Мой верный - Эмилия Грин

Несколько дней спустя

Артем взял одну мою ладонь в свою, а другую положил себе на плечо. Он повел меня на пару шагов в сторону, раскачивая нас вперед и назад, затем сделал один шаг влево и два шага назад, не сводя с меня глаз.

— Как я докатился до такой жизни? — тихо спросил он, теснее притягивая меня к себе.

— Утром ты ни на что не жаловался, — я скользнула язычком по губам, намекая на его сладкое пробуждение.

Система студии бальных танцев, куда мы записались, была такова: в течение месяца с нуля разучивался один танец. С января начался месяц вальса. До сих пор не верила, что Апостолов согласился стать моим партнером. Путем сложнейших переговоров, включающих шантаж и элементы подкупа, мы договорились, что Артем будет сопровождать меня в танцевальный клуб раз в неделю. Кроме того, я записалась в студию танцев на пилоне. Всегда привлекало это направление, и я решила попробовать.

За эти дни в тесном контакте с моим мужчиной было принято еще несколько непростых решений. Например, я взяла академ в университете. Несмотря на возможную отсрочку экзаменов, я не нашла в себе сил туда вернуться.

Было еще кое-что, чем делиться крайне трудно…

Во время последней встречи с Алиной я взяла у нее контакт психотерапевта, ее преподавательницы по клинической психологии, которая в свое время очень помогла подруге. Вчера вечером у нас с Надеждой Павловной состоялся первый сеанс онлайн. Не скажу, что это было легко. Наоборот, пока что ей не удалось меня расшевелить, однако, поддавшись уговорам Вороновой, я решила попробовать. Чем черт не шутит?

— Александра, не спи, — усмехнулся Артем, крепко обнимая и поддерживая. Он уверенно повел меня на несколько шагов в сторону, без особого труда запоминая все базовые элементы.

Я не смогла сдержать смешок — Темный выглядел так, будто всю жизнь только и делал, что занимался танцами. Серьезно. О лучшем партнере нельзя было и мечтать. Собранный и пластичный. Невзирая на его излюбленные подколы, я чувствовала, что Артему тоже это нравится.

Наши отношения сейчас будто напоминали этот танец.

Чтобы вместе преодолеть все трудности, нужно было научиться слышать музыку, чувствовать настроение партнера и двигаться в одном ритме. Только в таком случае близость физическая, в которой у нас все было на высшем уровне, могла перерасти в близость духовную. Ведь любые отношения требовали любви, внимания, навыков и терпения.

Я верила, мы на правильном пути.

Артем вел. Я чувствовала уверенность и тоже двигалась, подстраиваясь под его ритм. И вместе нам было очень хорошо. С каждым движением получалось все лучше и лучше.

* * *

Залюбовавшись заснеженными пейзажами, я пропустила момент, когда мы свернули с трассы, ведущей к поселку, и поехали в противоположную от него сторону.

— Уже много лет бываю здесь стабильно раз в неделю, — негромко поделился Артем, минут через двадцать паркуя автомобиль в кармане возле дороги.

— Что это за место? — я вскинула бровь, озадаченно глядя на огромный ангар, больше напоминающий какую-то заброшку.

— Полигон. Здесь тренируются спецназовцы.

— Э-эм… А мы зачем сюда приехали?

— Сейчас увидишь.

Миновав довольно большой участок дороги пешком, Темный подвел меня к какой-то невзрачной двери и набрал цифровой код. Двери разъехались, и мы оказались внутри огромного помещения, наполненного мужчинами в камуфляже. Я непроизвольно поморщилась от давящей энергетики этого места.

— Раньше на этом полигоне проводились засекреченные испытания, но проект прикрыли и отдали под базу формированиям специального назначения. Я общаюсь с одним командиром, — Апостолов неопределенно пожал плечами.

— Так зачем мы… — Но стоило миновать длинный мрачный коридор, как до меня наконец-то дошло. — Это же тир!

Да еще какой! Не маленький, к которому я привыкла, а огромное профессиональное стрельбище. Я смотрела на Артема во все глаза. На его губах появилась кривоватая улыбка.

— Стреляю с тех пор, как себя помню. Батя привил мне эту страсть. А я — Кирюхе. Лет с пяти отец начал брать меня в тир к своему знакомому.

— С пяти? — я посмотрела на Артема с недоверием.

От мысли о маленьком мальчике с оружием в руках по позвоночнику поползли нехорошие мурашки.

— Говорю же, батя с детства растил из меня мужика, — в карих глазах Артема промелькнула горечь. — Первый опыт стрельбы — по фигуркам из пневматического пистолета. Я научился совмещать и выравнивать целик с мушкой и плавно нажимать на спусковой крючок.

— Но ты был таким маленьким…

— Я быстро повзрослел, Саша. Да и в том мире, в котором мне не посчастливилось родиться, это было нормой. Мой отец много лет занимался практической стрельбой, а потому ненормальным считалось скорее мое увлечение готовкой.

Мое негодование вызвало у него усмешку. Несколько секунд мы безмолвно следили друг за другом, после чего Артем протянул мне пистолет.

— В тот день в «Сочи-парке» ты действительно прекрасно стреляла, я выиграл у тебя нечестно. Реванш? — тихо рассмеялся он.

— Покаялся в очередном своем грешке? Какое благородство! — я фыркнула и отвернулась, однако Апостолов перехватил меня за локоть, разворачивая к себе.

— Сыграем на желание? Самый меткий загадывает проигравшему, — шепнул он, слегка наклонившись к моему уху. — Или струсишь?

— Ну давай сыграем, — буркнула я, пытаясь усыпить его бдительность.

Подмигнув, Артем протянул мне шумоподавляющие наушники и очки. Не разрывая зрительного контакта, он одновременно со мной облачился в снайперскую экипировку.

— Да начнется игра!

Я стреляла первой и выбила все мишени. Апостолов, ожидаемо, повторил мой успех. Однако в этот раз я не собиралась сдаваться без боя. Следующий раунд — и снова ничья. Ничья. Ничья. А потом случилось это…

— Я победила! УРА! — я радостно подпрыгнула, стягивая наушники и очки и глядя на единственную пропущенную им мишень.

Наблюдая, как лицо Артема вытягивается от шока, я начала пританцовывать, повторяя характерные движения из румбы. Вздрогнула, когда он резко приблизился, и до моих ушей донесся короткий чувственный смешок.

— И каким будет твое желание? — Апостолов сгреб меня в свои железобетонные тиски, сжимая мои ягодицы ладонями.

— Я еще не придумала.

— Это мое место, Саш. Моя отдушина вот уже много лет.

— Ты, правда, не поддавался? — вытолкнула я хрипло.

— Скажу больше, я отвлекся. Засмотрелся на тебя. — И этот его немигающий прямой взгляд. До дрожи в коленках. — Поехали домой?

— Но я хотела бы еще пострелять.

Однако мой протест растаял как первый утренний туман в тот миг, когда губы Артема накрыли мой рот, грубо раскрывая их языком. Спустя несколько секунд я уперла ладони в его грудь, решительно отталкивая.

— Что