Союз, заключенный в Аду - Миранда Эдвардс

Умолкнув, оставляю эту тучу людей, выплескивающих свой тестостерон на одну беззащитную женщину, и бегу в свою спальню. Подавляю желание зайти в комнату Гидеона и надеть его одежду, чтобы его запах окружил меня. Порывшись в прикроватной тумбе, достаю письмо Гидеона и перечитываю последнее предложение:

«Есть еще один игрок, будь осторожна. Не доверяй никому».

Это точно он. Теперь я уверена. Новый игрок, о котором предупреждал Гидеон. Он пытается втереться в доверие. Мозг прокручивает нашу последнюю встречу с Гидеоном. Он получил сообщение и решил опоить меня и уехать. Если мне незнакомец отправил то, что может спасти меня, Гидеону – что-то другое. Что-то, что заставило его буквально бежать из города. Сомнений нет: новый игрок опасен.

Но я поступлю так, как считаю нужным. Прячу письмо и набираю единственный номер, иронично записанный в контактах как «Друг». Раздается первый гудок, и в проеме открытой двери появляется Доминик. Он лишь успевает открыть рот, когда из динамиков доносится голос, искаженный модулятором:

– Здравствуй, Аврора. Мне пришлось долго ждать твоего звонка.

Встретившись с хмурым взглядом Доминика, перевожу вызов на громкую связь.

Доминик, стараясь идти как можно тише, встает рядом со мной, чтобы ловить каждое слово.

– Я… – нервно сглатывая, взглянув на него, – что тебе нужно от меня? Кто ты?

Раздается смех, похожий на хохот злодея из мультфильмов. Уверена, что и без модулятора у незнакомца низкий, хриплый и холодный смех. Только зачем ему нужно скрывать свой голос?

Быстро беру свой телефон и, набрав в заметках очевидную вещь, показываю Дому: «Он боится, что я его узнаю».

Доминик коротко кивает, соглашаясь со мной. Сложив руки на груди, он продолжает слушать разговор.

– Я твой друг, Аврора. Можешь пока называть меня Тенью, – говорит незнакомец. – И я хочу тебе помочь.

Нахмурившись, обдумываю каждое его слово. Тень точно прозвище, но оно слишком популярно, чтобы Гугл знал о его происхождении.

– Как ты можешь мне помочь? – мой голос спокоен, хотя сердце бьется так сильно, что я едва слышу себя.

В голове лишь один вопрос – кто он?

– Скажем так, со злом должно быть покончено, – слышу, как Тень усмехается. – Со всем злом, что мучало тебя… и остальных невинных.

Последние слова он добавляет словно в спешке, и я удивленно распахиваю глаза. Мне показалось, или он намекнул, что делает это… ради меня? Моим первым, последним и самым безумным предположением становится, что Тень – это… Юля. Хочется поверить, что она жива. Сердце кричит, что это моя давняя подруга решила помочь мне, пусть я и подвела ее. Но это невозможно. Я не видела ее тела, но вся Братва может подтвердить мне ее смерть. К тому же, человек, с которым я столкнулся, был мужчиной.

Как же мне не хватает Гидеона! Мне нужны его ледяной разум и горячие объятия. Рядом с ним все не становится проще, нет. С Гидеоном все становится неважным, мелким, как песок на пляже. Когда я с ним, мне все равно на войну, бушующую за окнами пентхауса. Я знаю, он может защитить меня от всего, пусть сам и думает иначе.

Раньше, когда я воображала себя принцессой, я думала, что моего принца съел огромный монстр, называющий себя моим женихом. Но мой рыцарь просто должен был появиться позже. Как бы антифеминистично это не звучало, я хочу быть спасенной. Ради чертового разнообразия в жизни.

Однако не значит, что я собираюсь сидеть на месте и ждать чуда. Я уеду из Чикаго только тогда, когда Гидеон будет сидеть на соседнем сидении. Буду бороться, пока все преграды не разрушатся.

– Как ты можешь мне помочь? – выдавливаю я.

Доминик успокаивающе кладет руку мне на плечо. Благодарно накрываю его ладонь, но взглянуть не решаюсь. Доминик хороший человек, однако все еще не одобряет мой звонок… Тени.

– Разве того, что я прислал мало для твоего доверия? – сложно разобрать интонацию из-за модулятора. Что он чувствует? Разозлила я его или наоборот подзадорила? – Мне нужна встречу.

– Ни в коем нахрен… – плюнув на прикрытие, шипит Доминик.

– Хорошо, где? – громче нужного, чтобы перебить его, отвечаю я.

– Тупик около русского кафе, в которое тебя водила Надя. Сегодня в полночь, – не думая говорит Тень. По спине тут же ползет холодок. Сколько он знает обо мне? Он следил за мной? Или мы и правда так хорошо знакомы? – До встречи, Аврора. И да, скажи своим приятелям, что я буду говорить только с тобой.

Тень отключается, оставив меня в полном ужасе и раздрае. Кажется, у меня трясутся руки. Я привыкла, что моя жизнь отнюдь не нормальная, однако буду честной хотя бы перед собой такой страх перед завтрашним днем в последний раз я испытывала перед свадьбой с Ораном.

Откидываю телефон на кровать и зарываюсь лицом в ладони. Доминик садится рядом и, потрепав меня по за плечо, говорит:

– Я достану прослушку, раз мне не удастся отговорить тебя. Заодно попытаюсь по каналам пробить, кто такой Тень.

Не знаю, радоваться мне или огорчаться, что он так легко отпускает меня.

***

Глядя на печатную вывеску кафе, мечтаю, чтобы сейчас оттуда вышла Надя. Вечером я пыталась дозвониться до нее, но ее телефон молчит. Сейчас мне бы пригодилась ее поддержка и парочка пирогов с луком и яйцом.

– Кодовые фразы помнишь? – у Доминика есть дурная привычка повторяться.

Чувствуя раздражение, покалывающее кожу, перевожу взгляд на мужчину. Доминик, изогнув бровь, выразительно смотрит на меня в ответ. Закатываю глаза и произношу шифр в пятый раз:

– «Сегодня плохой день», если все пойдет дерьмово. Если все хорошо, то «отличная погода».

Доминик не очень-то удовлетворенно кивает и продолжает что-то печатать на ноутбуке.

– Если тебе покажется, что он хотя бы дышит не так, мы тебя вытаскиваем, – Доминик поправляет прослушивающее устройство, прикрепленное на моем животе. Тяжело вздыхает и бурчит: – Гидеон и Селена оторвут мне яйца и заставят их проглотить.

Нервно усмехаюсь и кидаю взгляд на тупик. За прошедшие два часа никто не заходил туда. Рой осмотрел переулок и не нашел ни камер, ни других подозрительных вещей. Значит, Тень придет позже. Или прямо сейчас он следит за нами, пока мы безуспешно пытаемся высмотреть его.

Доминик смотрит на часы и напряженно говорит:

– Без двух минут полночь. Ты готова?

Нет.

– Да, – выдавив фальшивую улыбку, чересчур активно киваю и дергаю дверную ручку.

Выбравшись из автомобиля, накидываю капюшон худи на голову и, сдерживая панику, иду к тупику. Все, что мне остается, – верить, что этот