Женщины — серийные убийцы: как и почему они становятся монстрами - Питер Вронский

Велма убивает родную мать

В камере смертников Велма признавалась: ее приводило в бешенство, что мать обращалась с ней как с ребенком, каким она давно уже не была. Велме казалось, что ею помыкают и относятся к ней как к рабыне. Когда мать заговорила о стирке, это напомнило Велме, как каждую среду ее забирали в обед из школы и она до вечера обстирывала всю семью.

По рассказам Велмы, чем старше мать становилась, тем чаще она вспоминала прошлое, расписывая его в радужных тонах: «Почти каждый день она заводила свою песню, и я должна была бесконечно выслушивать одно и то же. Это было невыносимо».

«Какие славные были времена, – повторяла мать. – Самые счастливые дни в моей жизни».

«Зато в моей жизни ничего счастливого не было», – парировала Велма. Но мать словно не слышала ее и никогда не спрашивала почему. Она только твердила, как замечательно они тогда жили. «А я даже не могла крикнуть ей: „Заткнись!“»

К осени 1974 года Велме стало не хватать денег на лекарства, накопились счета, а между тем Ким выходила замуж и Велме, как матери невесты, предстояли новые расходы. Велма обратилась в кредитную компанию и взяла у них тысячу долларов, оформив договор на имя матери под залог ее дома. Мать якобы очень больна, сама прийти не может, поэтому она возьмет документы домой и там подпишет. Подпись матери она подделала. Велма ни разу не упоминала о пяти тысячах долларов, которые получила по страховке после смерти Эла от несчастного случая, но уверяла, что первый кредит она вернула – по всей видимости, именно из этих денег. «Может, поэтому я так легко, не задумываясь, взяла еще один кредит на тысячу долларов», – объясняла она.

Мать показывала ей первые письма с напоминанием о своевременной оплате кредита, которые ее, похоже, не беспокоили – она была уверена, что это ошибка. А Велма начала паниковать. Она боялась телефонных звонков, содрогалась от каждого стука в дверь. Она понимала, что нужно как можно быстрее найти работу и начать погашать кредит, но охватившие ее тревога, чувство вины и злость словно парализовали ее волю. «Во мне боролись самые разные чувства: я паниковала, бесилась и переживала, что останусь без лекарств».

Наконец Лилли получила уведомление о просроченной оплате. Примерно через неделю после этого, пишет Велма в своей книге, она поехала в город получить кое-какие лекарства.

Пока я ждала в аптеке, я ходила и рассматривала товары. На глаза мне попалась отрава для муравьев и тараканов в прозрачной пластиковой бутылке. Не помню, чтобы у меня было четкое понимание, что делать дальше. Но, видимо, где-то внутри уже созрел план. Ведь один раз я это провернула, хотя потом и заставила себя все забыть [172].

И, опять-таки, Велма настаивала: она хотела, чтобы мать всего лишь заболела, а она бы выгадала время и выплатила кредит, прежде чем обман раскроется. Она подала матери обед, добавив мышьяка в содовую. А через пару часов снова принесла ей стакан воды с мышьяком.

По словам Велмы, врачи и на этот раз поставили жертве неправильный диагноз, списав все на кишечный грипп. Она констатировала:

Следя за состоянием матери, я не переставала думать о том, что сказал доктор. Яд тут ни при чем. Такое происходит постоянно, как уверяют врачи. С этим сталкиваются очень многие, а не только мама. Вот так я все это себе объясняла [173].

Велма настаивала на том, что от прописанных врачом лекарств матери становилось только хуже, – повторялась та же история, что и с Дженнингсом. Воспоминания Велмы, записанные в камере смертников, ее страшные признания, как искренние, так и неискренние, дают нам представление о том, как мыслит психопат-убийца. Как жена могла убить мужа, дочь – убить мать, а мать – детей? О чем они вообще думали? Как объясняли свои действия? Мы не можем даже вообразить этого – просто потому, что оцениваем их поступки, исходя из своей эмоциональной матрицы, своего мышления. У психопатов вроде Велмы эти процессы протекают иначе – их чувства и мысли существуют в другом измерении, непостижимом для нашего ума, недоступном нашему пониманию. В криминальной психологии все теории о том, как мыслят серийные убийцы, можно сравнить с теориями струн и черных дыр в квантовой физике: помимо самих трупов, обо всем, что стоит за ними, мы можем только догадываться.

Мы не знаем, что произошло в те выходные после Рождества, когда Тайрон пришел в гости к матери, а она показала ему письма от кредитной компании. Стала ли Лилли выяснять у Велмы, что это за уведомления? Продолжала ли твердить о счастливом прошлом? Или снова попросила Велму постирать? А может, Велме казалось, что ей не хватает внимания Ронни или он редко ее навещает? Единственное, что нам известно, что в понедельник после обеда у Лилли начались сильные боли в животе, кровавая рвота и диарея. Ее тут же доставили в больницу, где поздно вечером она умерла. Когда семья, собравшись возле ее палаты, расспрашивала Велму, что произошло, та только повторяла: «Я сделала для нее все, что могла. Все, что могла».

Велму арестовывают за подлог

После похорон матери Велме, оставшейся без денег и работы, сидящей на транквилизаторах и болеутоляющих, деваться было некуда. Тайрон привел в порядок дела Лилли, уладив вопрос и с непогашенными кредитами, которые Велма брала на имя матери. С сестрой он ничего не обсуждал.

Ким и Деннис, женатые всего несколько недель, поселились в трейлере и взяли Велму жить к себе. Дочь и зять делали все возможное и следили за тем, как она принимает лекарства, но она ухитрялась без их ведома получать новые рецепты и тайком прятать таблетки. Однажды, вернувшись с работы, они застали Велму на полу в бессознательном состоянии – очередная передозировка. После госпитализации она вновь вернулась домой с рецептами на те же препараты.

Прошло около недели после возвращения из больницы, и Велма поехала в гости к Ронни. Ронни и Ким как раз направлялись поиграть в гольф и предложили ей подождать их дома. Вернувшись, они обнаружили ее лежащей на полу без сознания со сломанной ключицей – кость торчала наружу.

За пару недель до этого Велма умоляла Ронни дать ей денег, чтобы погасить необеспеченные чеки, которые она выписала за последнее время. Сын удивился. Велма получила пять тысяч долларов по страховке после смерти Эла. Куда ушли все деньги? Вспомнив, что мать давала ему семьсот долларов,