Дневник 1917–1924. Книга 1. 1917–1921 - Михаил Алексеевич Кузмин

Писал. Опять побежал. Темно. Света не дают. Пили чай. Видел он массу людей. У Ленечки. Отнесся крайне официально и отрицательно к моей просьбе. Обедали. Сенатор Блуменфельд очаровательно уютен, как из Франса. Всем стало бодрее и веселее. Снег идет. В «Привале» уходят. Только завтра. Господи, что нам делать. У Бриков была Любавина и Венгров. Мило очень. Л<иля> Ю<рьевна> надевала розовые пачки и показывала танцы. Было винцо. Поздно засиделись.

45 р.

21 (вторн<ик>)

Не помню, что было. Без денег. Вечером читали Mirabeau24, и Юр. побыл, голубь.

22 (среда)

Проспал. Адски болит голова. Ничего не прислали. Леви не тормошат. Юр. ходил куда-то продавать что-нибудь. Принес мармеладу и книжки. Я выспался, и голова прошла. Ходили к Брикам. Они на отходе к Кушнерям <sic!>. Сидит Альтман и Гартевельд. Она – мусорная какая-то и слушает лекции у Зубова25. Дома что делали, не помню.

23 (четверг)

Что было? ничего не присылали. Выходил к Матвию, – ничего не дал. Юр. что-то делал. Пили чай дома. Да, Юр. ходил попусту. Помчался к Юрьевскому. Я сидел дремал. В<ера> А<лександровна> звонит. Теплее, но дрожь пробирает. Репетиция. Сидит Филоненко в бороде. Алекс<андр> Сем<енович> злится. Ольга Аф<анасьевна> и Лурье слегка надуты. Юр. продал модные картинки. Дома долго читали, делали чай.

150 р.

24 (пятница)

Утром прислали от Сабашниковых26. Вышли покупать кое-чего. Немецкие книги. Обедали. Встречали разных редких людей. Снег валит. Скоро будет таять. Зашли в «Привал», но сегодня все на «Черной Пантере»27. Ужасно не хочется идти завтра к Андреевой28. Вечером мирно сидели. Я тянул было Юр. в разные места, но он не хотел, поспал. Сидели читали «Мечтателей»29. Еще разбудил меня почитать, что он написал о мечтателях.

200 <р.>

25 (суббота)

Пошел далеко пешком в Нар<одный> Дом30. Юр. рано встал; пил чай из самовара и убежал куда-то. Снег успокаивает, но у меня болела голова жутко. Персиц <?> не была. Юр. нанес книжек. [После обеда пошел с письмом к Перс<иц>. Юрочка отказался идти к Шапор<ину>, но отправился к Л<иле> Юл<ьевне>. Скучно было без него очень.] Дома пили чай. Персиц<ы> обедали, был Гржебин, но с нами не поехал. У Ремизов<ых> тепло, но уныло несколько. Была Кассандра. Назад нас завозили по Петроградской. Персиц очень мила, но что-то мне скажет?

26 (воскр<есенье>)

Юр. поздно встал, и я его почти не видел, т. к. пошел относить письма, а он к Шапор<ину> отказался идти и поплелся к Брикам. Скучно мне было без него очень. Погода хорошая. Зашел к Олет; сидели у камина, пили чай по-старому, болтали. Артур все бродит. Уныло все-таки как-то это сожительство. У Шапор<ина> кисловато, сначала был я один, потом пришел Борис. Чек действительно есть, и действительно по нём не платят. Ехали в траме довольно весело. Юр. не спал, но печальный какой-то. Огня нет. Посидели, он писал, я читал половую книжку31.

2 р.

27 (понед<ельник>)

Что было. Сговаривался с Андреевой, от которой получил письмо. Это о народных развлечениях32. Юр. ходил куда-то, но вернулся ни с чем. В «Привале» ничего. Позвонились Ясному. Играли, пили чай. Вот так.

28 (вторн<ик>)

Чудное солнце. Юр. рано встал. Топили печи. Все закрыто, дурацкие плакаты, но настроение будничное до крайности. Лейнер заперт. Весело завтракали в «Франции»33. Брился дома. Зашли к Феликсу. Он женился, оказывается, на Магдалине. Вот так история! Ехали к Персиц. Она согласна. Слава Богу. Мечтали об издании. Играли. Пили. Ели. Лурье был доволен. Лизетта была, Альтман, Гржебин, Шерлинг. Очень мило.

3 р.

29 (среда)

Холод и ясно. Звонился. Долго не слали. Юр. выбегал. Пришел Сашá, уютный и милый. Обедал с нами. Поехал. Марьи Ф<едоровны> нет. Встрет<ился> знакомый, не то актер, не то художник. Был Замятнин. Просто. Занимал. Показывал медали, рассказ<ывал?> из жизни. Про дело ничего. Обедал. Не дождался Андреевой. Юр. дома с книжками, но что-то кисленький. Пили чай. Мамаша пекла хлеб вкусный. Юр. положительно что-то скучает.

410 <р.>

30 (четверг)

Выбегал куда-то. Или нет. Юр. ходил. Поехали обедать. Покупали кое-что и зашли к Брикам. Там Шурка Израилевич и Гранди. О<сип> М<аксимович> уехал. Л<иля> Ю<рьевна> устроила комнату. Играли в карты. Сидели раньше в café. Вечером долго сидели. Утром Юр. побыл, но Оля помешала.

Декабрь 1917

1 (пятница)

Сегодня первое число, новый месяц, а я проспал безбожно, зол и с головною болью. Тепло и сыровато. Пошел к Лизетте. Тихо, печка топится. Посплетничали, ели макароны. Муки у нее уже нет. Еле плелся. У нас сидит Саша. Я лег. Юр. отправился. Я все спал. Юр. принес книг, масла, сыра. Веселый. Пили чай. Поехали втроем весело. Там ничего, хотя Олет и Артур тайно пикировались. Читали и играли. По улицам стреляют1. Из Англии разбирают, можно ли выпустить Чичерина2. Какой-то он приедет, зайдет ли ко мне3. Юр. люблю без меры, хотя ленюсь.

2 (суббота)

Что было-то. Заходили к Феликсу. Пили чай. Морозов туда звонился. Потом к Лизетте. Всех отгласила. Мы звали Персиц, но оне не приехали. Было ничего себе, чуточку скучно, был Смирнов. Поливанов не приехал. Вот так.

3 (воскресенье)

Что делали? Рано обедали. Потом ходили в кинемо. Зашли к Брик. Там Эльза и Альтман. Волнуются, будет ли театр. Был Козлинский, Андреев и француз4. Л<иля> Юр<ьевна> не совсем в духе. Юр. книжки продал. Стреляют5. Темно. На выставку не ходили. Утром был Артур. Все-таки он ханжа какой-то.

4 (понед.)

Ходил, ничего не выходил. Юр. писал. Солдаты идут с музыкой, мальчишки ликуют. Бабы ругаются. Теперь ходят свободно, с грацией, весело и степенно, чувствуют себя вольными. За одно это благословен переворот. Брился. У Матвия был типограф-немец. Насилу наскреб. У Персиц было страшно мило. Читал Юр. Хорошенький, мой, талантливый и ласковый. Все стреляют. Их тетушка едет в Америку, потом в Палестину. Будто из кинематографа.

40 <?> <р.>

5 (вторник)

Туманно. Звонил Саше насчет Уконина, а он сам пришел с дивным колье из опалов и старых сафиров. Планы довольно спекулятивные. Отправился к Радлову. Любезны и дали. Звал к себе. Юр. дома. Весел, ничего себе. Пришла племянница. Хорошо обедали. У Бриков играли в карты. Дали масла. Насчет камней подождать.

25 р.

6 (среда)

Юр. бранил мои стихи. Я обиделся и защищался. Юр. даже прослезился. Но я был очень обижен. Как-то очень чужо и одиноко почувствовал себя. Были в кинемо, по-моему.