Служанка ректора Академии военных драконов 2 - Юлия Удалова

В итоге на занятие я опоздала всего на пару минут, и добрый Че ругать меня не стал. Только указал взглядом на свободное место.

Шифрование, так же как и каллиграфия, вообще проходило в разных аудиториях.

Но в последнее время за ним закрепилась все та же мрачноватая кафедра разведывательной деятельности.

Че повключал все возможные источники света, но, на мой взгляд, для таких предметов, которые требовали высокой степени освещенности, их здесь было все-таки слишком мало.

Офицер подошел к доске, сжимая в руках мелок.

— Мы с вами ознакомились с элементарнейшими способами шифрования, настало время перейти к более сложным. Любой, даже самый, казалось бы, простой с виду текст, может оказаться сложнейшей шифровкой, которую можно будет прочитать только при наличии ключа. Запишите определение. Ключ — слово или фраза, используемые для шифрования. Ключ может быть простым и сложным, в зависимости от желаемого уровня безопасности. Иногда основой для шифрования выступает целый текст. Каждая буква шифровки заменяется другой буквой на основе ключа. Для этого можно использовать таблицу соответствий или формулу. Бывает, каждая буква шифруется с учетом своего положения в тексте. Например, первая буква может быть зашифрована с одним смещением, вторая с другим, и так далее. Это делает систему более сложной. И наконец, самое сложное, которое вообще существует — многоуровневое шифрование, когда после первой замены применяются дополнительные уровни шифрования, при этом используются разные ключи и алгоритмы, включая реверсирование текста, добавление случайных символов, дополнительные подстановки и прочее. Таким образом, полностью исключается возможность расшифровки магией — лишь только физическим образом и при помощи ключа.

Я слушала офицера внимательнее остальных.

И когда он написал на доске предложение «В лесу пахло хвоей, смолой, цветами и ароматом лесных ягод», дописал слово, которое будет ключом шифрования и вызвал желающего, чтобы зашифровать, а потом расшифровать текст, я подняла руку.

Че слегка покраснел, явно порадовавшись моей инициативе.

Протянул мне мелок.

— Определение смещения: двенадцать, ноль, шесть, восемь, четыре, — зачем-то поправив прическу, объявил преподаватель.

При этом он так неловко протянул мне мел, что тот упал и закатился под кафедру.

Че покраснел, как маков цвет, полез доставать его, звучно стукнулся лбом о столешницу, но все равно не достал и в итоге, страшно смущаясь, отправил кого-то в Хозяйственную башню за новой коробкой.

В конце концов, мел был обретен, и остаток занятия я под его чутким руководством буквально испещрила доску буквами, цифрами, скобками, плюсиками и знаками равенства.

В итоге после всех моих мытарств (мозги, кажется, уже кипели!), вполне невинная фраза про лесные ароматы превратилась в нечто прямо противоположное.

«Объект подлежит уничтожению посредством яда»

— Как вы можете наблюдать, смысл этой фразы совершенно иной. Кадетке Кук потребовалось немало сил, чтобы ее расшифровать, — Че показал на доску, и тут зазвучала серена, возвещающая о конце занятия. — Кадет Кук, вы заслужили звезду! К следующему занятию изучите таблицы в конце учебника, а так же определения из параграфа номер шестнадцать. Буду спрашивать.

Учебник по шифрованию у меня имелся, причем не какой-то подержанный, а новенький, дополненное издание.

Чему я от всей души порадовалась. Точно так же, как и звездочке.

В голове блуждали кое-какие мысли.

Перед уходом я подошла к Че.

— Офицер, а можно ли расшифровать текст без ключа?

— О, Тесса, вижу, вы заинтересовались шифрами. Это воистину чудесная, таинственная наука, — расплылся в улыбке пухляш, явно желая обсудить шифры. — Без ключа текст расшифровать невозможно. Ключ необходимо подобрать.

— Но каким образом? Если ключ мне, допустим, не известен?

— Кадет, некоторые тексты составлены таким образом, что ключ уже заложен в них.

— Вот как? И как же его найти?

— В самых простейших случаях это, к примеру, первые или последние буквы текста. Бывает, первое или последнее слово, или какое-то слово, выделенное особенно. Нужно смотреть, разбираться.

Мы еще довольно долго поболтали о шифрах, после чего я поблагодарила преподавателя и за ответ, и за звездочку.

Из аудитории я вышла в глубокой задумчивости.

Меня непреодолимо потянуло заглянуть в папочку, найденную в подвале…

Глава 57

К сожалению, вплотную заняться папкой и проверить ее на предмет шифровок не удалось ни в этот день, ни в последующие.

Все мешали то занятия, то домашние задания, то какие-то неотложные дела, то усталость после тренировок с Лейтоном.

Количество последних в разы сократилось — ректор часто отсутствовал в АВД в связи с какими-то своими таинственными делами, и даже Руперт Аллиот, у которого я аккуратно пыталась выведать про дела с императором, отговаривался общими фразами.

В свете этого я с особым усердием взялась за доклад, который Лейтон мне задал, явно неспроста. Я не хотела ударить перед ним в грязь лицом, однако времени прошло уже много, а сведений у меня было до смешного мало.

Тогда решила наведаться в архив академии, который занимал весь четвертый этаж Книжной Башни.

Мало ли — вдруг хоть какая-то информация отыщется там?

И не только про этих таинственных Жнецов раскола.

Обычным кадетам к архивным каталогам доступа не было, но адъютанту самого ректора открывался доступ туда, куда другие попасть не могли.

Приложив свой жетон с удостоверением адъютанта, я оказалась в архиве — приземистом помещении с рядами и рядами стеллажей, забитыми картонными коробочками, которые при ближайшем рассмотрении оказались папками.

К каждой были приклеены ярлыки с какими-то цифрами и буквами.

Разобраться во всем этом самостоятельно не представлялось возможным, а начальник архивного отдела, офицер Армайд, на месте отсутствовал.

Зато присутствовал ни кто иной, как офицер Минсонг Кан. Бывший генеалог проводил у небольшой группы кадетов, состоящей из четырех стекляшек, занятие по архивному делу.

Они расположились около единственного во всем помещении окна, за небольшим столом, и занимались как раз тем, что клеили на папки стикеры под чутким руководством Кана.

Заприметив меня, бывший генеалог немного скривился, однако отдал своей группе необходимые распоряжения и подошел.

— У меня задание от майора Уинфорда — он велел подготовить доклад о Жнецах раскола. Возможно, в архивах есть какие-то упоминания об этой организации?

— Сейчас посмотрим по архивному справочнику…

Особого восторга Кан не выказал, но несколько томов справочников достал и вроде бы вполне добросовестно принялся в них копаться. Парочку даже отдал на проверку мне.

Именно Кан и обнаружил единственное упоминание секты в личном деле единственного кадета, который обучался в АВД семь лет назад. Звали его Финн Маклафинн, сорт крови — изумруд. Судя по карточке и его описанию — обычный кадет, хорошист, семь поощрительных звезд. Но потом — один штрафной