказал, что и не надеялся, что у него когда-нибудь дети будут. Думал, что всю жизнь так непутевым мужиком и проживет — ни детей, ни плетей. А тут вон как жизнь поворачивается, и дом свой скоро будет, и ребеночек, и жена законная. Он мне предложение сделал. Работа у нас есть, а там, дай бог, Захару долгих лет жизней.

— Ну вот и хорошо, что у тебя жизнь налаживается. Сейчас позавтракаем и пойдем дом смотреть, — ответила баба Надя.

В дверях появился заспанный Юра. Он тер ладонями глаза.

— Ох, я и поспать, как вчера вырубился вечером, так только и проснулся. Доброе утро всем.

— Здрасьте, — удивленно сказала Люша, — а я и не знала, что у вас гости, а я тут расшумелась.

— Так все равно пора было вставать, а то так можно целый день проваляться, - ответил Юра.

— Это у нас воздух тут такой, что спится хорошо, да и тихо, — кивнула баба Надя, — ты присаживайся, чаю с нами похлебаешь, а хочешь — кашки поешь. Там в кастрюльке еще осталась.

— Нет, спасибо, я постою, от кашки я тоже воздержусь, а вот от плюшек не откажусь.

Люба налила ему в кружку чай. Юра облокотился об теплый бок печки и стал завтракать.

— Ты чего стоишь-то? Места за столом мало? Так мы подвинемся, — удивленно сказала Люша.

— Он у нас раненый, сидеть не может, — ответила Люба.

— Ясно. Тогда не буду ничего предлагать.

Разговор как-то не клеился. Немного поговорили о погоде, быстро допили чай с плюшками. Люба унесла умывать Верочку, а Люша с бабой Надей пошли