Дыши - Александр Вербер

полунужных разговоров.

То, что станет, будет не отнять,

И тогда, когда мы будем в ссорах.

«Разочаровалась, писать перестала…»

Разочаровалась, писать перестала.

Что ты знаешь, что чувствую я?

Почему в этом грёбанном мире

Я бегу от тебя до тебя?

Разонравилось, расхотелось.

У самой в душе тысяча бед.

А не думала ты, что в мире

Никого сейчас ближе нет?

Я же знаю, что мы похожи.

Одинаково слышим мир.

Для тебя я не просто прохожий,

Для тебя я теперь дезертир.

Ладно, ладно, вины не снимаю.

И не злись, старался, как мог.

Но и все же, я очень скучаю,

Как по солнцу Владивосток.

«Я перестал искать ответы на вопросы…»

Я перестал искать ответы на вопросы.

Теперь не интересна мне их суть.

Теперь я знаю, что колючи розы,

Но рвать я эти розы не боюсь.

«Что осталось? Лишь эти звёзды…»

Что осталось? Лишь эти звёзды,

Что вели нас с тобой в пути.

Пусть другим они ярче светят,

Нам по звёздам уже не идти.

«Как уродливы наши связи…»

Как уродливы наши связи,

Как мы врём, покоряясь судьбе.

И как хочется выйти из грязи,

Но, чтоб было ни мне, ни тебе.

Не бежать, не сдаваться, не каяться.

Просто жить и не ныть, как в мольбе.

Может, в небо немного оскалиться,

Если что-то не по тебе.

Скулы сводит от возмущения,

Когда делаешь вид, что не так.

И зачем-то моли́шь о прощении,

Если в жизни твоей бардак.

«Найти тебя, потом в тебя влюбиться…»

Найти тебя, потом в тебя влюбиться

И бредить синими глазами в сентябре,

Туманами холодными напиться

И наслаждаться солнцем в январе.

И думать, думать, всей душой тянуться!

И верить: напишу тебе вот-вот.

Потом всё удалить и вновь замкнуться,

И ждать, чтоб лучше всё наоборот.

«Ближе к сердцу не надо…»

Ближе к сердцу не надо.

Ближе сердце не хочет.

Каменной колоннадой

Ходит душа, пророча.

Снова приснится лето,

Снова всё успокоит,

Сладким июльским утром,

Белым полуденным зноем.

Позже наступит осень,

Может, с характером склочным.

Ближе к сердцу не надо.

Ближе сердце не хочет.

«Всё хорошо! Закончился февраль…»

Всё хорошо! Закончился февраль,

Прошла пора завьюженных метелей.

Всё больше стало тёплых дней,

Всё громче слышен звон капели.

Дни тянутся не так уныло,

Природа вновь готовится к весне.

И прежняя любовь почти совсем остыла,

И сердце уж стремится к новизне.

«Мне приснился апрель…»

Мне приснился апрель.

Солнце льётся в капель.

Над полями давно

Отшумела метель.

Хлещет синью с небес.

Оголён каждый нерв.

Ветер запах принёс

От дыхания верб.

Солнце, снег и капель,

Меж сугробов ручей.

Я, наверное, вновь

В этом мире ничей.

«Синяя качнувшаяся даль…»

Синяя качнувшаяся даль

В мареве застывшего заката.

Мне теперь всегда чего-то жаль —

То, что в даль уходит без возврата.

Жаль сентябрьских тёплых ясных дней,

Спелых листьев сквозь просвет на солнце.

Всё в прошедшем кажется светлей —

То, что к нам обратно не вернётся.

Только память – это не вода,

И она меня тревожит строже.

Жаль, что ты тогда сказала «да»,

Жаль, что «да» ответил тебе тоже.

«Так просто это говорить…»

Так просто это говорить:

Слова и буквы это портят.

Мне хочется с тобою быть,

Дышать тобой и быть покорным.

Я часто спорю о судьбе,

Бреду по тёмным коридорам.

Я помню, ты сказала мне,

Что нету смысла в разговоре.

Теперь, уныние кормя,

Я выхожу из разговора.

Так просто это говорить,

Идя, ни в чём с тобой не споря.

Ш

«Ещё тепло, но это ненадолго…»

Ещё тепло, но это ненадолго.

Я чувствую в озябшей синеве

Всю остроту осеннего недуга,

Больную грусть, что прячется в листве.

Уж в воздухе витает запах дыма

Сырой листвы, что будет долго тлеть,

Сжигая то, что лето так любило.

И, Боже мой, как хочется лететь,

Лететь вслед птицам, лето догоняя.

И с высоты прозрачных облаков

Кричать полям, кричать: «Вас покидаю!

Вернусь с весною к таянью снегов!»

Но я не птица, крыльев нет с рожденья.

Мне остаётся с грустью наблюдать,

Как осень постепенно забирает

Всё то, что лето может ей отдать.

«Закат болеет октябрём…»

Закат болеет октябрём.

На озере чернеют воды.

Сегодня лес горел огнём,

Отмучившись, просил свободы.

По осени счастливые не плачут,

В агонии увидев красоту.

Они любуются и меж собой судачат,

Завидя