Министры финансов - Александр Владимирович Пачкалов

мы предварительно с товарищами обсуждали и решили рекомендовать вас в Центросоюз”». С 1921 по 1930 год Н. В. Некрасов являлся членом правления Центросоюза РСФСР (и СССР). Параллельно с этим преподавал в Московском университете народного хозяйства имени Плеханова и других вузах Москвы. В 1930 году был арестован и приговорён к 10 годам заключения по делу так называемого ЦК РСДРП(м). Однако в 1933 году был досрочно освобождён и работал на строительстве канала «Москва – Волга». Некрасов был начальником одного из участков строительства. У него был отдельный дом, прислуга из числа заключённых. В 1937 году получил орден Трудового Красного Знамени.

По воспоминаниям его сына, в это время Некрасов уже не был под конвоем, свободно выезжал в Москву, где у него была квартира.

В 1939 году вновь арестован по обвинению в покушении на жизнь Ленина в 1918 году и участии в антисоветской вредительской организации. В 1940 году по приговору суда был расстрелян. Реабилитирован в 1991 году.

По оценкам коллег по партии, Некрасов был «жаден к почёту и неразборчив в средствах». По воспоминаниям В. Д. Набокова, «в течение своего пребывания у власти Некрасов, прежде всего, руководим был побуждениями честолюбия. Он стремился играть первую роль – и он достиг цели, но лишь для того, чтобы вдохновить постыдное поведение Керенского в деле Корнилова и затем сойти со сцены с повреждённой политической репутацией, оставленный всеми прежними друзьями, с кличкой “злого гения русской революции”. А между тем Некрасов, по моему глубокому убеждению, один из немногих крупных людей, выдвинувшихся на политической арене за последние годы. У него огромные деловые способности, умение ориентироваться, широкий кругозор, практическая смётка. Человек умный, хитрый, красноречивый, он умеет казаться искренним и простодушным, когда это нужно. Но, очевидно, этические его свойства (говорю, разумеется, не о личных, а об общественно-политических) не находятся на высоте его интеллектуальных качеств. Я охотно верю, что в конце концов он стремился к победе тех идей, которые объединяли его с товарищами по партии. Но для этого он избрал путь чрезвычайно извилистый и в конце концов зашёл в тупик. Мне представляется, что в данный момент (1921 год) он должен быть одним из несчастнейших людей и что его политическая карьера завершилась окончательно… Некрасов оставил именно впечатление двуличности – маски, скрывающей подлинное лицо…». По мнению князя В. А. Оболенского, «революция ускорила его блестящую карьеру, но и приблизила её конец. Исключительно умный и способный человек, Некрасов не имел достаточно широкого образования для того, чтобы стать политическим вождём в трудное революционное время… Скользя по поверхности политической жизни, Некрасов, подобно ловкому игроку, делал ставку на “фаворитов”… Поняв безнадёжность кадетских позиций, он свою судьбу соединил с Керенским, но не успел перескочить к Ленину».

Бернацкий

Михаил

Владимирович

(1876–1943)

Михаил Владимирович Бернацкий родился в Киеве в дворянской семье. После смерти отца семья осталась без средств, поэтому, ещё будучи гимназистом, Михаил Владимирович давал платные уроки и тем самым содержал себя и свою мать. Окончил юридический факультет Киевского университета. Слушал лекции в Берлине. Магистерская диссертация была посвящена государственному социализму в Германии и политике Бисмарка. После окончания университета преподавал в качестве приват-доцента. Читал лекции по политической экономии в Санкт-Петербургском университете, Политехническом и Технологическом институтах в Санкт-Петербурге. По воспоминаниям современников, лекции Бернацкого пользовались большим успехом среди студентов.

В начале XX века Бернацкий некоторое время увлекался идеей марксизма, однако деятельность большевиков осуждал. Постепенно взгляды Бернацкого менялись. В 1906 году им был опубликован перевод книги немецкого социал-демократа Дейча «О государстве будущего», в предисловии к которой он отвергал идею государственного социализма и высказывался за расширение международного экономического сотрудничества. В дальнейшем Бернацкий выступал сторонником социального капитализма, мировой золотой валюты и был ярым противником протекционизма. В 1916 году Бернацкий входил вместе с другими известными экономистами в образованную при Министерстве финансов Комиссию по косвенным налогам. После Февральской революции тесно сотрудничал с Временным правительством.

Возможно, Бернацкий был масоном, и это могло повлиять на его вхождение во Временное правительство. Весной 1917 года он возглавил Отдел труда в Министерстве торговли и промышленности, затем перешёл в Комиссию по развитию производительных сил России. Летом 1917 года Михаил Владимирович стал одним из организаторов Российской радикально-демократической партии, лидером которой был Н. В. Некрасов. С июля 1917 года он был товарищем министра финансов, а в сентябре сменил Н. В. Некрасова на посту министра финансов.

Бернацкий вспоминал о работе Временного правительства: «Вместо того чтобы, пользуясь присутствием в Совете министров ряда социалистов, с тем большей энергией дать отпор демагогии, Временное правительство погрязло в болоте бессилия, стараясь противодействовать большевикам рискованными экспериментами в области социального законодательства и демократической финансовой политики».

На должности министра финансов М. В. Бернацкий выступал за продолжение войны, увеличил косвенные налоги и придерживался идеи введения всеобщего подоходного налога, ввёл государственную монополию на некоторые виды товаров, увеличил эмиссию не обеспеченных золотом бумажных денег (так называемые керенки – казначейские знаки, выпускавшиеся без высокой степени защиты от подделки), пытался бороться с оттоком капитала и вывозом ценностей за границу. Большая эмиссия проводилась при Бернацком в силу того, что из-за отсутствия разменных денежных знаков начались погромы казначейств, поэтому, как позже он заметил, «если бы не были выпущены “керенки”, то Октябрьская революция превратилась бы в сентябрьскую».

25 октября 1917 года при штурме Зимнего дворца вместе с другими министрами Временного правительства был арестован и заключён в Петропавловскую крепость, где находился три месяца. В тюрьме Михаил Владимирович подписал вместе с другими министрами письмо председателю Учредительного собрания с просьбой отчитаться о работе Временного правительства. Из тюремного заключения был освобождён благодаря участию Максима Горького, лично знавшего Бернацкого. После выхода из тюрьмы включился в борьбу против советской власти. Некоторое время находился на территории Украины, где поддерживал введение национальной денежной единицы гривны и сотрудничал с правительством гетмана П. Скоропадского.

В 1918 году вступил в Добровольческую армию А. И. Деникина. Был назначен управляющим Финансовым отделом Особого совещания. Фактически Михаил Владимирович стал министром финансов и заведовал финансами юга России. Регулируя денежное обращение на территориях, занятых Добровольческой армией, Бернацкий аннулировал хождение советских денежных знаков и выпустил новые денежные знаки, так называемые колокольчики, названные так в связи с тем, что на них был изображён Царь-колокол. Михаил Владимирович выступал за введение косвенных налогов, но по настоянию А. И. Деникина был вынужден вводить прямые налоги. Посол России в Париже В. А. Маклаков, посетивший «белый» Юг в 1919 году, сожалел о том, что Бернацкий отказывался вывозить хлеб в