Фаэрн. Ломаная спираль - Владимир Воробьев

сама реальность треснула, испустив тяжкий вздох, и в прореху, захлопнувшуюся мгновением позже, успел проскочить всего один, но какой ужасный гость. Огромный демон-нежить, возвышающийся на десяток ярдов, он был наполовину поражен разложением — одна из лап превратись в сочащуюся гноем и ядом культю, корпус зиял прорехами, от хвоста и крыльев остались только обрубки. Оставшаяся целой лапа сжимала огромный цеп, тут же с грохотом обрушившийся на ближайших мутантов. Грохот взрыва разметал жалкие фрагменты тел, а демон заклекотал дырявым горлом и, сверкнув гнилушками глаз, кинулся в стороны темной стены. Четверка скелетов-охранников с задержкой, словно против воли, побежала следом.

Как и лич, он двигался стремительными рывками, огромными прыжками преодолевая за раз несколько десятков ярдов. Немертвый маг успел окружить его несколькими защитами перед тем, как демон вновь заклекотал и исчез в темной стене. Скелеты последовали за ним и также исчезли. Некоторое время только шум мобилизующейся армии разрушал тишину, стена оставалась неподвижной, а лич молчал, продолжая творить какие-то заклинания с помощью жестов. Заминка продлилась недолго, темная масса схлынула, обнажив шесть замерших прямо в воздухе фигур. И не следа от сгинувшего демона.

Шестерка противников меж тем сорвалась с места, рассыпавшись веером под самым потолком пещеры. Лич принялся одно за другим метать заклинания. Красные лучи негатива, пепельные стрелы праха, шары темноты и даже грязно-зеленые молнии разрывали пространство. Но движущиеся нападающие маги просто отмахивались от атак, отчего заклинания резко меняли направление, врезаясь в сталактиты, пол или уносясь вдаль. Даже мгновенные искры зеленых молний били почему-то куда угодно, но не в атакующих.

Поняв безуспешность попыток, лич вновь достал прямо из воздуха уже другой, деревянный с агатом на конце жезл, и взмахнув им, создал целое электрическое облако в пару сотен ярдов, что перегородило путь летящим. Один из них не успел остановиться, влетев непосредственно в дикое переплетение белесых молний, но Дилаэль не успел даже понять, что произошло, как сеть стянулась в одну точку в руках попавшегося мага и, уже подвластная его воле, огромной, толщиной с дуб, электрической дугой впилась в полыхнувшую пленку защиты недостроенной башни. Лич пытался творить какие-то контрзаклинания, но не преуспел — переливающаяся всеми цветами радуги пленка защиты лопнула с хлопком, и тугая дуга энергии впилась в камень, как раскаленный нож в стекло. На мгновенье Дилаэлю показалось, что сама пещера рухнула на голову, такой стоял грохот. Но когда он вновь открыла глаза, дуга энергии продолжала бить по постройке, разрушая леса, выбивая огромные глыбы, пробиваясь во внутренние помещения, пока не смогла преодолеть ее насквозь и подсечь половину, резко ударив вправо. Крепость подломилась, и ее часть, примерно одна треть от толщины, сползла в сторону грудой битого камня, завалив походя несколько десятков солдат и рабов.

В то же время, как отметила оглянувшаяся эльфийка, колдовская дуэль продолжалась, только вот вокруг окруженного защитой лича в воздухе кружилась лишь тройка магов, отражая все его контратаки и поочередно атакуя в ответ. Заклинания сыпались сплошным потоком, скорость сотворения что у обороняющегося мертвого волшебника, что у атакующих казалась запредельной — огонь, лед, молнии, камни, потоки кислоты, волшебные стрелы и разноцветные лучи сыпались один за другим, вспыхивали сети, сферы защиты, возникали вихри и водовороты прямо в камне, кружились и атаковали рассерженными пчелами каменные обломки, сформировав вокруг лича целый летающий пояс.

Эфир уже не волновался и не кипел — он бурлил как гейзер, огромные волны высвобожденных энергий перекатывались по нему во все стороны. В какой-то момент, Дилаэль не понял, браслеты раскалились так сильно, что обожгли кожу и вдруг опали, расколовшись на множество дымящих частей. Он даже и не подумал паниковать или отводить войска, ощущая себя на утлом суденышке посреди бушующего океана или на летучем корабле в самый крепкий небесный шторм. Только чудом атакующая магия еще не смела их передние порядки небрежным мазком, отправив в небытие. Но чудо это длилось недолго — отраженная одним из кружащихся вокруг лича магов пламенная плеть походя спалила часть строя драугров, отправив в небытие несколько десятков мертвецов и превратив в обугленную головешку случайного саргтлин.

Вокруг продолжал бушевать хаос битвы. Дела у лича шли отвратительно — рисунок защиты раскололся, и теперь он уже не мог огрызаться, целиком сосредоточившись на обороне. Оставшиеся дубли, которых Дилаэль потерял из виду, тоже не теряли времени зря. Полуразрушенная башня вспухла внутренним взрывом, мощнее предыдущего, и обрушилась окончательно. А армия мутантов ничего не могла сделать, летающие по сложным траекториям дубли осыпали их ничуть не менее слабым потоком заклинаний, чем обороняющую нежить. Только если нежить атаковали в основном фокусными конструкциями, то по армии били площадными плетениями. Все это длилось недолго, стремительные тени нагоняли бегущих воинов и рабов, выжигая целые просеки потоками пламени, били молниями, которые ветвились от одного к другому и захватывали целые десятки. Больше всего поражал масштаб битвы обожженные тела павших, разбросанные тут и там, с оторванными конечностями, а порой и головами, массово стали шевелиться и подниматься. Сначала неловко и не очень успешно, но чем далее, тем все активнее. Они подхватывали свое оружие, или его обломки, и все ускоряясь, неслись в атаку на отступающие отряды, врываясь в ряды, нагоняя одиночек, рубя их и вцепляясь зубами.

Раздался дикий, предсмертный вой, и Дилаэль увидел, как один из атакующих дублей пронзил своим шипастым жезлом поверженного лича. Уничтожаемая нежить вспыхнула и осыпалась пеплом, а проткнувший ее чародей довольно захохотал, удерживая в руке единственный уцелевший череп.

Глава 15

Глава 15. Приберов Отнорок

Хронология: параллельная нить. Дни 7-12 похода. От Обители к Приберову Отнорку.

Последний рейд в Обитель едва не стал для него последним — и это в самом буквальном, совершенно непоэтическом смысле. Шел он, по сути, за вещью, которую всякий благоразумный человек назвал бы слишком опасной для хранения, а всякий маг — слишком ценной, чтобы оставить кому бы то ни было. Кельрак, разумеется, принадлежал ко второй породе магов. Да и в целом любое дело для него не заканчивалось, пока он сам не ставил в нём точку. Где другой разумный, быть может, подумал бы о бегстве, передышке или хотя бы о том, что в городе уже просто опасно находится, чародей вспоминал о кристалле силы, спрятанном в лабораториях Тазаонара, и считал это вполне достаточной причиной, чтобы ещё раз сунуть голову в раскалённые челюсти горящего города.

Лаборатория находилась в подвальных уровнях Обители, в той её части, которую коалиция успела занять всерьёз и, судя